Каменное сердце (СИ)

Я не ожидала, что стану каргой. Я не ожидала, что мое сердце окаменеет.
Однако у судьбы были свои планы.
 Глава 2 
Запасы крупы и прочей снеди в избушке почти закончились, и мне пришлось выходить на промысел. Получалось ни шибко, ни валко. И однажды я набрела на человеческую тропу с глубокими следами от саней.
Она уходила на юг, где лес постепенно редел. Я прошла по ней до самой опушки и с удивлением обнаружила небольшое село. Оно раскинулось меж двух холмов. Прямо рядом с ним змеилась лесная речка, а вдалеке виднелись первые сторожевые башни. Деревня выглядела солидно. Вокруг нее высился прочный частокол и даже был выкопан небольшой ров, сейчас переполненный из-за талого снега. Зачем же маленькой деревушке такая защита?
Я не решилась подойти ближе к человеческому жилью, подумав, что мне могут быть не рады. Чужаков на севере не любили. К тому же только недавно у меня появилось какое-никакое безопасное логово, в котором можно было переночевать и приготовить пищу. Я удалилась обратно в лес, решив попытать удачи в деревне гораздо позже, с наступлением первых праздников. Народ расслабится и не обратит внимания на мой странный потрепанный вид.
Да и торговцы в начале весны еще не рисковали выходить на тракты с товаром. Мое появление в конце зимы вызовет массу вопросов.
Рассудив, что деревня никуда не денется, я вновь забилась к себе в норку. Так прошло еще несколько тихих спокойных дней, а потом на моем пороге появились гости.
Дверь содрогнулась от нескольких мощных ударов. Я забилась в угол, с ужасом кутаясь в ворох шкур и одеял.
— Эй! — гаркнули с улицы. — Кто таков?
Мой взгляд перебегал с распотрошенного погребка на остатки разломанного стула. Хозяева вряд ли обрадуются, что всю зиму какая-то приживалка подъедала их запасы.
— Эй, — снова крикнул незванный гость. — Ты кто таков и зачем избу здесь построил?
— Дак когда бы, — несмело возразил другой. — За зиму не построишь, по таким-то морозам. Сруб словно с неба свалился.
— Если бы утка с неба упала, я б еще поверил. А сруб? Нет, ведьмовство тут какое-то.
Дверь снова затряслась от мощных ударов. Я сидела у стеночки ни жива ни мертва и думала, как выкручиваться. Решение у меня было одно, и оно ой как мне не нравилось.
Я накинула на голову платок и отворила дверь.
— Ну? — проскрипела я. — Зачем пожаловали, молодчики?
Мои когти щелкнули у самого носа одного из охотников, что пожаловали ко мне на порог. Мужчины испуганно отпрянули, таращась на мои когти.
— Хотите знать, кто такова? — прохрипела я, надрывая больное горло. — Ведьма я. Адой кличут. Чего надоть? Растирочки, настоечки? У меня на продажу нет, потом приходите за заказом.
Я ощерилась. Спутанные космы прикрывали мое лицо. Представляю, каково деревенским было смотреть на горящие глаза сумасшедшей ведьмы, стоя посреди леса.
— Чур меня, — выдохнул первый.
— Чур! — воскликнул второй.
— Ну так что брать-то будете? — спросила я. — Чуров не делаю. Их только летом.
Однако мужички не слушали. Они уже неслись по подтаявшему снегу в сторону деревни, не забывая оглядываться и осенять меня защитными знаками. Глупые.
Я довольно улыбнулась. Все эти суеверные скрещивания пальцев мало помогали против моей магии. А вот арбалетный болт мог навсегда избавить эту парочку деревенских олухов от проблем. К счастью, они об этом не знали.
Я вернулась в избу и устало сползла по стенке. Да уж, знакомство с селянами не задалось. Они теперь будут во мне видеть исключительно опасную тварь с когтями и горящими глазами, а там уж и до инквизиции недалеко. А может, они не узнают в аккуратно причесанной девице косматую опасную тварь из леса?
 Глава 3 
Пыл деревенских как-то подостыл, и к моему логову больше не пытались подобраться ушлые охотники, занятые опасным промыслом. Каждый знал, что лес и его духи вольны творить все, что им угодно. Охотник мог заплутать и вернуться домой через много лет, хотя сам думал, что переночевал в лесу и сразу пошел домой.
 
В густой Чаще водились создания, имен которых не знала даже я. С ними сложно было договориться, поэтому люди предпочитали просто не забредать слишком глубоко. Тем более, когда стало известно о появлении карги на опушке.
Я готовилась. Запасы еды совсем иссякли, а золота у меня было не больше, чем у лесной белки. Все свободное время я посвящала сбору компонентов, чтобы прийти в деревню не с пустыми руками. А главное, мне хотелось показать людям, что я не принесу вреда. Неловкие поврежденные пальцы с трудом справлялись с нежными стебельками весенних трав, но с каждым днем получалось все лучше и лучше.
Настал особенно светлый и погожий весенний денек. Снег на прогалинах уже растаял, оставив после себя топкую грязь. На пригорках во всю цвели подснежники. Однако меня интересовал более редкий цветок. Я отыскала десяток тоненьких стебельков с махровой головкой нежного розового цвета. Такую редкость у меня на ярмарке с руками оторвут.
Готовая к любым поворотам судьбы, я нашла дорожку, которая вела на юг, и отправилась к людям. Мое появление заметили местные стражники-добровольцы. Парни в коротких шубейках почесали макушки, поплевались. Они спросили у меня, зачем пришла и когда уйду, а потом спокойно пустили на ярмарку. В итоге я прошла за частокол, к самому сердцу деревеньки.
Она была во всех смыслах необычной. На дороге лежала брусчатка, все дома были укреплены каменной кладкой, а на улицах стояли самодельные фонари со съемными масляными лампами. Я вертела головой, стараясь запомнить как можно больше деталей. Вынужденная зимовка в лесу, да еще и в одиночестве, сказалась на моей психике. Я отчаянно нуждалась хоть в каких-то новых впечатлениях. И деревня была готова мне их обеспечить.
В самом центре уже вовсю суетился народ. Наступил ярмарочный день. Деревенские стояли с лотками, предлагая сделанные за зиму вещи, приезжие продавали заморские сладости и хитрые механизмы. Повсюду бегали детишки, то и дело слышался женский смех и мужские выкрики.
Я заняла местечко между лотков выставив корзинку с цветами и разложив мешочки с травами. На меня с любопытством косились, но подходить не решались. Ещё бы! Укутанная шалью по самую макушку, да ещё и в перчатках. Да и сапоги мои значительно отличались от местных. Я понятия не имела, в какой части света сейчас находилась. Видимо, Чаща вывела меня куда-то не туда. Хорошо, если в мой век.
— Э! — окликнул меня мужичок из павильона по соседству. — Чьих будешь? Что продаёшь?
— Цветы, — просто ответила я. — Те, что любовь приносят по весне. И травы от простуды, первый весенний сбор.
— Хорош сбор-то? — прошамкала одна старушка, подходя ближе.
— Само собой. На десять заварок хватит мешочка, — отрапортовала я. — А вас он со второй кружки на ноги поставит. Молодым и того меньше надо.
— Почем берешь? — заинтересовалась потенциальная покупательница. — От сердца есть чаво? С зимы пошаливает.
— А вы возьмите, тётушка, нежноцвет. Любовь лучше всего сердцу помогает.
Собирающийся народ захихикал, словно я показывала им фокусы. Старушка недовольно цокнула языком:
— Кака любовь? Мне осьмой десяток.
— Любовь разная бывает. Вы попробуйте. Добавьте в чай с толчеными ягодками, замороженными. Почувствуйте вкус. Будто юность на языке.
— Хорошо расписываешь, — покачала головой бабуля. — Ладно, не убудет с меня. Давай свои цветы. И отвар от простуды. Два мешочка, у меня дед дюжа болезный. Вечно сопли мотает.
Я услужливо подала ей покупки и протянула руку, не называя цену. Старушка так заинтересовалась нежноцветами, что даже не обратила на это внимания. Просто вытащила из кошеля десять медяков и пихнула их мне. Я поклонилась и спрятала деньги в карман.
Мне ещё было неведомо, сколько в этой деревне стоили травы, но я готова была работать и задаром. Оно ведь как бывает: репутацию набираешь по капле, зато потом клиенты к тебе рекой.