"Фантастика 2025-33". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)
Язва при этих словах стала медленно тянуться за оружием. Экуппа была в замешательстве, а зверек сидел себе на тропинке, как ни в чем не бывало.
Я хотел было вмешаться и попросить Экуппу остановить наемницу, как почувствовал, что она и так начинает плести какое-то незнакомое мне заклинание.
Эдвардс с Язвой тоже это почувствовали, и мгновение спустя все трое стояли, настороженно и с угрозой глядя друг на друга. Пройдоха и наемница уже были вооружены, а с кончиков пальцев Экуппы в любой миг готово было сорваться мощное оглушающее заклинание. Причем даже я понимал, что его мощь чрезмерна и способна убить Язву и, как минимум, покалечить Эдвардса.
Все трое стояли и ждали хотя бы намека на движение кто-нибудь из бывших товарищей, чтобы пустить в ход готовое к бою оружие.
Теперь я не мог обратиться к Экуппе, чтобы она не потеряла концентрацию. Но и просто так сидеть без дела я тоже был не в силах. Я метался по комнате, как тигр в клетке.
Тигр! А что, если позвать Эмму? Не отвлечет ли это Экуппу? Нет, я не могу так рисковать. Но что же тогда я могу сделать?
Я перевел обзор на стену, чтобы лучше видеть полную картину происходящего и обомлел.
Морда мелкого ранее неизвестного нам зверька из блаженно умиленной, вдруг, стала медленно превращаться в злорадно хищную. Пасть понемногу оскалилась в зловещей усмешке, обнажились мелкие острые зубы. Из уголка ощеренного рта потянулась нитка маслянисто поблескивающей слюны. Тварь из джунглей демонстративно подняла крошечную лапу над лежащим возле нее сухим прутом, намериваясь сломать его с оглушительным в повисшей мертвой тишине хрустом. Естественно, я понимаю, к чему это приведет!
Все, что мне остается, это попытаться силой поменяться местами с Экуппой и, по возможности, предотвратить если не сам конфликт, то, хотя бы, смертоубийство.
Однако в последний миг в дело вмешался его величество случай!
Сначала голова неведомой зверушки распухла, увеличившись в объеме раза в три, а потом сразу же, без всякой паузы, прямо в то же мгновение лопнула, разбрызгивая во все стороны большое количество мутной, но на удивление неплохо пахнущей жидкости.
Даже не знаю, как я смог почувствовать ее аромат еще до того, как эта субстанция оросила всю нашу троицу с головы до ног. Но я его чувствовал и он уже действовал на меня, как валерьянка на кота: я мгновенно расслабился и утратил всякую способность трезво рассуждать и адекватно реагировать на происходящее.
А еще странно, что взрыв головы не привел к началу бойни, а, наоборот, полностью разрядил обстановку. Видимо, та жидкость оказала благотворное влияние не только на мою скромную персону.
Вся троица под моим, самую малость, недоумевающим, но в целом спокойным взглядом начала весело, заливисто и от всей, как говорится в моем мире, души смеяться. Они приседали, держась за животы, и едва не падали, вытирая со щек выступившие на глазах слезы вперемешку с все той же благоухающей жидкостью. В тот момент не было ни в этом, ни в любом другом из миров людей более счастливых, чем эта троица.
Хотя, нет, я ошибаюсь: там, на поляне посреди тропы смеялось не три, а четыре человека.
И если вы, вдруг, решили, что четвертым в этом шумном и веселом квартете был я, то, увы, тут вы оказались абсолютно неправы…
***
Конец первой части
Часть II Глава 1
- Ээй, моряк, ты слишком долго плавал!
- Плавает говно, а моряки – ходят!
- Ээй, говно, ты слишком долго плавал!
(беспощадный народный юмор)
Часть вторая
Поднять паруса!
1. Бродяга
- Пройдоха, брат, ты ли это?! – сквозь смех проорал неприятного вида загорелый чрезвычайно странно одетый мужчина, выходя на тропу, кладя у ближайшего дерева небольшой лук и колчан со стрелами и широко расставляя руки, как бы приглашая Эдвардса обняться.
- Бродяга!!! – раненным медведем взревел мой боевой товарищ и бросился навстречу к чужаку.
Они обнялись так крепко, что ребра отчетливо затрещали сразу у обоих. Затем последовали оглушительные хлопки по спине, плечам и даже голове.
Кстати сказать, голова у этого самого Бродяги была лысая, как бильярдный шар. Вот прямо ни волосинки! Даже без бровей и ресниц. Благодаря зоркому зрению Экуппы я убедился, что в ушах и носу их тоже не видно.
- А ты все такой же гладкий! – снова захохотал Эдвардс, беря шею друга в захват, наклоняя его голову и яростно натирая его лысину своей ладонью.
- Дык, сам помнить должен, что выбор у меня был небольшой: или без волос, или без причиндалов остаться! – не вырываясь, отшучивался Бродяга. – Не поверишь, порой я даже сомневаюсь, правильно ли я его сделал!
- Вопрос с одеждой, я смотрю, ты так до конца и не решил? – уточнил Эдвардс, отстраняясь от друга и окидывая того веселым взглядом.
А посмотреть было на что. К слову, наемница именно этим сейчас и занималась. Одет Бродяга был в какое-то подобие юбки, не прикрывающей колен. Кстати о коленях. При ближайшем рассмотрении оказалось, что вся поверхность его тела, не скрытая юбкой, тоже была начисто лишена волос.
Что же это с ним такое приключилось?
Наконец старые друзья потратили пыл и вспомнили о приличиях.
- Вот! Мой старинный друг, самый надежный и необычный человек на этом свете – Бродяга! – представил нам с Язвой своего товарища Эдвардс, не дождавшись от него ответа на счет одежды. – Прошу любит и жаловать! Можете доверять ему, как и мне. Да что там, мне, можете доверять ему, как самим себе!
- Если, конечно, не дойдет до дел сердечных, - дополнил рекомендации Эдвардса Бродяга и лихо подмигнул наемнице, деловито поправляя на себе юбку.
Реакция Язвы меня слегка удивила. Женщина демонстративно фыркнула и отвернулась в сторону. Однако расправить плечи и гордо приподнять голову она при этом не забыла.
- Меня одного удивляет тот факт, что он абсолютно безволосый и в юбке? – озадаченно спросил я у Экуппы.
- А то, что мы здесь только что друг друга чуть не поубивали, а вместо милого зверька на тропе лежит что-то склизкое, бесформенное и при этом практически божественно пахнущее?! – возмущенно отреагировала девушка на мой неосторожный вопрос.
- Если ты не против, то я готов сменить тебя на вахте и поболтать с нашим новым знакомым, - спокойно предложил я.
- Хорошо, - согласилась Экуппа, - мне нужно немного абстрагироваться от всего происходившего и происходящего. Сдается мне, что нас снова едва морально не отлюбили. Если окажется, что так и было, помоги, пожалуйста, Язве пережить данный факт – у нее по этому пункту какой-то бзик.
Я мысленно покивал и, сделав, как я надеялся, наивное личико, приступил к непринужденному расспросу.
- Извините за любопытство, но мне просто-таки не терпится узнать, что именно случилось с Вашими волосами, и как вы обходитесь без бровей и ресниц: не вредит ли это зрительному восприятию действительности? – хлопая длинными и пушистыми ресницами Экуппы, затараторил я.
Бродяга взглянул на меня так, будто только сейчас увидел и дико удивляется моему присутствию.
- Уверен, милая девушка, что Вы и сами прекрасно знаете, что мир полон самых неожиданных чудес, - начал он, - как-то раз я имел неосторожность закрутить легкий роман с прелестной особой, обладающей тяжелым характером. И в конечном итоге воздушная легкость моего нрава привела нас с моей избранницей к неподъемно тяжелому расставанию. Причем, женщина, которой я с такой легкостью пускал пыль в глаза, при расставании поставила меня перед неимоверно тяжелым выбором…
- Короче! – перебил заливающегося соловьем Бродягу Эдвардс. – Он наставил рога своей подруге, а она в отместку решила сделать его лысым! А поскольку он попытался сопротивляться, то полысела не только голова, но и все остальное. А вдобавок она еще и наложила на него древнее родовое заклятие, под действием которого его мужская доблесть могла проявляться только в отношении наложившего это заклинание.