Развод. Я устал от тебя (СИ)
- Засунь себе деньги знаешь, куда…, - раскрасневшись рявкнул Филипп Викторович.
- А вот это уже оскорбление, - медленно проговорил пациент. - Нехорошо…
Ни капельки не испугался. Вот вообще. Хотя, а чему же тут удивляться, если они почти одного роста и телосложения? Вот только Филипп Викторович толстый, а этот самый настоящий качок. Причем не надутый всякой гадостью, а просто очень натренированный. Красивый… И есть в нем что-то такое… Не знаю, как объяснить. Вот Филипп Викторович орет, а этому и голос повышать не надо.
- М-мне документы надо заполнить, - заикаясь начала я, попытавшись помешать начинающейся ссоре.
К счастью, пациент перевел внимание на меня. Или не к счастью. Потому что вновь вспыхнувшие огоньки в его орехово-карих глазах мешали сосредоточиться. Очень и очень сильно, но я старалась это сделать. Не хватало еще чтоб на меня Филипп Викторович пожаловался…
Итак, звали его Владимир Вадимович Сорокин. Глупая фамилия и совсем ему не подходящая. Такому бы звучную какую-то… Мужественную.
Соберись, Ленка! Соберись рад бога и не позорься.
Тридцать лет…
- Не женат, детей нет. Номер телефона…
Он потешался. Причем откровенно. Или заигрывал со мной. И точно смущал меня так сильно, словно бы мне не двадцать три года, а пятнадцать и я на первой своей школьной дискотеке общаюсь с красивым старшеклассником, а не заполняю документы пациента в “скорой помощи”.
- А тебя как зовут? - оперевшись локтями о колени, склонился так ,что наши лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга.
- Лена… То есть, это не имеет значения, Владимир Вадимович, - затараторила я, отодвигаясь. - Откиньтесь, пожалуйста, на спинку кресла. Вам нельзя напрягаться, у вас сотрясение.
- Рядом с тобой трудно не напрягаться, Лена, - полностью игнорируя недовольное пыхтение Филиппа Викторовича, сказал он с очевидным намеком.
Ой, мамочки, щекам-то как жарко. И сердцу. И всему телу.
Постаравшись придать лицу как можно более строгое выражение, я сделала вид, что заполняю бланк. Все, больше не смотрела на этого Сорокина. Зато он на меня - да. Но, к счастью, молчал.
- Приехали, - буркнул Филипп Викторович, который тоже молчал весь остаток дороги и тоже смотрел на меня. Прям сверлил взглядом.
Он немного успокоился, но не полностью. А пациент вообще не остыл, это было видно. Ему что правда не все равно на то, как со мной общается врач? С какой стати?
- Что застыла? Иди узнай, свободно ли мрт, - распорядился Филипп Викторович и я бросилась выполнять.
Кабинет мрт оказался свободен. Передав пациента коллегам, мы направились в комнату отдыха. Там было пусто, все бригады на выезде. Чтоб скрыть неловкость от ситуации на вызове, я засуетилась. Чайник поставила, коробочку с пакетами чая достала…
- Лен, ты уши-то не развешивай, - незнакомо добродушным голосом сказал Филипп Викторович, - Такие, как он, мажоры зажратые, поматросят и бросят, запомни.
Я во все глаза посмотрела на доктора. Он впервые со мной так говорил - по-доброму, даже как-то по-отечески.
- Я не развешиваю!
- Вот и умница, принцесска, - снова вернул он свой прежний тон. - Чайку заваришь?
- Конечно.
От его слов стало не по себе. Стыдно за свое непрофессиональное поведение и что он это заметил. И тот парень тоже. А еще… Ведь он прав. С первого взгляда на этого Сорокина понятно, кто он такой. Весь в брендах одет, часы дорогие, смартфон последней модели. Я это все украдкой успела рассмотреть пока ехали. Понятно как такие могут отнестись к обычным девушкам вроде меня. И, может, он вообще женат. Взрослый все-таки…
Вот и не думай о нем, Ленка. Забудь и все!
Глава 3
Семь лет назад
Восьмая моя смена прошла как по маслу. Было несколько вызовов, причем парочка из них - тяжелые случаи, но я отлично справилась со своей частью работы. И это не столько мое личное мнение, сколько вывод из того, что Филипп Викторович не сделал ни одного замечания и называл Леной, а не “принцессой”.
- Ты привыкаешь, Ленчик, - говорила в смартфоне Алина, - Я же говорила тебе, что придет время и станет легче и вот оно приходит.
- Да, ты права, - прижав телефон плечом, я стала застегивать ремешки на босоножках.
- Первые две недели на новой, а тем более первой работе - это всегда период, когда кажется, что ты сойдешь с ума от страха. Но вот они прошли и - вуаля - все оказалось не так страшно, а кукуха осталась на месте.
- Расскажи, как твои дела?
- Я таки послала Саймона, - имя этого парня заставило меня поморщиться.
Он был то ли блогером, то ли криптовалютчиком, то ли просто умеющим пускать пыль в глаза бездельником и бабником. И при этом ярким и красивым, как какая-то голливудская кинозвезда, умеющим лить в уши так сладко, что умудрился вскружить голову даже моей прагматичной сестре.
Лично я его не знала, но того, что рассказывала мне о нем сестра, было достаточно для выводов. Правильных, в отличие от тех, которые делала она.
- Я не ослышалась?
- Нет, не ослышалась. И ты была права. Он козел и бабник. И меняться не собирается, - выдохнула Алина. - Понятия не имею, как я могла так залипнуть… Три месяца как в тумане.
- Мы все можем залипнуть не на том человеке, сестренка. Это жизнь и это нормально.
- В двадцать - может быть, но не в двадцать восемь, - хмыкнула она. - По крайней мере, если ты не дура. А я себя такой не считаю. Не считала…
- Ну, Алин…
- Ладно, тут уже посадку на рейс объявляют…
- А куда ты летишь?
Сестра уже четвертый месяц обитала на Бали, работая там фотографом и тревел-блогером, где и повстречалась с этим Саймоном. Она у меня была перелетной птицей и то, что усидела столько времени на одном месте из-за такого мужчины, как этот Саймон, беспокоило меня.
- Черт, сюрприза не выйдет. Я возвращаюсь, Ленка. Наобнимаюсь с тобой, передохну немного дома…
- Ура-а-а-а…
- Ну, давай, систер, скоро увидимся.
- Счастливого пути, дорогая.
Положив трубку, я сунула смартфон в карман летних шорт и ускорила шаг. Сердце радостно стучало в предвкушении нашей встречи. Хоть я за три года, минувшие с момента, как сестра кардинально сменила сферу деятельности и начала много путешествовать и зарабатывать на съемках и обзорах отелей, успела привыкнуть к тому, что она большую часть времени находится за сотни километров от меня, все равно безумно скучала по ней. По детству скучала, которое мы провели вместе. Не ругаясь даже, хоть у нас пять лет разницы в возрасте и по характеру мы очень разные. Алина такая вся смелая, яркая, пробивная и самодостаточная, а я…
Додумать мысль я не успела потому, что сразу как вышла из больницы на улицу, увидела Сорокина. Прислонившись к сверкающему черному боку красивого внедорожника немецкой марки, он стоял и говорил с кем-то по телефону. Причем держал его только указательным пальцем возле уха, рискуя уронить и разбить, но смотрелось это дерзко и круто. Во второй руке у мужчины был пышный букет ярко-красных роз.
Увидев меня, Сорокин широко улыбнулся. Положил трубку, сунул телефон в карман офисных брюк и двинулся мне навстречу.
- Привет, Елена-прекрасная, - он протянул мне букет.
- Прив… Добрый день, - дрогнувшей рукой, я приняла букет, - Спасибо! Они очень красивые…
- Но не такие, красивые, как ты, - он дерзко подмигнул, - Ну тут уж ничего не поделаешь, ведь с тобой не сравниться ни цветам, ни… Ай, ни вообще никому. Поехали завтракать?
Щекам жарко. Лицу тоже. И сердцу. Они горели, пылали от взгляда этих орехово-карих глаз. Огоньки в них обжигали. Нет, зажигали. Что-то новое, горячее, трепетное внутри.
- Я тебе своей ресторан покажу…
- А почему вы не в палате? - внутри похолодело от тревоги, - У вас сотрясение мозга и минимум неделю нужно…
- Ой, да легкое совсем. Я отлично себя чувствую. Говорил же, что ты меня вылечила. Знаешь, я за эти дни так часто вспоминал прикосновения твоих рук. И сладкий запах волос, - он подцепил кончик моей длинной косы, поднес к лицу и глубоко вздохнул, дерзко глядя в мое горящее огнем лицо. - Понял, что снова хочу тебя понюхать…