Семь с половиной женихов Евангелины (СИ)
- Положите крылья пустынного нетопыря на место! Это ценный экспонат!
- А где вы берете все это? - спросила я, стараясь отвлечься и забыть страшную гномью легенду. - То есть, крокодил, нетопырь. У нас эти звери не водятся.
- А, - небрежно заметил некромант, почесывая Тотошин блестящий череп. - Это мне вампир отдал. Эван. Мы с ним приятели, интересы у нас схожие, вот и обмениваемся всякими нужными штуками. Да вы знаете его, он к вам приходил.
Тут некромант вдруг подавился и закашлялся, сообразив, что зря напомнил мне об очередном ухажере. Дружба дружбой, но в этом конкретном случае некромант и вампир соперники, и о сопернике лучше бы не напоминать лишний раз.
- Эван, значит, - произнесла я. - А вас как зовут?
- Алекс, - некромант прямо-таки расцвел от моего внимания.
- А меня - Ромео, - между делом напомнил мне гном, копошась в крокодильих костях. -Ишь, сколько всего! Можно свистулек наточить. А зачем вампиру дохлые крокодилы?
Некромант неодобрительно посмотрел на гнома.
- Ему незачем, - ответил он. - Поэтому он и отдает их мне. А изначально крокодил живой был.
- А зачем вампиру живой крокодил?
- Кататься! - рявкнул некромант, покраснев. Вопросы гнома почему-то его злили. - Идите и спросите у него, зачем ему живые крокодилы. Он же Высший Вампир. Наверняка для ритуалов. Надеюсь, гномы ему нужны так же, как крокодилы. Он выпотрошит вас и приколотит вашу голову над камином.
- И не надейся, - отрезал невоспитанный гном, но на всякий случай притих. Подвиги вампира, выпотрошившего на помолвке охотника, все прекрасно помнили.
- А тут у меня всякие зелья, - меж тем продолжал некромант. - Вот тут я толку ингредиенты для оживляющего порошка...
- А вы все можете оживить? - поинтересовалась я. Некромант надулся от гордости.
- Да практически все! - ответил он и, сложив губы трубочкой, вдруг оглушительно свистнул. - Тоби! - позвал он. - Тоби, к ноге!
На его зов, виляя расшатанной спинкой, как спаниель обрубком хвоста, прибежал. стул, цокая по полу деревянными ножками.
- Иногда так устаю, что стул пододвигать лень, - объяснил он. Стул радостно скакал вокруг него, бархатная тертая подушка елозила по его сидению, и когда некромант на него уселся, стул радостно заколотил своего хозяина по спине своей спинкой.
- Хороший, хороший, - похвалил некромант своего необычного питомца, поглаживая лакированное дерево.
- О, как это мило, - произнесла я. - Вы большой оригинал, Алекс. Таких питомцев, как у вас, нет ни у кого в округе!
- Хотите, - предложил расщедрившийся некромант, - я вам шкатулку оживлю? Правда, это слегка неудобно, если она вдруг расшалится и решит поиграть, спрятаться от вас.
- Нет, зачем мне живая шкатулка, - я вдруг вспомнила о капсобаке. Я все еще таскала ее с собой, удерживая за цепочку, и эта вещица была порядком тяжела. - Вот ее оживите. Я ее назову Лорой и буду всюду водить с собой на поводке.
- Милая моя, - сказал некромант, внимательно рассматривая капсобаку, болтающуюся на цепочке. Для этого он даже привстал со своего ластящегося стула и нацепил на нос странное приспособление, похожее на ощетинившиеся металлом очки в массивной оправе, с толстыми линзами, увеличивающими все в сто раз. - Но это же гномий капкан. Очень опасная вещь. Странный выбор для девушки, желающий питомца. Обычно девушки хотят что-то милое, пушистое, мягкое. Хотите, я вам подарю тапочки с помпонами? Они будут как два кролика. Теплые и ласковые.
- Ну и что, - ответила я. - Он довольно. умен и послушен. Не хочу я тапочки.
- Впрочем, да, - тотчас же согласился некромант. - Если вам хочется капкан, то отчего нет. Можно потом просто смастерить намордник.
Тут же, на своем хирургически чистом столе, Алекс ловко смастерил ошейник и поводок для капсобаки с учетом особенностей конструкции капкана и нацепил его на подопытную. Лору. Затем, порядком повозившись, он с трудом разжал капкан, разложил капсобаку на столе с широко раскрытой пастью, отер пот со лба. Чтобы было удобнее и светлее читать заклятья, он ухватил костяную руку со свечой, торчащую из стола, и пригнул ее ниже над капканом.
- Ну, - произнес он, нащупывая толстую некромантскую книгу и зловеще гремя знакомой мне уже солонкой, - начнем, пожалуй!
Гном, наблюдающий за нашими манипуляциями, притаился за диваном.
Некромант гудел монотонно какие-то непонятные слова, солонка громыхала, сыпля в пасть капкана живительный порошок, очки его зловеще поблескивали. Все происходило в зловещей атмосфере серьезности. Мне показалось, что тени сгустились в углах, а пламя над свечами, которые сжимали многочисленные костяные руки, торчащие отовсюду, затрепетатало и забилось.
Наверное, над некромантским домом сгустились тучи и закрутились в зловещую черную воронку. Гном отчаянно зашебуршился за диваном, прячась понадежнее. Только его глаза горели над спинкой.
Но ничего не произошло. Порошок с шипением впитался в металл и все стихло.
- И все? - недоверчиво произнесла я. - Не вышло?
В этот момент капкан со звоном захлопнул пасть и со скрежетом облизнул зубы металлическим языком.
- Очень даже вышло, - с гордостью произнес некромант. - Ну, позовите ее!
- Лора? - неуверенно произнесла я. - Ко мне! Ко мне, Лора!
Капсобака завиляла цепочкой, подпрыгнула на столе с металлическим скрежетом.
- Лора, девочка моя! А вы говорили - тапочки... смотрите, какая она ласковая!
Капкан и в самом деле был очень милым. Он звонко цокал стальными зубами и порывался облизать мне лицо металлическим языком. Даже на гнома она всего лишь металлически скрежетнула, но кусать не стала.
- Ах, Алекс, вы просто добрый волшебник! - рассмеялась я, поглаживая капсобаку, вскарабкавшуюся мне на руки. - Такого милого подарка мне никто никогда не делал! Спасибо вам огромное!
- Да не за что, - надуваясь от гордости, ответил некромант. - Будете кормить ее машинным маслом. Изредка можно давать льняное, для улучшения пищеварения. И все будет отлично. А пойдемте, потанцуем?
На лужайке позади дома был накрыт стол, и отполированный скелет, приодетый в фиолетовый фрак и шляпу, наигрывал на скрипочке какую-то задушевную мелодию. Алекс готовился к романтическому свиданию очень основательно - торт, конфеты, пирожные, свечи, цветы, музыка. Притом угощения было так много, что даже с учетом прожорливого гнома никто не остался бы голодным.
А гном, судя по всему, ото всех пережитых потрясений был зверски голоден. Он поймал скачущий по лужайке стул, подтащил его к столу и уселся на него, придвинув к себе поближе блюдо с пирожными.
- Торт тоже ваши слуги пекли? - спросила я у некроманта.
- Ах, нет, что вы, - очень серьезно ответил он. - Ларри, - он кивнул на пиликающий на скрипке печальный скелет, - очень хорошо готовит. Готовил... Особенно десерты. Но, сами понимаете, он может потерять пару-тройку костей в тесте. Поэтому я отказался от его услуг. И торт заказал в кондитерской лавке. Ларри это очень печалит. Он обижается, но.
- Так наденьте на него перчатки, - посоветовала я. - Это решит много проблем!
- А ведь и верно, - обрадовался некромант. - Как я сам не догадался.
В свете луны некромант казался мне очень юным, очень романтичным и очень волнующимся. Гном чавкал пирожными, кидая под стол капсобаке Лоре масляные цветочки с торта, Ларри, до которого дошло, что он однажды снова может встать к плите, запиликал что-то веселенькое.
А некромант Алекс, пряча от меня глаза, вздыхал, словно набирал в грудь воздуха, словно хотел что-то сказать, но сдувался, теряя решимость. Так-так. Влюблярмус работает -иначе некромантские ладошки не гладили б мою талию так страстно, - а вот матушкино зелье решимости, похоже, выветрилось? Не такое качественное? Или кончаются действия обоих зелий?
- Евангелина! - выпали вдруг Алекс. Словно в прорубь с головой. - Я вовсе не трус!
- Да я вас в этом и не обвиняю, - улыбнулась я.
- Ах, не перебивайте меня! Мне итак сложно говорить то, что я сейчас скажу. Я скажу так: все, что я делаю, я делаю основательно. Подумав и все взвесив. На века. И поэтому предложение вам, Евангелина, я тоже делаю. на века! Навсегда! Я хочу быть с вами! Может, я не самый веселый человек в округе, и специализация у меня специфическая, но я вам могу обещать - со мной вам скучно не будет!