Санаторий 2 (СИ)

Мы с Тамаркой резко повернули туда головы, но ничего не увидели, а Гриша продолжил тем же негромким тоном:
— Далеко… и неопасно — трогать не будем… — и, видя наше с Тамаркой недоумение, пояснил, — задняя часть этого дома вся оплетена сетью.
— Аааа, — пригляделся я к этому месту, — и точно паутина там… а мы двигаем дальше.
Еще надо было миновать стоянку для машин, где в том числе значился и мой личный Дастер. А еще два китайца и старенький Хендай-Гетц, уткнувшиеся носами в вековые сосны.
  
— Стоп, — сказал я нашей команде, — давайте я заберу то, что в моей машине лежит — вдруг пригодится.
— И что же в твоей машине есть такого нужного? — справилась Тамара.
— Например, набор инструментов, — ответил я ей, — и лопату. Никогда не знаешь, что именно пригодится в жизни.
— Забирай, — согласился Гриша, и я щелкнул сигналкой (ключи от машины так и лежали у меня в правом кармане штанов), открыл багажник и вытащил чемоданчик с гаечными ключами-отвертками-скальпелями, лопату тоже прихватил, она была складная и маленькая.
— А это у тебя что? — задал вопрос Григорий, ткнув пальцем в большой мешок у правой кромки багажника.
— Барахло какое-то, — пожал я плечами, — уже и не помню, чего туда напихал.
— Покажи, — чуть ли не командным голосом приказал он.
Я еще раз пожал плечами, развязал завязочки сверху и открыл внутренности мешка… и оттуда, как кочан капусты, выкатилась голова Толика… да-да, того самого пацанчика Толи, который якобы отправился куда-то там через портал под Лениным.
Тамару тут же вывернуло наизнанку, она успела отвернуться и долго и мучительно блевала в сторонке. Мы с Гришей как-то удержались.
— Очень интересные вещи в твоей машине лежат, — хмуро сказал мне он, — и как, интересно знать, эта голова сюда попала?
— Не могу знать, тщ капитан, — так же хмуро отвечал я, предчувствуя длительные и неприятные разборки. — Теряюсь в догадках.
— Машина закрыта была? — приступил он к допросу в полевых условиях, — закрыта… значит, никто, кроме тебя голову туда засунуть не мог, правильно?
— Неправильно, тщ капитан, — начал отпираться я, — сигнализация у меня китайская и дерьмовая, Старлайн, ее любой мало-мальски грамотный товарищ обойти сможет… и потом — а вдруг это муляж какой, а не голова Толика?
— Давай проверим, — развернулся капитан к багажнику (а Тамара тем временем справилась с эмоциями и тоже начала участвовать в обсуждении), — не, это не муляж… кровь натуральная и пластиком тут даже и не пахнет, продукт натуральный. И потом — кому в голову в этой глуши придет делать такие сложные штуки? Когда отпилить натуральный экземпляр куда как проще и надежнее.
— Согласен с этим, — не стал я отрицать очевидное, — короче, я эту штуку сюда не закладывал, тщ капитан, я вообще весь этот день, который прошел после перехода Толи с Верой через тот портал, был на виду у кучи народа. Когда бы я успел провернуть этот трюк? И еще одно — неужели бы я полез в свой багажник, если б точно знал про эту голову… сам подумай.
— Тоже верно… — нехотя согласился капитан, но на всякий случай уточнил еще и у Тамары, — может ты чего знаешь по этому поводу?
Та отчаянно затрясла головой, при этом видно было, как она с трудом справляется с новыми желудочными спазмами. Гриша захлопнул багажник и бросил в сердцах:
— Шли за разгадками, а взамен получили еще одну загадку. Однако, нам надо закончить наше дело, а с головой потом будем разбираться.
И мы пересекли наискосок парковку, а потом обогнули стену ларька Сапсан с левой стороны. Ничего подозрительного мы по дороге не обнаружили.
— Я же говорил, — заметил я, когда подтянулся к остальным двум членам нашей команды, — что тут одни лопухи и крапива… — и тут же осекся, потому что крапива, конечно, тут имелась в достаточных количествах, но пятачок, примыкающий к середине стены, был тщательно очищен от растительности, и на нем, на пятачке, имели место стол со стулом.
Член тоже присутствовал, нарисованный чем-то красным.
— А что я говорила, — торжествующе выдала Тамара, — убедились?
— А снимали все это откуда? — решил уточнить диспозицию я.
— Да вон между тех двух сосен, — Тамара отошла на пару метров и показала примятость на траве, — тут камера и стояла.
— Так кто они такие, Павлик с компанией? — задал, наконец, правильный вопрос я. — И зачем им вся эта чехарда сдалась? Очень сложная, причем, технически чехарда. Я даже не представляю, кто на нашей Земле способен сделать паука размером с кошку, который двигается и паутину при этом плетет… и криминала целую кучу еще наворотили при этом…
— Вопросы хорошие, — задумчиво произнес Григорий, — ответов только на них нет… у меня по крайней мере. Может у тебя есть? — обратился он к Тамаре.
— Не, — потрясла она головой, — у меня тоже нет… да еще эта голова никак из башки не вылезает…
— С головой мы отдельно разберемся, — пообещал капитан, — а сейчас возвращаемся тем же порядком к себе на базу.
  
Глава 3
 
Одеяло убежало
 
Одеяло убежало
На обратном пути из неожиданностей встретился только один муравей размером с собачку типа болонка, но нападать он на нас не захотел, так что все прошло спокойно.
— Стоять! — негромко приказал капитан, когда мы вышли из-за декоративных кустов и увидели входную дверь в первый корпус.
— Чего там? — я самым последним вырулил на открытое пространство и тоже остолбенел — перед дверью примерно в паре метров по горизонтали и в метре над землей висело и слегка колыхалось одеяло.
Ну да, самое, что ни на есть стандартное советское ватное одеяло, простеганное с обеих сторон суровыми солдатскими нитками. Размером оно было тоже самым обычным, полутораспальным, а еще откуда-то из самого центра этого колыхающегося прямоугольника исходили некие лучи видимого света.
— Стрелять? — тут же спросил я у Гриши, — или подождем?
— Придержи лошадей, — строго приказал он мне, а Тамарка не удержалась и выдала очередную репризу.
— Из спального корпуса это одеяло, — сказала она, наклонив голову набок, — вижу в углу штамп нашего санатория и название подразделения.
— Странные у вас одеяла в подразделениях имеются, — ответил ей я, — летающие сами по себе. Как Карлсон практически.
— Раньше таких не видела, — огрызнулась она, — до позавчерашнего дня точно.
А одеяло взяло и закрутилось в трубочку, причем один из концов при этом направился прямиком в окно корпуса, которое выходило в общий столовый зал.
— Не нравится мне это, — бросил я такую фразу Григорию, — лично я бы шмальнул по этой хрени из обоих стволов… как Тамарка по коту.
— Без приказа не стрелять, — вот и все, что ответил мне капитан.
А события тем временем продолжали развиваться и без нашего деятельного участия — одеяло начало вращаться в воздухе с увеличивающейся частотой, при этом от него даже я почувствовал, как исходят волны очень низкой частоты, герц семь-восемь по моим скромным прикидкам. Из глубин долговременной памяти всплыли сведения про инфразвук и про то, как он нехорошо действует на человеческую психику…
А еще через полминуты задняя дверь корпуса распахнулась и оттуда стройной колонной начали выходить наши коллеги по несчастью, во главе Ирина, за ней Анвар, а дальше все остальные. Лица у всех были какие-то отрешенные, и все улыбались как ненормальные. Тут я уже не выдержал и во весь голос заорал Григорию:
— Щас ведь это одеяло всех за собой уведет! Стреляй, пока не поздно.
Но Гриша обернулся ко мне все с той же идиотской ухмылкой, которая значилась на лицах всех остальных. Тамарка продублировала ему мои слова, но, видя, что толку с них как с козла молока, обернулась ко мне.
— Ты-то хоть вменяемый остался? — проорала она мне в лицо, — стреляй в это гребаное одеяло одеяло, пока оно всех за собой не утащило!
Я и разрядил рожок своего АКМа прямиком в середину трубочки, в кою свернулось означенное одеяло… оно как-то быстро увяло, это одеяло, вращение сначала замедлилось, а потом и вовсе прекратилось, а еще через пару секунд оно обвисло и тяжело плюхнулось на газон с декоративными цветочками.