Жизнь на кончиках пальцев - 3 (СИ)

Но за рулём сидел молчаливый водитель, имени которого Милочка так и не узнала, хотя однажды полюбопытствовала:
— Как вас зовут? А то возите меня чуть не каждый день, а я даже не знаю, как к вам обращаться.
— Это не важно, — ответил водитель. — Если вам нужно имя, зовите, как вам больше нравится, — и молчал все время, пока не остановился у подъезда Людмилы Марковы, которая всю дорогу думала о его словах и не понимала, как можно называть человека именем, которое взбредет в голову?
— Тимур Айдарович сегодня занят, — сообщил водитель. — Я отвезу вас домой.
«Домой, так домой», — вздохнула Людмила, усаживаясь в авто.
  
Глава шестая
 
Сергей проснулся ровно в шесть. Протянул руку, надеясь обнять любовницу, которой положено было лежать рядом с ним. Но только провел пальцами по шелку простыни.
— Проснулся? — Звездинская накладывала макияж, сидя за туалетным столиком, стоявшим в углу спальни. — Вставай, быстро в душ и одевайся.
— Да ладно тебе, — Истомин довольно улыбнулся, вспоминая прошлую ночь. — Я успею все сделать к твоему возвращению.
* * *
Прошло пять дней с того момента, как театр вернулся с гастролей.
Все эти пять дней он провел с Мстиславой.
Утром, когда любовница уезжала в училище, долго валялся в постели. Неторопливо завтракал. Вынимал какой-то журнал из стопки, сложенной на одной из полок в гостиной. Листал глянцевые страницы, рассматривая фото красивых мужчин и женщин. Бегло прочитывал какую-то статью о том, как нужно правильно и с наибольшей вероятностью успеха «охмурять мужиков». Журналы в подборке Мстиславы были женские, а о чем еще нужно писать в подобном издании, если не о красоте лица и тела, с чем, впрочем, у Звездинской проблем не было, да о способах «правильного поведения» с противоположным полом.
Мстислава возвращалась домой после полудня. В училище она старалась не задерживаться. Да и к чему? «Навести шорох» и «построить дрыгоножек» она вполне успела за те несколько дней, которые прошли с момента её возвращения до приезда Сереженьки. Так что пусть выдохнут, радуясь, что гроза если и не миновала, то отложена на несколько дней, а ей нужно домой!
Возвращаясь, Звездинская забегала в отдел кулинарии ближайшего супермаркета, забирала уже приготовленные для неё упаковки с нарезками и лёгкими салатиками и стремглав неслась вверх по лестнице. Открывала дверь и тотчас оказывалась в объятиях своего молодого любовника.
Чуть позже пара неторопливо ужинала и снова ныряла в постель. Неутомимость Истомина в сексуальных утехах радовала Мстю, но вот то, что ей просто-напросто не о чем с ним поговорить, начало раздражать спустя три-четыре дня. Время для откровенных разговоров еще не настало.
Мстислава давно выслушала отчет Сереженьки о гастролях. Правда, ей показалось, что любовник о чем-то умолчал. Нет, он не скрывал от неё свою временную связь с одной из балерин. Да и что тут такого?! Любовница сама дала «добро», понимая, что запрет только подстегнет Сереженьку в стремлении его нарушить. Но вот о той непонятной толстушке, с которой он познакомился в городе Льва, Истомин упомянул как-то вскользь. И на вопрос: «И как она в постели?» — смутился и пробормотал: «Ничего не было. Она не в моём вкусе».
«Ну как же», — усмехнулась Мстислава, стараясь не афишировать недоверие: «Не в твоем! Да ты, голубчик, вырвавшись на свободу, готов был перетрахать все, что шевелится! Не дала тебе баба, вот и выискиваешь для себя оправдания!» — но озвучивать свои мысли Звездинская не торопилась. Да и было чем заняться любовникам, кроме разговоров.
Мстислава выискивала предлог, чтобы спровадить Сереженьку домой к родителям. Она привыкла жить одна! Опасаться, что трехмесячная беременность будет замечена, повода не было. Великолепный мышечный корсет балерины, пусть и бывшей, гарантировал сохранение тайны еще надолго. Утренняя пилюля, которую Мстя объяснила необходимостью в приёме витаминов, вопросов у Истомина не вызвала. Нужно, так нужно.
 
Но вчера днем, когда Мстислава еще была на работе, позвонил Гассерт.
— Сегодня вечером приеду, — сообщил, едва Звездинская взяла трубку.
— Завтра, — смутилась Мстислава. — У меня дома Сергей.
— Ну, так выпроводи его! — Алексей Викторович не желал ничего слушать.
— И как ты себе это представляешь?! — разозлилась Мстя. — Выгнать взашей? Ты, надеюсь, не забыл, что я жду от него ребенка? И что по-прежнему собираюсь выйти за него замуж?!
Спорить с вздорной бабой у Гассерта не было желания, да и разговор, если честно, вполне может подождать один день:
— Хорошо, — согласился. — Буду завтра, — и нажал клавишу отбоя.
В этот же вечер Мстислава начала намекать Сереженьке на то, что нужно все-таки поехать домой и узнать, как там родители.
— Я позвоню, — Сергей потянулся за телефоном.
— Как-то некрасиво получится, — ворковала Мстя. — Не звонил, не звонил все время гастролей, и не придумал ничего лучшего, чем «порадовать» звоночком после возвращения. Лучше поезжай завтра и побудь с родителями хотя бы пару дней, — добавила, увидев, как недовольно нахмурился Истомин: — Я от тебя никуда не убегу, дурашка, — взъерошила волосы любовника.
— Хорошо, — согласился, притягивая Мстиславу к себе. — Сделаю, как ты сказала, — добавил перед тем, как впиться в рот поцелуем: — Они меня тоже звонками не донимали все это время.
Выяснять что да почему, а тем более думать о причине молчания Истоминых-старших у Мсти не было ни малейшего желания. Она застонала, чувствуя, как любовник вошел в неё быстрым, напористым толчком.
* * *
— Ты должен поехать к родителям, — напомнила Мстислава о вчерашнем разговоре.
— Давай завтра, — у Сергея не было охоты покидать уютную квартирку Звездинской.
— Нет, Сереженька, сегодня, — Мстя постаралась, чтобы её голос звучал мягко. — Чем раньше ты решишь эту проблему — тем лучше. Так что вставай! Я уже вызвала такси.
— А позавтракать? — тянул время Истомин.
— Вот дома с родителями и позавтракаешь! — в глазах Звездинской сверкнула злость. Ну, в самом деле, сколько ей еще нужно уговаривать этого мальчишку?! О том, что «этому мальчишке» ею же уготована роль мужа, Мстислава благополучно забыла. — Сумку свою не забудь, — напомнила о багаже, перевезенном Сергеем в её квартиру.
— Будет лучше, если ты поживешь несколько дней у родителей, — Мстя заглядывала в глаза Сергею, сидя рядом с ним на заднем сидении такси. — Я, конечно, стану скучать, но ведь нельзя быть эгоисткой и полностью завладеть твоим временем.
— Да и времени осталось не так, чтобы уж много, — пробормотал Сергей. — Через неделю начинаются репетиции в театре.
— Ты уже знаешь, какую партию тебе предложат? — Звездинская, в своих проблемах и заботах, совсем забыла о том, что уже конец сентября.
— Пока нет, — ответил, — все будет ясно в первый день октября.
— Не волнуйся ты так, — усмехнулась Мстислава. — Главный хореограф мне кое-чем обязан. Так что, если возникнут проблемы — сразу говори. Помогу решить.
О том, чем именно обязан хореограф Звездинской, уточнять Сергей не стал. А Мстислава постаралась перевести разговор в другое русло. Да и такси уже въезжало на аллею, ведущую ко входу в училище.
Истомин выскочил из авто, подал руку Мстиславе, помогая выйти, наклонился и поцеловал её в щечку.
Звездинская довольно усмехнулась, заметив в одном из окон коллегу, с любопытством наблюдавшую за сценой, разыгравшейся на её глазах.
Уже через час все училище будет знать о том, когда и с кем приехала Мстислава! Ну и хорошо! Их свадьба, которая состоится через пару месяцев, не станет неожиданностью для педагогов хореографического училища.
Мстя помахала ручкой вслед удаляющемуся такси, на переднем сидении которого расположился её Сереженька, и, радостно улыбаясь, заспешила в училище.
Сегодня у неё появится прекрасная возможность прийти на вечерний урок в выпускной класс, где занимаются две эти «козы», Малышкина и Халфина, доставляющие ей, всесильной Мстиславе, все больше и больше хлопот.