Жизнь на кончиках пальцев - 3 (СИ)

— Я вас проведу, — Сергей направился следом.
Уже выйдя из подъезда, поинтересовался:
— Давно с отцом это случилось?
— Если вы о последнем приступе, — ответил врач, усмехнувшись, — полтора месяца тому назад.
— Полтора месяца, — бормотал Сергей, — и я ничего не знал.
— Мне жаль, что у вас в семье такие отношения, — пожал плечами врач и не подумавший пожалеть несчастного Сереженьку. — А Сергея Васильевича поберегите. Мой вам совет.
— Конечно-конечно, — согласно кивнул Истомин-младший. — Спасибо вам, доктор.
— Да не за что, — отмахнулся врач. — Это моя работа, — и зашагал прочь. Руки на прощанье он Сергею не подал.
  
Глава седьмая
 
Весь день Сергей провел с отцом.
Истомин-старший порывался встать с постели, но сын, пододвинув кресло к кровати, сел рядом и «поставил ультиматум», сообщив, что будет рассказывать о том, как прошли гастроли, только в случае, если отец не станет нарушать предписанный врачом режим.
Конечно, Сергей не стал говорить, что вернулся в Южную Пальмиру пять дней назад и вместо того, чтобы ехать сразу домой, все эти пять дней не вылезал из постели Звездинской. Собственно, половая жизнь и сексуальные предпочтения Сереженьки в семье никогда не обсуждались. Не стал Истомин-младший и в этот раз рассказывать папе, как и с кем он проводил ночи на гастролях. А вот о знакомстве с Наталкой, жительницей города Льва, рассказал в подробностях. Здесь скрывать было нечего.
— Умная женщина, — Сергей Васильевич констатировал и без того понятный факт после того, как сын сообщил, что ему будет не хватать вот таких задушевных бесед. — И я буду рад, если ты прислушаешься к её советам.
— Конечно! — кивнул Сереженька, постаравшись не вспоминать, что и не подумал следовать советам Наталки. Оправдал себя тем, что его наперсница не имела понятия, что дома его, кроме родителей и, возможно, Дианы, ждет еще и любовница. Добавил: — А теперь мы с тобой тоже можем поговорить откровенно на многие темы.
— Ты останешься дома? — уточнил отец.
— Да. По-крайней мере до тех пор, пока ты окончательно не выздоровеешь.
— Ты ставишь меня в условия, когда я сам захочу подольше оставаться в постели, — усмехнулся Истомин-старший.
— Ну что ты? — смутился сын. — Поправляйся. Я никуда не денусь! Буду вместе с тобой все дни, — загрустил, — пока не начнутся репетиции в театре. А они начнутся первого октября.
— До первого еще неделя, — Сергей Васильевич был рад тому, что представится целая неделя для общения с сыном. — Да и мне нужно уже первого быть на работе.
— Ты вполне можешь руководить подчиненными удаленно, — пожал плечами сын. — Для того чтобы раздавать указания не стоит в обязательном порядке ехать в офис.
— Дело не в том, что мне нужно присутствовать на совещаниях лично, — казалось, что Истомин-старший о чем-то задумался. — Но в начале октября начинается предвыборная гонка за пост губернатора. И слухи о тех, кто на этот пост баллотируются, меня не радуют. Нужно обязательно встретиться и переговорить с друзьями и деловыми партнерами. Выбор кандидата, в которого мы станем вкладывать деньги — должен быть общим.
— Никогда не думал, что ты интересуешься политикой, — пробормотал Сергей.
— Большой бизнес всегда идет рука об руку с политикой, — улыбнулся Сергей Васильевич. — И я рад, что ты будешь как можно дальше от этой грязи и интриг.
Истомин-младший подумал о том, что грязи и интриг на балетной сцене никак не меньше, но вслух говорить об этом не стал. Пусть отец свято верит, что балет — это всегда прекрасно, великолепно и сказочно.
В два пополудни Эльза вкатила в спальню столик с обедом для мужа и сына.
— Теперь у вас одинаковая диета, — улыбнулась обоим, — и мне не придётся готовить несколько разных блюд.
— Пообедай с нами, мам, — Сергей видел на столике только два прибора и два набора фраже.
— Я чуть позже, — Эльза уже шла к двери. — Не стану вам мешать, — вышла из спальни мужа.
— Как она, — Сергей кивнул в сторону двери, за которой скрылась мать.
 
— Нормально, — отчего-то погрустнел Истомин-старший. — Внимательна, заботлива и безмятежна, — горько усмехнулся: — Идеальная жена и сиделка. Вот только к Диане ехать наотрез отказалась! — повысил голос. — Как я не уговаривал, как ни убеждал! Дошло до скандала. Я пригрозил разводом, если не сделает, как я велю, и не встретится с дочерью, — смутился и добавил: — После одного такого скандала у меня и случился приступ.
— Пап, давай есть, — Сергей вовсе не хотел, чтобы отцу снова стало плохо. — Не думай об этом. Я сам поговорю с мамой, — снял крышку с блюда. — Так, что там нам мать приготовила?
— И с Дианой встреться и поговори, — Сергей Васильевич взял тарелку, в которую сын положил ломтик отварной телятины и немного салата из сладкого перца и помидоров. — Там приставной столик, — указал пальцем свободной руки куда-то в угол. — Достань, пожалуйста, — смутился: — Ем как барин, не выходя из постели.
* * *
В семь вечера в спальню снова вошла Эльза:
— Так, мальчики, на сегодня общения хватит. Водные процедуры и спать, подошла к кровати мужа. — Я помогу тебе встать.
— Я сам, — отмахнулся Сергей Васильевич. — Врач сказал, что я практически здоров.
Сергей смотрел, как тяжело поднялся с постели отец, как медленно, какой-то шаркающей, стариковской походкой направился выходу из спальни. Подумал, что до полного выздоровления еще далеко. Пошел следом за родителями. Догнал их уже в коридоре:
— До завтра, папа? — то ли спросил, то ли констатировал факт.
— Спокойной ночи, сын, — ответил Сергей Васильевич не оборачиваясь. Так, словно боялся споткнуться и потерять равновесие.
— Я зайду к тебе чуть позже, — в отличие от мужа, Эльза обернулась и улыбнулась сыну.
* * *
— Как прошли гастроли? — полюбопытствовала, войдя в комнату Сергея спустя час с небольшим.
— Как папа? — Сергей не хотел повторять снова то, о чем весь день рассказывал отцу.
— Уснул, — пожала плечами Эльза. — Он всегда сразу засыпает после приема лекарств.
— Почему ты не поехала к Диане? — Истомин-младший решил сразу выполнить обещание, данное отцу и поговорить о сестре.
— Зачем?! — в голосе Эльзы зазвучала злость. — Я не хочу и не стану этого делать! Уже сказала и Сергею (о муже) и повторю тебе — я не верю в то, что эта девчонка моя дочь! Кроме небольшого сходства и того, что она, как и я, выбрала стезю балерины, между нами нет ничего общего!
— Откуда ты знаешь, мама? — растерялся Серной. — Ведь ты с нею даже толком не поговорила?
— Мне вполне достаточно того, о чем рассказали вы! — Эльза презрительно усмехнулась. — Такое поведение, такое отношение к людям, которые не сделали тебе ничего плохого, уж мне-то точно не свойственны! Эта наглая хабалка не может быть моей дочерью в принципе!
— Ты не имеешь права так говорить о Диане! — Сергей вскочил и теперь нависал над Эльзой, все так же оставшейся сидеть в кресле.
— Имею, — спокойно ответила, — и своего мнения о девчонке не изменю! И ни ты, ни твой отец не навяжете мне какую-то незнакомую девку! — глаза Эльзы сузились. — И пожалуйста, не нужно вновь начинать эти разговоры! Не нужно толочь воду в ступе! — добавила, найдя неопровержимый аргумент: — Ты ведь не хочешь довести отца до нового приступа? — сменила тему. — Лучше расскажи о гастролях, — мечтательно улыбнулась.
— В другой раз, — Сергею совершено не хотелось о чем-то рассказывать, — может, завтра. Я устал, мама, и тоже хочу отдохнуть.
— Галеты на столе, сок в холодильнике, — Эльза встала, собравшись уходить. — Спокойной ночи, сыночек.
«Идеальная жена, идеальная сиделка», — Сергей смотрел на закрытую после ухода Эльзы дверь. Добавил: — «Идеальная мать. Наверное. Для меня», — горько усмехнулся и достал телефон.
Нужно позвонить Славочке и предупредить, что в ближайшую неделю им не получится встретиться.