Сказка для (СИ)

─ Не смейтесь над ней, ─ сурово говорит Нил, вставая на защиту девчушки, и я вижу неслабый такой щит, который он выставляет перед ней, будто бы играючи и не особо задумываясь. ─ Вы её братья и должны защищать её, а не насмехаться!
Его щёки краснеют, у близнецов тоже румянец, но от стыда, Мара так вообще помидорка, а у девчонок, похоже, появился новый герой, но все они застывают, словно пойманные преступники, как только замечают меня.
─ Правильно, ─ киваю одобрительно, и Нил забывает обо всём, подбегая ко мне, явно устыдившись своей бурной реакции. Но не поступка. ─ Привет, воронёнок, ─ выдыхаю, коснувшись тёмной макушки, и мальчик вздрагивает – возможно, так его звали родители, но до меня не сразу доходит ужасная истина.
Значит, даже этот малыш умрёт, просто потому что так было предначертано когда-то? Просто потому, что его вдруг призовёт неведомая сила, чтобы сразиться со злом?
Не бывать этому!
Нил поднимает взгляд и смотрит так, словно знает то, что у меня на душе, а мне так паршиво никогда не было, так что очередное исчезновение Демьяна накладывается пластом на и без того кровоточащую рану, заставляя кровавую пелену появиться перед глазами. А потом я слышу спешащие сюда шаги, уже догадываясь, кто сюда так торопиться, чтобы остановить меня от очередного безрассудства.
─ Уведёшь их отсюда, ладно? ─ прошу мальчика, и тот понятливо кивает, быстро оказываясь рядом с компанией мелких, а после, когда они уходят, уже забывая об инциденте, ко мне со спины осторожно подходит Рина.
─ И куда опять делся твой брат? ─ стараюсь не выдать своих истинных эмоций, но Дарина точно так же, как и я, прекрасно всё чувствует, буквально пробуя воздух на вкус.
─ Ада, угомонись, ─ просит подруга, но сейчас ничьё мнение не способно меня сдержать. ─ Он взял с нас слово, что ничего с тобой не случится, и на этот раз тебе придётся сделать так, как он решил.
Не знаю, с каких пор она стала такой правильной – то ли это материнство виновато, то ли я просто чего-то не знаю, только меня этим не возьмёшь.
─ А я не могу! Не могу без него дышать, и ты, как никто должна понимать это! ─ взрываюсь я, заставляя стёкла знакомо дребезжать, а её вздрогнуть, потому что уж она-то прекрасно знает, каково это – отпускать того, кого любишь. ─ Я знаю, что если сейчас за ним не пойду, уже никогда его не увижу…Ты позволишь этому произойти?
В какой-то миг мне кажется, что мои слова до неё дошли, однако в следующую секунду меня припечатывает фразой, как могильной плитой.
─ Прости, но я не дам тебе уйти, ─ в её голосе прорезается рык, и, несмотря на то, что она априори меня сильнее, как дочь Повелителя, я не сдерживаюсь и тоже рычу, как в последний раз.
Звериная сущность быстро завладевает нами обеими, а я понимаю, что если Рина захочет, она уложит меня на лопатки в два счёта, и это меня немного остужает. Что я вообще пытаюсь тут изображать, когда утратила навыки даже элементарной борьбы? Когти и клыки сами по себе втягиваются от осознания собственной слабости, но я не могу уйти с поля боя, не сказав последнего слова.
─ Если он погибнет, я тебя не прощу, ─ говорю и, не оборачиваясь, бреду обратно в комнату, ощущая все эмоции подруги, от которых ещё хуже.
Никакого запасного плана у меня нет, так что я почти готова разрыдаться, и я сажусь на пол, пряча голову в руках, будто страус в песок, совершенно не реагируя на посторонние звуки. А потому не слышу, как ко мне подходит Нил, касаясь плеча.
─ Я могу… ─ тихонько, будто кто-то нас подслушивает, шепчет он.
─ Что, милый?
─ Могу помочь. Но меня накажут, ─ вздыхает так по-взрослому, что улыбки я не сдерживаю.
─ Что бы ты ни сотворил, не накажут, если твоя помощь была бескорыстным порывом.
─ Беско… рысьим? ─ пытается повторить, хмурясь от того, как выданный браслет исковеркал фразу.
─ Бес-ко-ры-стным, ─ повторяю ему. ─ Если ты от чистого сердца решил кому-то помочь, поверь, в этой академии никто не посмеет тебя наказывать – только пожурят. Так что ты имел в виду?
Немного поразмыслив над моими словами, он решительно кивает и, не предупреждая меня, внезапно создаёт портал! Самый настоящий, сперва небольшой, но он всё ширится и ширится, а я только и могу думать о том, какие у него способности уже сейчас.
 
─ Я не хочу, чтобы ты плакала, ─ произносит с необычайной серьёзностью, и мне не нужно намекать дважды, поэтому я подскакиваю и крепко стискиваю его в объятиях, отчего маленькое тельце чуть напрягается, но после расслабляется.
─ Спасибо, малыш…. Я скоро вернусь!
Бросив на него последний взгляд и поймав в нём что-то сродни поддержке, шагаю в светящееся синевой марево, мечтая придушить одного упёртого типа, и когда меня выплёвывает в уже печально известном загородном клубе Мастера, бешенство, какого я ещё не знала, обрушивается на меня ушатом ледяной воды.
Демьян свет Викторович в компании Криса и Дамиана изволят расслабляться в компании полуобнажённых демониц и эльфиек, а кое-кто просто пьёт по-чёрному, даже не замечая, как к нему клеится одна из этих девок, пытаясь присесть на колени. Эта картина не вызывает у меня ничего, кроме зубового скрежета, и, наверное, звук выходит, что надо, поскольку даже музыка перестаёт литься из огромных колонок.
─ Ада?!
Видимо, Дем на самом деле не ждал, что я сумею выбраться, и ему явно кажется, что это всего лишь мираж.
─ Нет, это не твои пьяные галлюцинации, ─ ухмыляюсь, кивая девицам на выход, и те понятливо сливаются – вид у меня явно не располагает к чаепитию.
─ Ну всё, ты мне должен – она всё-таки выбралась, ─ ухмыляется бывший бог, протягивая руку за заслуженной наградой, но Залесский умнее – он просто переносит весельчака с глаз долой, и мы остаёмся наедине в тишине, нарушаемой лишь моим тяжёлым дыханием.
Дем поднимается на нетвёрдых ногах, всё ещё не веря в то, что я здесь, и его вид окончательно выводит из равновесия – отпечатки губ на груди просто не оставляют шанса остаться равнодушной.
─ Ты разбил мне сердце, уже который раз, полицейский… А я ведь думала, что от него уже ничего не осталось! ─ кричу, подлетая к нему и начинаю молотить по каменным мышцам, оставляя борозды от своих ногтей, а он просто терпит, вынуждая злиться лишь сильнее. Потом я сотни раз спрошу, как мне в голову могла прийти подобная мысль, но в тот миг я вижу перед собой лишь одно чёткое решение, и оно мне кажется идеальным в нашей непростой ситуации. ─ Что? Не можешь описать свои чувства одним словом? А хочешь, я тебе скажу такие слова, от которых ты точно будешь в ужасе?
Во мне никогда ещё не кипело разом столько чувств, и мой доберман, похоже, видит, в каком я состоянии, а потому ничего не предпринимает, не пытаясь меня остановить. Вместо этого лишь спокойно, не сводя с меня непередаваемого, жадного взгляда, интересуется:
─ Какие же?
А я наклоняюсь к самым его губам и по слогам, как до этого говорила Нилу, шёпотом произношу:
─ Не-рас-тор-жи-мый брак.
Его зрачки только и успевают, что расшириться, а вокруг нас уже с шелестом кружатся ветки и листья малины, унося прочь из провонявшего чужими запахами клуба прямиком к недавно выстроенному храму между мирами. 
И мне совсем плевать, что будет после.
  
52
 
Демьян
Уходить тяжело.
Тяжело вот так, наживую отрывать себя от неё, когда едва обрёл, но так будет честно, и этот поступок я обдумывал всё то время, пока мы готовили операцию по спасению зайки из лап эльфийских выродков.
Последний раз мне так сильно хотелось убивать, когда я видел несправедливость по отношению к девушкам-охотницам, несправедливость к собственной матери и сестре, к будущим поколениям. Сколько бы ни прошло веков, в этом мире или в другом, женщина всегда будет разменной монетой, вещью, которой можно откупиться, и я видел всё это своими глазами, но только с Адой понял, насколько всё плохо.