Сирийский рубеж (СИ)

— Я защищал колонну…
— Это халатность, господин подполковник. И очень напоминает трусость. Салех бы такого не допустил. Вы свободны пока что, — высказал недовольство главком, и указал Малику на выход из палатки.
Рафик прошёл мимо Кеши, бросив на меня потерянный взгляд. Не думаю, что вся вина за сгоревшую колонну лежит на нём. Слишком уж чётко сработали Апачи, появившись столь неожиданно.
  
В палатку вошли ещё несколько командиров сирийских вертолётов. В их числе появились и мои друзья Аси и Диси.
— Саша аль-каид! А мы тут летали над равниной, сопками, над озером. Бам! Бам! — выражал эмоции Аси, совершенно не стесняясь присутствия генералов.
— Да там всё было… как это… в строю, короче, — продолжил Диси, желая сказать, что всё «в порядке».
Борисов поднял голову и сурово посмотрел на говорунов. Аси и Диси явно мешали своими эмоциями.
— Так, парни, тише, — но не так-то просто остановить словесный понос Диси.
— Александр аль-каид, после таких полётов я… ну как вы там говорите… очень много травы съел.
Только я хотел его поправить, за меня это сделал Борисов.
— Охренел? — громко сказал он.
Тут же оторвались от карты и сирийские генералы.
— Точно! Чтоб я без вас… чтоб меня… желаю вам быть большим, господин советский генерал, — повернулся к Борисову Диси, попытавшись сказать ему «здравия желаю».
Естественно, Диси получил взбучку от своего главкома, который пару раз сравнил парня с «осликом» и «бараном».
Не прошло и минуты, как генералы отошли от напряжения, а все собравшиеся сирийские лётчики прекратили тихо посмеиваться.
— Надеюсь, минутка юмора закончилась. Не до смеха, знаете ли, — объявил главком сирийских ВВС.
Далее слово взял незнакомый мне сирийский генерал. Диси шепнул, что это один из командующих бригад Республиканской Гвардии по фамилии Газали. Этот генерал и довёл обстановку в районе Голанских высот.
К концу дня войска сирийцев прорвали фронт в районе высот и отодвинули противника к бывшей границе Израиля. К той, которая была ещё до оккупации Голан.
— Только сняв резервы с других участков, ЦАХАЛ остановил наше продвижение. Плюс десанту в Рош-Пинна удалось закрепиться и отбить первую атаку. Но обстрелы аэродрома продолжаются. Израильтяне уже провели очередной призыв резервистов. По нашим данным, через 48 часов в строю будут ещё порядка 10 тысяч человек. Итого, общая численность группировки Израиля, участвующая в войне, достигнет 70 тысяч, — сказал Газали.
Вот что-что, а в Израиле мобилизовать людей умеют.
— Наша задача — пробиться к Рош-Пинна. Пока все возможности у нас есть. Наступление в районе высот развивается.
Главком ВВС Сирии прокашлялся, подозвал переводчика и начал ставить задачу.
— Ваша задача — сопроводить эту колонну. На подходе к Рош-Пинна по возможности оказать поддержку обороняющимся…
— Если кто-то там ещё будет, — покачал головой Газали.
— Будет. Продержатся, — кивнул Борисов.
Генерал Газали вышел из палатки. Вернулся к нам Рафик Малик. Сирийский главком быстро поставил задачу и начал всех распускать.
— Клюковкин, у вас есть предложения по проводке колонны? — спросил у меня Борисов.
Я взглянул ещё раз на карту. Дорога, по которой пойдёт колонна, проходит в основном по равнинной местности. Уже на подходе к Рош-Пинна есть участок, где машинам придётся либо обойти высокие сопки, либо оказаться между возвышенностями.
— Вот здесь опасный участок, — указал я на окрестности населённого пункта Эль-Мушайрифа.
— Потому что рельеф меняется? — спросил Борисов.
— Да. Плюс колонне придётся поворачивать несколько раз. Скорость движения упадёт. А ещё близко к местам боёв. Уйти будет некуда, кроме как двигаться вперёд. Идеальное место для атаки.
К карте приблизился Малик, скривив лицо.
— Почему вы так думаете? — спросил Рафик.
— Потому что будь у меня несколько вертолётов Апач, я бы сделал именно так.
В палатку заглянул сирийский солдат и громко доложил:
— Колонна готова выдвинуться по маршруту.
  
Глава 30
 
Доклад о готовности колонны был по ощущениям сродни команде «На старт». Каждый из лётчиков будто присел перед рывком и готовился бежать к вертолёту.
Борисов сложил руки на груди и сделал шаг назад, чтобы уступить место сирийскому коллеге
— Ясно. Спасибо, — кивнул главком ВВС Сирии. — Итак, старший группы — подполковник Малик. Он доведёт порядок прикрытия колонны.
В этот момент Занин цокнул языком, а Кеша вспомнил об арктическом зверьке с красивой шёрсткой. Да и Аси с Диси как-то уж картинно опустили головы.
Тут спорить бессмысленно. Войну ведут сирийцы, так что у них роль «первой скрипки». Да и Борисов недовольство не выражал.
— Подполковник, доводите, — указал на карту сирийский главком.
Рафик задрал нос и оглядел всех лётчиков. Видимо, ему есть чем гордиться.
Однако со мной почему-то взглядом решил не встречаться. Как будто я для него конкурент. Не то время, чтобы отношения выяснять, да и было бы с кем.
Здесь в первую очередь надо колонну довести и парней прикрыть. А тут за целый день самолёты дивизии Малика ни разу не вылетели на авиационную поддержку войск в районе Рош-Пинна. Только вертолёты сопровождали группы десанта и колонну. Последнюю, к слову, сожгли.
— Да, господин генерал, — чётко произнёс Рафик.
Малик вытянулся и сделал два чётких строевых шага к столу с картой.
Я посмотрел на Борисова, но тот показательно пожал плечами. Похоже, он уже намекал главкому, что Малик может не справиться, но услышан не был.
Тогда поступим по-другому.
— Значит, так… — начал Малик, но я его тут же перебил.
— Товарищ генерал, командование группой прошу поручить мне, — сказал я на арабском.
Рафик настолько резко повернулся, что ударился ногой об край стола. В его глазах был шок, смешанный с удивлением.
Сирийский главком выпрямился и вопросительно посмотрел на Борисова, но тот всё только пожал плечами. Мол, не при делах, Иван Васильевич.
— Майор, ваши заслуги перед нашей страной неоценимы. Как и жертвы, на которые пошли ваши пилоты. Но давайте амбиции оставим в стороне. Ситуация…
Не хотелось бы перебивать генерала, но придётся. Он же всё равно сирийский генерал. На «губу» не отправит.
— Ситуация состоит в том, что высокая вероятность противодействия спецгруппы противника. Это хорошо подготовленные лётчики, уже не раз осуществившие засады. И ещё опыта сопровождения колонн в условиях столь сложного рельефа, как в районе Голанских высот, у советских лётчиков больше. Так сказать, наш профиль.
Генерал напрягся, тяжело задышал и медленно обошёл стол, чтобы подойти ко мне вплотную. В этот момент весь лётный состав сделал синхронно шаг назад, освободив ему дорогу.
— Профиль? А что же мы, по-вашему, никогда не сопровождали колонны⁈ — возмутился сирийский главком ВВС, посмотрев на Малика.
Предыдущее прикрытие было неудачным. Возможно, командование подошло к решению этой задачи не совсем правильно. Жаль, что цена этой ошибки жизни людей. А ведь есть ещё и те, кто держится в Рош-Пинна.
— Господин генерал, готов взять всю ответственность на себя, — стоял я на своём, смотря в глаза главкому.
— Майор, здесь я отдаю распоряжения, — сложил руки на груди сирийский генерал.
— Так я и жду, ваших распоряжений.
В этот момент к столу с картой подошёл и Борисов.
— Думаю, что майору можно довериться. Ему Верховный Главнокомандующий доверял жизнь своего сына, — пытался убедить главкома Иван Васильевич.
Сирийский генерал несколько секунд думал, а потом согласился.
— Слушаем ваши предложения.
  
Эти самые предложения были, как всегда, стандартные.
— Работаем звеном. Ещё звено в «горячем резерве». Остальные — в готовности номер 1, — сказал я вступительное слово и подошёл к карте.
Надо было держать в уме, что в нашей ситуации Апачи будут в первую очередь бить по колонне. Им нужно её разгромить или задержать любыми способами. А уж с вертолётами биться будут по мере возможности.