Личный интерес (СИ)

Мы тянемся друг к другу и целуемся. Сначала нежно и бережно. С каждой секундой сердце ускоряет ритм, а движения Савелия становится напористее. Когда он ставит бокал и нетерпеливо обнимает меня двумя руками, его голод и желания ощущаются в полной мере. Мы углубляем поцелуй, и последние страхи испаряются.
В моей голове звучит что-то вроде: да-да-да-да. Восторг, любовь и нежность. Савелий подхватывает меня на руки и прижимает к себе.
  
- Я хочу тебя до безумия.
- Я тоже скучала.
- Господи. Идеальная.
С этими словами он несет меня в спальню. Каким-то образом, не размыкая объятий, мы умудряемся избавиться от одежды. Прижимаемся друг к другу. Тело к телу. Губы к губам. Пальцы переплетаются. Жар становится нестерпимым, мы жадно дышим друг другом. Его ласки и поцелуи всюду, его крепкие руки сводят с ума каждым касанием. Единственный, единственный для меня. Савелий раздвигает мои ноги коленом и замирает. Как будто давая нам обоим возможность одуматься.
Я любуюсь его телом, его каменным напряжением в паху, его обычно такими внимательными, а сейчас затянутыми поволокой дурмана глазами.
Мы оба быстро дышим.
И оба игнорируем шанс пойти на попятную.
В следующую секунду он входит в меня, плавно пронзает мое тело, и от облегчения, восторга и удовольствия я рассыпаюсь в стонах. Выгибаюсь, чувствуя его каждой клеточкой.
Мои громкие стоны разбиваются о его частое дыхание. Я дрожу от наслаждения, от его запаха, от безумной мысли - насколько мы близки. Я впервые не пользуюсь защитой с мужчиной, и что-то мне подсказывает, у него этот опыт тоже может быть первым.
Савелий накрывает мои губы поцелуем. Наши языки переплетаются, мы влажно и вкусно целуемся, пока он двигается во мне.
Толчок за толчком. Плавные мощные движения. Страсть. Море страсти.
Ощущения обостряются, Савелий снижает амплитуду и увеличивает темп, ни на секунду не переставая целовать меня. Дрожу, скользя пальцами по его спине.
Его язык у меня во рту, и, балансируя на грани экстаза, я не представляю, как можно иначе. Замираю, напрягая пресс, в ожидании точного толчка.
Еще одного. Еще. Пожалуйста.
Савелий мокро целует меня, и делает это - дает то, что необходимо. Мое тело мгновенно откликается — взрываясь удовольствием. Ток простреливает внизу живота. Бьет в самые кончики пальцев. Снова и снова.
Я изнываю от наслаждения, дрожу и извиваюсь, проживая долгий чувственный пик. Крепко обнимаю Савелия руками за шею и ногами за талию. Он не разрывает поцелуй ни на мгновение, продолжает ласкать даже, когда кончает сам.
Толчок за толчком - наполняет меня собой.
На несколько мгновений полностью владея моими душой и телом.
Этот секс, полный нетерпения, нежности, необыкновенно глубокой любви и лихорадочной страсти — самый лучший в моей жизни.
Мы так часто дышим, закончив. Я чувствую себя растерянной. Уязвимой. И очень-очень любимой им. Мы не перестаем обниматься. Я сообщаю ему шепотом о том, что это самое яркое наслаждение. Что я такого никогда не испытвала.
Он улыбается и целует мою руку.
Его щеки порозовели, капельки пота, словно бусинки, застыли на висках. И сам он выглядит потрясающе.
Мы не кидаемся обсуждать то, что произошло только что. Нужно осмыслить. Замереть, чувствовать. Савелий притягивает меня к себе на грудь, отдыхая. А я, забираясь на него всем телом, таю от счастья.
- Так сильно тебя люблю, - шепчу я.
- Я люблю тебя, Саша, - он поглаживает меня по спине. Говорит лениво, но с удовольствием: - Самая красивая. Самая нежная. Моя Саша.
Целую его в шею, и он вжимает меня в себя.
- Знаешь, что? - улыбаюсь я.
- Мм?
- Пока что ты отлично справляешься со вторым шансом.
Улыбается. Через паузу произносит:
- Я не думал, что из нашей ситуации есть выход. Я бы, черт возьми, приехал к тебе раньше.
- Ты же сказал, что любишь. Когда любишь, когда это взаимно, разве, могут быть преграды?
- Любовь — это спутница счастья. Кто бы мог подумать?
- Ну-у, например, все?
Мы одновременно улыбаемся.
- Например, все, кроме меня, - поправляет он.
- Я видела, как ты стараешься, - шепчу. - Чувствовала.
- А я увидел, что не безразличен тебе. Даже в те дни, когда все указывало на то, что я пытался тебе навредить. Черт, я думал, меня хватит какой-нибудь инфаркт.
- Тебе нельзя такое. Кто бы мне помог, если бы меня посадили? Кто бы навещал в колонии?
У него волоски поднимаются. Я буквально вижу мурашки на его руках, и мое сердце болит. Хочется зацеловать их до смерти.
- Не шути так, я вижу твое будущее иначе.
- Счастливым?
- Очень. Чтобы сбылось все, о чем ты мечтаешь.
- Ты мне в этом поможешь?
- Я постараюсь. - И добавляет: - Если будешь посвящать меня в свои мечты.
- Сава, я покажу тебе, как можно любить! Если ты захочешь. Я всё-всё покажу тебе! У нас получится!
Он чуть поджимает губы, будто смутившись. И быстро кивает.
Меня переполняет любовь. Я все еще поражена тем, что мы не предохранялись. Немного страшно от мысли, как сильно может измениться жизнь. Я ликую каждой клеточкой от предвкушения, немного боюсь, но при этом так сильно хочу этого. Я попросила его о ребенке. Наверное, он тоже волнуется. Мне так кажется. Он ведь нормальный человек, а нормальные люди волнуются перед важными решениями. Но я попросила, и он здесь.
- Останешься сегодня у меня? - предлагаю.
- С удовольствием, - отвечает с легкой улыбкой. Мы вновь флиртуем. - Я больше не хочу отпускать тебя ни на одну ночь. Как насчет съехаться? Кстати, я сегодня весь день размышлял, куда в этой квартире можно втиснуть мои рубашки и стол для работы....
И тут я начинаю хохотать!
Он замолкает и терпеливо ждет, пока просмеюсь.
А я не могу остановиться! Хохочу неистово! Громко! Представляю вещи Савелия в этих квадратных метрах и от смеха болит живот. Я болтаю ногами. Он приподнимается на локте и наблюдает за мной.
А когда я, наконец, затихаю, говорит с той же легкой с улыбкой:
- Нужно подумать о расширении квадратных метров, да?
- С твоей гардеробной, боюсь, придется.
- Значит, это да?
Я пожимаю плечами, и мы снова целуемся.
  
Глава 62
 
Савелий
Утром у меня возникло граничащее с уверенностью ощущение, что этот мир можно спасти. Что его хочется спасти. Как будто в непроглядной мгле замаячил огонек, которым можно согреться.
Саша гремела тарелками в кухне, бурча на себя за неаккуратность. Я выключил будильник, посмотрел в окно, по привычке поразмышлял о бренности бытия. Улыбнулся и отправился в ванную.
* * *
- Я здесь! - Саша окликает с балкона, и я, накинув вчерашнюю рубашку, выхожу к ней.
- Доброе утро. Ты рано проснулась. Все в порядке? Иди-ка сюда.
Мы целуемся, явно успев соскучиться друг по другу. Пахнет свежим кофе.
- Да, рановато. Не знаю почему, просто выспалась. Как насчет завтрака с видом на тусклую дождливую московскую осень?
- Идеальное начало дня, говорю как адвокат, у которого впереди две встречи.
- С жуликами?
- Плюс-минус, - усмехаюсь.
- Гончарный кружок — это хорошо, но я что-то начинаю сама тосковать по «жуликам» и их хитрым историям.
Мы присаживаемся за столик, болтаем о планах на день. Неспешно накрапывает дождь. Саша делится, что собирается навестить отца после работы.
Довольно спокойно мы обсуждаем дело Савенко, и тактику поведения Саши. У Гаянэ Юрьевны много хороших качеств, и даже я, в общем-то человек с улицы, по-человечески ей сочувствую. В такой момент особенно четко понимаешь, насколько тонка грань между свободой и заключением. Как легко излишне храбрым поступком испортить жизнь. Со мной этого не случится, - опасная фраза. Щелчок пальцев и сбываются худшие опасения. Я никому не советую играть с законом. Лучше найдите другой выход. Чем бы ни занимались — помните, один щелчок пальцев, и время вспять не воротишь.