Кобра клана Шенгай (СИ)

Девочка вцепилась в мою руку. Кажется, от ужаса она не могла даже кричать.
Я быстро соображала, что делать. Прогнать? Очень смешно, стою в чем мать родила перед неведомым науке монстром. Тут рядом ни палки, ни камня, не говоря уже о каком-то оружии. Да и с такими зубами он прокусит меня сразу. Малышку на руки и бежать? Вариант. Но насколько быстро бегает эта тварь? Судя по ее развитым мышцам, наши догонялки закончатся сразу.
Цуми втянул воздух, красноватые ноздри затрепетали. Глаза чуть прищурились. Он чего-то ждал. Но чего?
Мои ноги будто примёрзли к берегу.
Нельзя смотреть зверю в глаза — это вызов. Это то, из-за чего на тебя могут в любой момент броситься. Но я вдруг осознала: как только опущу взгляд — проиграю. Поэтому смотреть. Смотреть до слёз, до боли, до отвращения.
Цуми сделал шаг вперед.
Всё окутала тишина: ни пения птиц, ни шума листвы, ни плеска воды. Страшная. Вязкая. Дикая.
Замерло, будто никогда не было живым.
По щиколоткам потянуло могильным холодом. Сердце колотилось в висках.
Воздух застрял в лёгких. Ещё один вдох — и меня просто не станет. Здесь нет места для слабаков. Кто показывает свой страх, тот не жилец.
— Уходи, — сказала я.
Всего одно слово — и тишина разлетелась на тысячи сверкающих осколков.
Цуми зарычал, поскреб землю когтистой лапой.
— Уходи, — громче повторила я.
Его глаза налились кровью, сверкнули в жутком оскале клыки. Миг — глаза в глаза. И что-то будто хрустнуло, пошло трещинами. Цуми взвыл, взмахнул хвостом с чёрной кисточкой и кинулся в гущу леса.
Я глубоко вдохнула. По телу прошла дрожь, перед глазами всё поплыло.
— Стой! Стой! — заговорила быстро малышка. — Не падай!
Детские ручонки попытались подхватить меня, но песок оказался под моей щекой куда раньше, чем можно было подумать.
***
…Второе пробуждение было куда приятнее.
Чистая постель, запах каких-то трав и бормочущий под нос целитель, перебинтовывавший мне руку.
Изаму немного хмурился, шевелил губами, снова хмурился и качал головой. Заметив, что я очнулась, он неодобрительно посмотрел на меня.
— Аска, тебе говорили, что голова дана людям не только для того, чтобы есть?
— А для чего? — ляпнула я и тут же прикусила язык.
Кажется, не время шутить.
Судя по сведённым в одну линию бровям Изаму, смеяться ему не хочется.
— Не вздумай подобное повторить при Коджи. Он тебя быстро отправит на Границу.
Граница? Судя по тому, как изменилась интонация целителя, это не слишком приятное место. Память тут же услужливо подсунула воспоминания о вчерашних событиях. Я невольно вздрогнула. Тогда я действовала на рефлексах, сейчас же всё казалось куда страшнее.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Изаму.
Я быстро проанализировала ощущения.
— Нормально. Только рука ноет и голова немного.
— Руку тебе подлатали, а голова — странно. Чему там болеть? — донесся голос учителя Коджи, бесшумно возникшего за спиной целителя.
Изаму резко обернулся.
— Моей пациентке нужен отдых, — внезапно холодно сказал он. — Для допросов ещё рановато.
— Я не провожу допросов, я контролирую учеников школы Годзэн, — так же ответил Коджи, глядя прямо на меня.
Если не ошибаюсь, он младше Изаму. И вполне симпатичный. Только от его взгляда захотелось спрятаться под одеяло. Так смотрят, когда точно знают, что ты сделал какую-то дрянь, но не хочешь в ней признаваться. А признание нужно кровь из носу.
Но и мне нужна информация. Потому что кроме вчерашнего дня я ничего не помню. Это плохо, очень плохо. Поэтому я ответила максимально нейтрально:
— Я готова ответить на вопросы, учитель Коджи.
Изаму, который хотел что-то сказать, захлопнул рот. А потом покрутил массивный перстень с красным камнем на пальце. Красный. Почти как кожа твари. Это предупреждение или просто совпадение, а я ищу знаки там, где их не давали?
Коджи придвинул к постели стул и опустился на него. Кажется, разговор будет долгим.
Я подумала было сесть, чтобы не смотреть снизу вверх, но передумала. Если что, лёжа удобнее прикидываться страдающей больной.
 
Изаму попытался тоже сесть, но Коджи сделал знак рукой.
— Будьте любезны, целитель, оставьте нас.
Мне это не понравилось.
Вряд ли мне сделают что-то плохое, с другой стороны… я понятия не имею, какие тут правила. Возможно, я сделала нечто такое, за что полагается серьёзное наказание.
И тут же возникла чёткая мысль: «Сделала не я. А та, кто была до меня. До того как ступила в храм Плетуньи».
Тихий смех, раздавшийся где-то на краю сознания, был подтверждением. Что-то чуждое и странное присутствовало в моей голове и явно с любопытством следило за происходящим. От этого было одновременно страшно и… спокойно. Так, будто была уверенность, что меня поддержат.
— У вас полчаса. — Изаму поджал губы, перевернул стоявшие на тумбочке песочные часы. — После этого мне нужно дать Аске лекарство.
И вышел, при этом бросив на меня быстрый взгляд у двери и покрутив кольцо с красным камнем.
Хм, точно пытается сигнализировать. Только о чем? Молчать о твари? Не говорить о своём тупом геройстве?
Хорошо бы, но последнее не умолчать. Раз меня сюда притащили, значит, хоть часть случившегося видели.
Коджи дождался, пока Изаму выйдет, и снова посмотрел на меня.
За окном заливалась какая-то птица. Но тишина в палате казалась осязаемой. Меня не любили. До ненависти не так уж далеко. И если при Изаму эмоции учителя Коджи были под контролем, то сейчас ему прятаться было не от кого.
Я невольно сжалась. Если что, придется кубарем скатываться с постели и бежать. Только вот куда?
— Мия сказала, что ты прогнала цуми, — произнёс Коджи. — Достала её из воды и всего одним словом изгнала тварь.
Я округлила глаза. По крайней мере, это сейчас единственное, что можно было сделать. Мия — малышка, которую я спасла? Да, явно она. Из воды вытаскивала только её, вроде других свидетелей моему разговору с цуми не было.
И Коджи, кажется, всерьёз размышляет: поверить ребёнку или мне? Но второе ему делать не хочется, а первое — невозможно. Пусть я понятия не имею, как тут принято общаться с этими цуми, но девочка-подросток явно не та, кто сможет отправить восвояси демоническую тварь всего одним словом.
— Не помню, — ответила я, постаравшись выглядеть как можно более задумчивой. — После… ночи в храме у меня проблемы с памятью.
Коджи приподнял бровь.
— Но ты знала, куда бежать, — заметил он.
— Бежала на крик, — возразила я.
Он откинулся на спинку стула, сложив руки на груди.
Что не так? Крик ведь был. Точно был. Аска страдала глухотой? Или была не слишком умной?
— Почему крик услышала только ты? — тут же прозвучал вопрос.
Ага, значит, всё же дело в этом.
— За мной бежали Мисаки и Харука.
— Именно, — кивнул Коджи. — Они бежали за тобой. Потому что вот ты практически падаешь в обморок, а тут уже рванула на такой скорости к лесу, что не угнаться.
— Я сделала что-то не так?
На его лице промелькнуло удивление, но тут же вернулась маска невозмутимости.
Что-то однозначно шло не так. Но понять, как себя вести верно, было чертовски сложно. До этого хоть рядом торчал Изаму, теперь же приходилось крутиться самой. Но вот что надо молчать о цуми, было понятно без всяких объяснений. Их удивляет, что я услышала крик, а уж демон — и вовсе из разряда фантастики.
— Всё так, Аска, — кивнул Коджи. — Директор будет рад.
Снова пауза.
Директор будет рад, что не погиб ребенок? Мелкая тоже ученица? Или что-то другое? А-а-а, кажется, у меня голова взорвётся! Надо срочно заманить сюда кого-то из подружек, может, хоть что-то выведаю.
 
Разговор пошёл по кругу. Коджи пытался вытрясти мои воспоминания, я прикидывалась девицей, страдающей от склероза. Временами он начинал беситься, но вовремя вспоминал, что надо себя контролировать.