Бар «Пьяная утка» (СИ)

Лиза…
Парень хмурится, но берет трубку. А я смеюсь про себя, подумав о том, какое же занятное совпадение. У меня такая же реакция на это имя. Тут же ловлю задумчивый взгляд Ромки.
— А этой чего надо в час ночи? — нажимает ответить и прикладывает телефон к уху. — Да! — встает и уходит из кухни.
Я слышу его голос, но не могу разобрать слов, да мне и не нужно. Парни болтают о чем-то своем, а я всё ещё обнимаю блондинку.
— Ну, как ты? — спрашиваю, опустив голову так, чтобы ей было удобно посмотреть в мои глаза.
— Теперь уже лучше, — она кивает и вздыхает, как маленький ребенок, а млею от этого, как пришибленный.
Герман возвращается через пару минут. Кидает телефон на стол и садится на то же место.
— Так что решили? — спрашивает он. — Завтра с утра едем к нему?
— Зачем она звонила опять? — спасибо, Поль, ведь даже мне интересно, что за Санта-Барбара творится.
— Догадайся. Накидалась там чего-то, сидит в клубе, ужасно по мне скучает и хочет, чтобы я её раз подумал над её предложением.
Я не верю в то, что такие совпадения бывают, поэтому быстро отметаю мысль о том, что у нас с ним была одна и та же Лиза.
— Ох, боже! — Сема снова вздыхает. — Я просто с ума сойду от любопытства. Чувак, а эта Лиза, случайно не шикарная брюнетка? Такие волосища у неё, ну, знаешь, до задницы, — он даже приподнимает свой зад со стула, чтобы показать длину волос. — И глаза, как у олененка из мультика, у которого маму убили.
Герман смотрит на него, как полоумного, но через секунду его глаза удивленно распахиваются.
— Так это ты тот дурак, который её совсем не ценил и даже не собирался строить ваше совместное будущее? — вскрикивает он, а я от шока не могу сдержать смешок.
— Не, боже упаси!… — Сема быстро качает головой в знак отрицания. — Он тот самый дурак! — и тычет пальцем в меня.
Теперь четыре пары глаз обращены в мою сторону.
— Ты! — звучит довольно угрожающе, особенно на фоне событий с ударом в лицо.
— Я! — киваю и не собираюсь прятаться.
Пофиг. Если он адекватный парень, то уже давно раскусил эту сучку.
Он пялится на меня несколько секунд. Ощущение, что пытается на моём лице рассмотреть отсутствующие усы.
— Мы с тобой два барана, которые были слепы, как кроты. Я ей сто раз уже говорил о том, что между нами ничего не будет. Что если уж ушла, то ушла. А она все равно звонит.
— И будет звонить, пока не найдет нового мужика, — отвечаю ему. Про эпизод с тем, что я трахнул её еще до того, как мои мозги решили, что я влюблен по уши, решил упустить.
— Такого я вообще не ожидал.
В шоке все. Весь сценарий нашей жизни напоминает мыльницу, причем в каком-то реально русском стиле. Дешево, слезно, местами слишком мимимишно и банально.
В эту ночь я отправляю друзей по домам, а сам остаюсь у Королевых. Полина долго не может уснуть, и в итоге мы разговаривает практически всю ночь лежа в её кровати.
Я не собираюсь набрасываться на неё, чтобы попытаться заглушить звон в голове, чтобы успокоить. Нет. Я просто разговариваю с ней обо всем и сам подбираю темы, чтобы отвлечь от мыслей, которые то и дело возвращаются в голову.
Она засыпает около пяти утра, я проваливаюсь в сон практически сразу после неё.
Утром Герман стучится в комнату и тихо через дверь сообщает о том, что их предки уже в пути. И если я не хочу застать их лежа в кровати с Полиной, то стоит поторопиться.
Поворачиваюсь к блондинке и аккуратно пытаюсь разбудить. Она мученически стонет в ответ, сообщив, что ни черта не выспалась. Ну, собственно, как и я.
— Вставай, Котлетка, нам нужно сделать кучу дел сегодня.
Завтракаем под сопровождение громкой беседы. Я в основном молчу, слушая диалог брата с сестрой. Герман всё ещё грозится оторвать яйца Алексею и в красках описывает, как он это сделает, ставя девушку перед выбором: взять секатор или молоток.
Тут же сбрасываю сообщение Коляну с просьбой подменить меня и сегодня. Парень соглашается сразу. Нужно пересмотреть его зарплату. Чувак слишком часто выручает меня и практически никогда не отказывает. Потом звоню парням и прошу их быть готовыми через час.
 
Всё происходит так быстро и так стремительно, что у меня едва хватает времени, чтобы быстро соображать. А я ведь ещё даже толком не проснулся.
Часы на руке показывают почти обед. Самое время для яичницы и мордобоя.
— Я еду с вами, — уверенно произносит девушка.
— Нет! — Герман качает головой.
— Я еду с вами, и это даже не обсуждается! — снова говорит она. — И только попробуйте уехать без меня.
— Как ты жил с ней всё это время? — спрашиваю тихо Королева, провожая блондинку взглядом, когда та убегает вверх по лестнице.
— Теперь это твоя проблема, Дем! — отвечает Герман.
— Я всё слышу! — орет девушка сверху.
Втроем на моей машине мы возвращаемся в город. Рома и Сема уже ждут у моего дома.
— А эта амазонка чего тут делает? — Семен в своем репертуаре, но это и хорошо. Его комментарии поднимают настроение и не дают ярости вырваться на свободу.
— Я бы посмотрел на того, кто решится её дома оставить, если она вбила себе в голову обратное, — шипит Герман, когда Полина выходит из машины.
— И что собрались делать? С вилами и факелами идти на его деревню? — она подходит к нам.
Брови Семена от удивления подпрыгивают вверх.
— Ты какие боевики смотрела, красотка? — спрашивает он.
— Это из «Шрека», — уверенно поясняет она.
— Замечательно. Ну, пошли, принцесса Фиона, блин! — он подталкивает её к своей машине.
К её бывшему мы едем всей гурьбой на машинах Ромы и Семена.
«Бригада», бл*ть!
И всё бы было отлично, если бы не внезапный звонок из дома.
— Да, мам! — Герман на взводе от предвкушения. — Чего!? — орет ещё громче. — Да как так-то?!
Просто аншлаг, ей богу! Все пятеро уже настроены на серьезный разговор с возможным мордобоем, и всё сходит на «нет». Когда Герман сообщает о том, что мы все возвращаемся в коттеджный поселок. У дома, где мы ночевали на летней веранде обвалилась крыша.
КАК вообще это возможно?! Крыша… обвалилась.
Но и это не всё. Под крышей оказался глава семейства.
На всех парах мы мчимся в поселок. Полина и Герман ерзают на сиденьях сзади, волнуясь за родителя. А я лишь молюсь, чтобы с ним ничего не случилось.
О том, куда мы ехали и по какой причине, все сразу забыли.
Во двор мы буквально влетаем. Я перестаю соображать с того момента, как взгляд падает на груду шифера и балок.
Надо признать тот факт, что когда вчера ночью я увидел эту веранду, то слегка обалдел. Она просто огромная и до жути уютная. Большое крыльцо было закрыто со всех сторон стенами с панорамными окнами. Крыша была довольно тяжелой и полагаю, что утепленной. Поэтому не удивительно, что картинка больше напоминает последствия урагана, который просто сложил строение, как карточный домик, вырвав все крепления из стены дома с «мясом».
Мы выскакиваем из машин и мчимся, как я понял, к маме. Она пытается сама сдвинуть обломки, но её сил не хватает. А из-под всего этого безобразия громкий бас орет, чтобы она перестала реветь и заниматься херней. И это я ещё не цитирую.
Сема и Рома начинают аккуратно вдвоем поднимать по одной балке, которые буквально накрыли пласты шифера и деревянного полотна с крыши. Я и Герман на другой стороне.
— Мадам! — Семен не выдерживает первый. — При всём моем уважении, но не могли бы слегка потише плакать. Я, кажется, слегка оглох, — женщина тут же затыкается после короткого всхлипывания. М-да, это парень умеет воздействовать даже на женщин.
— Поля, тащи аптечку! — рявкает Герман и блондинку тут же сдувает ветром, но её голова появляется в проходе через секунду. — Гер, а где она лежит!?
 
— Твою мать! Поля! — снова кричит он, и девушка вновь исчезает.
Я не знаю, сколько проходит времени, но глава семейства на карачках выползает из-под остатков завала.
Герман тут же забрасывает его руку на своё плечо, придерживая с одной стороны. Я подхватываю с другой. Садим мужчину на скамейку неподалеку, чтобы он мог отдышаться. Полины до сих пор нет.