Волхв пятого разряда
– Дед тоже удивлялся, – пожал плечами Николай. – Но это так.
– Как смотрите на то, чтобы служить в охране императора? Такой специалист нам пригодится.
– Не сманивайте у меня жениха! – внезапно вышла из себя Марина.
– А в чем проблема? – удивился серб. – Вы вместе переедете в Москву, работу вам найдем.
– И станете подсовывать ему своих княжон, – не согласилась женщина. – Мне этого не нужно. К тому же Николай – единственный волхв у нас в республике. Без его раствора тяжелым раненым не выжить.
– Извините, – развел руками серб. – Об этом не подумал. Забываю, что у вас идет война…
Тем временем Несвицкий-старший говорил с царем. Александр Третий выслушал доклад советника, задумался, после чего спросил:
– Считаете, нам нужно продолжать войну?
– Уверен, государь, – ответил адмирал. – Мы победили их в одном сражении, но славы – а верней, Германия с прочей Европой не угомонятся. Накачают Славию оружием, сформируют и обучат новые бригады, после чего опять начнут. В их планах – поражение Варягии и ликвидация империи как государства. Их манят наши земли и то, что в них сокрыто. Дешевые ресурсы из Варягии помогут Западной Европе жить так, как она уже привыкла. С тех пор, как мы остановили расхищение богатств страны, происходившее при прежнем императоре, Европа в панике. Промышленность стагнирует, растут долги, не за горами кризис и дефолт их экономик. Так что попытаются. Сейчас возможно их остановить. Выход наших армий на исторические рубежи империи заставит их задуматься. Ведь следующий шаг – дивизии Варягии, входящие в столицы европейских государств. А они такое видели уже не раз.
– Гм, – усмехнулся Александр Третий. – Помню, как вы говорили мне обратное. Дескать, не стоит помогать сепаратистам, лить кровь варягов за чуждые нам интересы.
– Я был не прав, – сказал Несвицкий. – Ошибался. Побывав в Царицыно, я многое увидел.
– Что, например?
– Во-первых, те, кого считал сепаратистами, на деле настоящие имперцы. Они варяги даже большие, чем мы. Семь лет почти что в одиночку сражались за свою свободу, за право жить в империи. Второе. Славия – гнойник, с которым невозможно находиться рядом. Опасная зараза, способная со временем угробить наше государство – тем или иным путем. Подлость и продажность их руководителей не поддаются измерению. Верить им – себя не уважать. Договоренности забудут, едва их подписав. И третье: там верховодят немцы. Славы для них – расходный материал. Они готовы положить их всех для выполнения своей задачи. Для примера. Мой внук участвовал в трех стычках с неприятелем, и в двух сражался с немцами. Они уже сейчас воюют с нами. Если вывести наш корпус из Царицыно, враг подготовится и сокрушительным ударом сомнет нововаряжцев – им без нас не выстоять. Объединенные войска Европы встанут у границ империи. Ударят по Москве. До столицы их ракеты долетят за пять минут, и мы не сможем отразить удар.
– Я вас услышал, Николай Иванович, – ответил император. – Поговорю с министром обороны и начальником Генштаба. Возможно, проведем расширенное совещание с участием правительства. Нам следует все хорошо продумать, прежде чем принять решение. Вас тоже пригласим.
– Понял, – сообщил Несвицкий.
– Кстати, – царь снова улыбнулся. – Вы очень изменились, Николай Иванович, и не только в своем мнении. Как будто бы помолодели, причем заметно. Это встреча с внуком так на вас подействовала?
– Вы правы, государь, – кивнул Несвицкий. – Это сделал Николай. Он волхв и обладает уникальным даром омолаживать людей.
– Вы шутите?
– Нисколько. Николай готовит в госпитале раствор здоровья. Дар хоть и редкий, но не уникальный. Но он одновременно научился насыщать корпускулами кровь. Кладет ладонь сюда, – князь указал на шею, – и держит так минут примерно пять. Назавтра повторяет процедуру. Я прошел их три, и результат вы видите. Морщины на лице разгладились – не полностью, но многие. Часть волос на голове вернула прежний цвет. Но это ерунда. Перестали ныть спина, суставы, я чувствую себя, как будто сбросил двадцать лет.
– Никогда не слышал о таком, – развел руками император. – Но вид ваш убеждает больше слов. Внук может применить свой дар по отношению к любому человеку?
– Считаю – да и предлагаю убедиться. В приемной вместе с внуком ждет его невеста. Открою вам большой секрет: Марина много старше Николая. Ей тридцать два, но я вам этого не говорил, – князь улыбнулся. – Когда зайдет к вам, приглядитесь и прикиньте, на сколько выглядит.
– Заинтриговали, – ответил Александр Третий и тронул кнопку на селекторе: – Светислав Младенович, пригласите к нам гостей.
Через несколько мгновений молодая пара вошла в просторный кабинет царя и встала у порога.
– Здравия желаю, ваше императорское величество! – отчеканил Николай.
Его невеста сказала просто: «Здравствуйте!» и улыбнулась.
– Рад вас видеть, господа, – кивнул им император и пригласил гостей присесть. Пара разместилась на диване, стоящем сбоку от стола царя. Николай уставился на императора. М-да, выглядит неважно. Обрюзгшее лицо, заметные мешки у глаз. Понятно, что не молод, но со здоровьем у царя проблемы. Сам же Александр Третий остановил свой взгляд на женщине. Овальное лицо с гладкой, белой кожей, тонкие черты, вишневые глаза в густых ресницах под бровями, изогнутыми соколиным крылом. Красавица! На вид лет двадцать, а советник говорил, что тридцать два… Похоже, что робеет, но держится с достоинством. Царь глянул на листок бумаги, лежащий перед ним.
– Марина Авенировна, позвольте вас спросить. Вы, вижу, капитан вооруженных сил Нововарягии. Где служите?
– Центральный госпиталь Царицыно, заведующая детским отделением, – сказала женщина.
– Как долго?
– Почти десять лет, пришла туда еще интерном. Это было до войны, и наш госпиталь тогда больницей назывался.
«Князь не соврал, – подумал Александр Третий. – Ей вправду тридцать два, хотя на вид студентка…»
– Мундир к лицу вам, – улыбнулся посетительнице. – Но я, признаться, ожидал увидеть невестку моего советника в обычном платье. Вы оказались офицером.
– Медицинской службы, – вмешался Николай. – Таким же, как и я. Марина – врач, я – волхв, и мы оба служим в госпитале.
– Но одновременно проводите диверсии в тылу противника, – царь усмехнулся. – И, судя по наградам, которые я вижу, вполне успешно. Как это сочетается?
– Так обстоятельства сложились, – Николай развел руками. – В республике нет волхвов-диверсантов. Пришлось помочь.
– Где воевали прежде?
– В Африке. Князь в курсе, – Николай кивнул на адмирала.
– Как долго?
– Почти десять лет, – при ответе гость слегка замялся, что не укрылось от царя. Что-то он скрывает. – В пятнадцать начал. Родители погибли от рук повстанцев, в ответ я начал мстить. Служил во французском Иностранном легионе. Со временем мне надоело, поэтому вернулся. Я родом из Царицыно.
– Понятно, – царь кивнул. – Подойдите.
Волхв поднялся и приблизился к столу. Император встал.
– По ходатайству моего советника вице-адмирала князя Несвицкого признаю вас его внуком и возвожу в княжеское достоинство империи с наследованием титула по нисходящей линии. Указ о сем вам вручат в канцелярии. Поздравляю! – он пожал руку юноше. – Также сообщаю: за героизм, проявленный в борьбе с врагами, диверсию в тылу противника, обеспечившую успех при нашем наступления, вы удостоены ордена Андрея Первозванного. Награду вручат позже, на приеме, где будут чествовать всех героев операции.
– Спасибо!
Гость принял стойку «Смирно!» и щелкнул каблуками.
– Положено сказать: «Служу империи!», – заметил император.
– Я гражданин Нововарягии.
– Отныне вы имперский князь, и помните об этом, – ответил царь. – Николай Иванович, – он посмотрел на адмирала, – вы и Марина Авенировна оставьте нас вдвоем. Мне нужно побеседовать с майором.
Когда советник с гостьей вышли, император посмотрел на Николая:
– Ваш дед сказал, что вы его омолодили, как и свою невесту. Это правда?