Харрис (СИ)

- Известно, от чего он исходит? - спросил Филипс, командующий гарнизона, невысокий и полноватый, но очень строгий человек с военной выправкой.
- Объект достаточно мал, и нам пока не удалось засечь его визуально.
- Но сигнал достаточно мощный, - сказал Филипс.
- Именно так. Это дополнительное свидетельство того, что на нём используются инопланетные технологии.
- И что им нужно? - спросил он вновь, но Колман не спешил отвечать.
- Думаю, на этот вопрос господин Колман ответить вам не сможет, - сказал Джеймсон, - садитесь, могли бы и не вставать. Итак, господа. Первое, о чём я вас всех попрошу, так это не волноваться. Это важный момент нашей миссии, и настал он намного раньше, чем мы ожидали. Это событие, к которому мы должны отнестись очень и очень серьёзно, но, как вы понимаете, без дёргания. Тем более, что это ещё не все новости.
- А что же ещё? - не унимался Филипс.
- Сигнал периодически повторяется. Мы посылали ответ, но он после него не изменился. Это уже основание считать аппарат погибшим. Хотя, наверное, я слишком рано это предположил, - ответил Колман, посмотрев на Джеймсона.
- Да, пожалуй. Это немного портит ситуацию, но нам неизвестна их логика. Может быть, они рассчитывают получить в ответ что-то определённое, а может быть, мы просто не можем добить до них.
- У них сложный код? Двоичный? - спросил Кларк, руководитель инженерной службы.
- Нет. Троичный, насколько мы вообще смогли разбить его на составляющие. У них есть пропуски, есть сигнал и есть двойное повторение.
- Почему вы решили, что пропуски тоже являются составляющей?
- Если взять самый короткий и замерить его длину, то потом любой из длинных можно разбить на несколько коротких. Двойное повторение всегда выделено двойным отсутствием и одинарным промежутком между сигналами, так что и его можно выделить. Причём, точность поразительная, - ответил Колман, - нам даже не пришлось ни округлять ни предполагать. С большей вероятностью я могу сказать вам, что это наши приборы могут что-то неточно измерить, но в их коде всё практически идеально.
- Это, отнюдь, не значит, что он неземной, заметил руководитель отдела логистики Уотерс.
До этого момента он сидел и молчал, отблёскивая лысиной и очками. Он умел слушать, был категорическим педантом, любил перестраховываться, и никогда не действовал наобум.
- Но мы не используем такой код, - сказал Колман.
- И что? Это очень, надо сказать, неудачный код. Представьте себе помехи, и в таком случае двойной элемент вы можете принять за два единичных. Я понимаю, что в космосе это не так уж и страшно, но если экстраполировать этот принцип на цивилизацию в целом... И потом, между элементами должны быть пропуски, как вы решите, какой из них является элементом кода, а какой нет?
- Все они являются.
- Я бы воспринял это как какую-то шутку. Издёвку, - Уотерс посмотрел на Джеймсона, - хоть принцип и не наш, они опираются на наши наработки.
- Скажите, Колман, - по-доброму улыбнувшись, сказал Джеймсон, - вы отследили направление, с которого исходит сигнал?
- Конечно.
- Может это быть какой-то шутник, находящийся в пределах гелиосферы.
- Нет. Сигнал движется извне. И сам объект движется так, как будто бы просто попал под действие гравитации Солнца, а не стремится приблизиться к нам. Это дополнительно подтверждает предположение о том, что он, к сожалению, погиб. Но мы ведь всё равно должны исследовать его.
- Да. Так гласит протокол, но у нашей миссии несколько другая цель, - сказал Уотерс, - мы потеряем скорость, приличную часть которой набрали благодаря гравитационным манёврам, которые, как нетрудно догадаться, мы не сможем повторить.
- Я понимаю, Алистер, - Джеймсон улыбнулся своей обычной улыбкой, - но в протоколе есть упоминания инопланетных объектов, которые мы можем встретить на этом неблизком пути. Так уж вышло, что мы встретили его быстро и неожиданно, но это не значит, что не надо обращать на него внимание, раз уж он находится ближе к Земле, чем к пункту нашего назначения.
  
- А вот тут я позволю себе с вами не согласиться, господин командующий, - он тоже улыбнулся, но с долей ехидства, как будто бы говоря таким образом, что знает больше Джеймсона. И это во многом на самом деле так и было, - его нахождение на небольшом расстоянии от гелиосферы позволяет нам ограничиться отправкой соответствующего сообщения на ближайшую земную станцию, а они уже будут принимать решения по поводу его исследования.
Он бы ещё добавил что-то в духе "и вы знаете, что это правильно", но воздержался. Он лишь хотел публично напомнить, что, действуя по своему усмотрению, господин Джеймсон серьёзно рискует успехом миссии, и хотел таким образом переложить всю ответственность на него.
В свою очередь Джеймсон, разумеется, хотел бы исследовать объект. Может статься, что даже один кусок технологии, вырванный из контекста целой цивилизации, может помочь землянам обрести второе дыхание и окончательно наладить собственную жизнь. И это были только общие причины, а ведь имели место ещё и личные - кому не хочется вступить в первый контакт с инопланетянами. Если объект достаточно мал, то их гарнизон может оказаться серьёзной гарантией того, что боевое столкновение - если таковое случится - завершится в пользу землян. А если же его не будет, то это ещё лучше. Мирный контакт или просто завладение объектом тоже очень весомый вклад в процветание земной цивилизации. На этом фоне, потеря даже нескольких лет для миссии из-за сброса скорости, выглядит незначительной. Всё равно в пути придётся провести не одно столетие. Зато сколько они могут приобрести!
- Попрошу высказаться господина Филипса, - сказал Джеймсон.
Командующий гарнизоном несколько удивился, что его слово имеет здесь такой вес, но быстро справился с этим удивлением. Джеймсон намеренно спросил его, зная, что тот мыслит примерно также. Хоть земная цивилизация и начинает медленно вставать с колен, приток свежих технологий ей не повредит. Тем более, даже Колман подтверждает их наличие.
- Я считаю это возможным, - сказал Филипс, - если я верно помню, в дальнейшем, мы имели бы право даже на небольшие отклонения от курса, не говоря уже о торможении, без которого исследование объектов невозможно. Представляете, какой будет наша скорость уже через десять лет? И нам всё равно пришлось бы от неё отказаться.
- Именно об этом я и хотел сказать, - Джеймсон посмотрел на Уотерса, - и потом представьте, Алистер, мы сделаем этот шаг для землян быстрее. И кстати, что, если этот объект просто пролётом здесь? Пока мы пошлём сигнал, пока наши соотечественники его получат, пока соберут миссию и вышлют её, а? Это может быть единственный шанс установить контакт. И представьте, если объект терпит бедствие, а мы окажем ему помощь, насколько это отличное начало новой дружбы наций!
Уотерс, конечно же, считал всё это глупостью. Не исследования космоса и установление контакта с новыми цивилизациями в принципе, а именно то, что происходило сейчас. Он справедливо полагал, что каждый должен находиться на своём месте, и их миссия должна двигаться дальше, а другая, специально созданная, заниматься исследованиями неизвестного аппарата, предположительно - инопланетного. Но что он мог доказать главному?
- Я поддержу любое ваше решение, - главный логист миссии улыбнулся.
Конечно, теперь, когда ответственность не лежит на нём, он может спокойно наблюдать. Получится удачно - тень славы падёт и на него. Получится неудачно и миссия провалится - он же предупреждал, что каждый должен быть на своём месте, и такими исследованиями должны были заниматься специально подготовленные специалисты. Как ни крути - всё складывается неплохо.
И потом, всё ещё может измениться. Завтра выяснится, что объект огромен, и что выходить с ним на контакт может быть для них чревато, так что так или иначе придётся сообщить на Землю и двигаться дальше, и то, если получится. Но верить всё же хотелось в лучшее. Если они могут так легко погибнуть здесь и сейчас от рук инопланетян, или что там у них выполняет хватательные функции, то дальше в космос можно вообще не пытаться сунуться. За это Уотерс был спокоен. Верил ли он в судьбу? Возможно. Он не боялся сгинуть, если это суждено, а сейчас от его решений ничего не зависело. Он лишь мог сделать так, чтобы корабль функционировал даже в повреждённом состоянии, но всё же надеялся, что до такого не дойдёт.