Отпускник (СИ)

— Ну? — нетерпеливо прервал его Аркадий Иванович. — А чем тебе эта группа-то не угодила? Вроде отработали, как надо…
— Не в этом дело…
— А в чем? Темнишь ты Андрюша…
— Да не темню я, Аркадий Иванович… Просто девица эта, Истинная, которая на меня кинулась. В общем, по сценарию операции, любовь у них должна была возникнуть, по ходу дела, с парнем этим, Наблюдателем… Никитой. Понимаете?
— Ах, так это она была?
— Ну, так я и говорю! Анализ исходных данных, показал, что вероятность его смерти, процентов девяносто пять. Ну и спрашивается, разве можно было эту влюбленную дурочку посылать на ликвидацию? Да, кстати, что там с ним? Позвоню…
Он взял в нише сотовый, выбрал из телефонной книжки номер:
— Петр, ну что там с этим… с Никитой? Шансы есть? Все так плохо?.. Вот даже как… — Климонтович еще некоторое время слушал доносящуюся из трубки скороговорку, затем сказал. — Ладно, все понятно… Решайте там с остатками группы и дальше пусть людишки работают. Да… Березин пришлет своих чистильщиков, я договорился… Свяжутся с тобой… да… да… Все, звони, если что! Отбой! — он повернул голову к вопросительно смотрящему на него спутнику. — Умер.
— Что, ничего нельзя было сделать?
— До нашего приезда еще умер. Три пулевых ранения, из которых одно в сердце… Да оно и понятно… неужто Брюс с двух шагов промахнется…
— Да… — задумчиво протянул Аркадий Иванович, — Костик, помнится, и со ста шагов редко мазал… Дай-ка, пожалуй, и мне сигаретку.
— Вы ж бросили?
— Бросишь с вами… — он принял из рук Климонтовича, услужливо прикуренную сигарету, задумчиво затянулся. — Так что думаешь, Андрюша, не заставят нас еще раз, начисто переделывать?
— Ой боюсь я, Аркадий Иванович… с этих перфекционистов станется. Ну, казалось бы… Задача выполнена? Выполнена! Ну, трупы есть… И даже дети… Ну что ж поделаешь… так, практически, всегда бывает… Допустимый процент потерь еще никто не отменял… Ну, вы то хоть меня поддержите, Аркадий Иванович?
Лексус свернул на Арбузова и помчался, ускоряясь к Российской.
***
Операция: Бесконечное лето
Рапорт о выполнении
Настоящим докладываю: в результате запланированных и успешно проведенных, карантинных мероприятий, группа Брюса ликвидирована полностью.
Людские потери не превышают допустимых 20 %.
Потери СК: Наблюдатель-стажер, Северов Никита Семенович.
Ввиду особой опасности группы Брюса, данные потери считаю незначительными. По этой причине, прошу признать операцию успешной.
Ответственный исполнитель, Временный Наблюдатель Новосибирска, личный N114732, оперативный позывной: Шкипер.
Поддерживаю мнение Шкипера. Считаю операцию успешной, а ее повторение нецелесообразным.
Старший Наблюдатель региона "Западная Сибирь", личный N13186, оперативный позывной: Шторм.
Резолюция
Ввиду неоправданно высоких потерь населения (особенно, детей), а также заинтересованности СК в Наблюдателе Никите Северове, постановляем провести операцию "Бесконечное лето" еще раз.
Санкционируем использование Третьей сферы.
НН.
  
Глава 8
 
Шумела льющаяся из крана вода, гремели тарелки, что-то шкворчало на плите и девичий голос напевал, старательно выводя:
"Где вы теперь? Кто В-а-м целует пальцы?
Куда ушел Ваш китайчонок Ли?..
Вы ка-а-жется потом, любили португа-а-льца?..
А может быть, с малайцем Вы ушли…".
Я поморщился — слышимость в этих панельках: иногда кажется, что соседи, прямо у тебя в квартире живут. Голова туманная, будто с похмелья. Но такого среднего, светлого похмелья. Хотя, вроде, и не пил ничего, накануне. Впрочем, это неудивительно, как еще можно себя чувствовать в такой духоте? Жарища, даже дышать трудно… Стоп! Что за сон такой дебильный я видел? Ой! Кажется, это был не сон…
Я вдруг с ужасом, со всей отчетливостью, вспомнил последние секунды своей жизни. Во всех деталях вспомнил. Я умер. Меня убили! Я лежал на полу, с продырявленной грудью, а вокруг разливалась кровь… моя кровь! Где же раны? Рука! Я внезапно понял, что ощупываю грудь левой рукой. Поднес к глазам. Пошевелил пальцами. Что за притча? Я же ясно видел свою левую кисть, валяющуюся на полу, у ног сутулого нелюдя… Браслета на запястье не было.
 
"В последний раз я видел Вас так близко,
В пролете улицы умчало Вас авто…"
Голос был странно знакомым. Что за черт?! Я лежал на собственном диване, в своей же квартире укрытый простынею. Простынею, а не саваном.
Это что же… на том свете, такую же жилплощадь выдают, что и при жизни была? И в таком случае, как прикажете понимать, рай это или ад? Дверь на лоджию была открыта и оттуда доносился птичий гомон и крики играющих во дворе детей. Не слишком похоже на преисподнюю. Я приподнялся на локте, тщательно протер глаза и бросил взгляд в сторону висевших на стене часов. Без пятнадцати одиннадцать утра. Дверь в коридор прикрыта. А ведь это никакие не соседи… Это у меня на кухне.
"…Мне снилось, что теперь в притонах Сан-франци-и-иско,
Лиловый негр, вам подавал манто!"
— с чувством закончила девушка. Ей что-то сказал мужской голос. Она звонко рассмеялась в ответ. Я, наконец, узнал… нет, не может быть! Такого, просто, не бывает!
— Кто здесь? — получился полувыдох, полухрип. Речь давалась с трудом, слова словно застревали в горле. Меня услышали. Голоса на кухне замолчали. Дверь приоткрылась, и в комнату заглянула… Алена.
— Ты?.. — только и смог сказать я, — Как ты…
— Проснулся? — улыбнулась Алена. — Наконец-то! Силен ты дрыхнуть! Мы уж заждались… оголодали. Яичницу пришлось вот пожарить… У тебя кроме яиц ничего в холодильнике нет. Извинишь, что я у тебя тут хозяйничаю? — она подошла к дивану присела рядом на корточки.
— Как ты? — спросила сочувственно. Ее лицо теперь было совсем рядом. Широко расставленные, голубые ясные глаза, смотрели с каким-то сожалением. Я невольно отметил, какие они красивые, с радиальными лучиками и темными ободками вокруг зрачков. Она вдруг потянулась, словно хотела потрепать мои волосы. Среагировав на это движение, я невольно оттолкнул ее руку. Девушка потеряла равновесие и уселась на попу. Несколько секунд недоуменно смотрела на меня, а потом расхохоталась, забавно морща носик и прикрывая глаза.
— Как ты тут оказалась?.. Как я тут оказался?.. — закричал, вернее, хотел закричать, пересохшее горло выдавало лишь невнятный клекот, — я живой? Мы наяву или ты мне кажешься?
— Все по-настоящему, коллега… — раздался мужской голос со стороны кухни, — еще как по-настоящему!
Я поднял глаза и некоторое время вглядывался. Голова слегка кружилась. Со зрением были какие-то проблемы, даже напрячь глаза не хватало сил, удаленные детали размазывались в серую кашу. Мужчина в светлом, вошел в комнату, взял стоящий у стены стул, подошел к самому дивану и, поставив стул, сел на него закинув ногу на ногу. Я почувствовал, что у меня глаза лезут на лоб.
— Узнали? — усмехнулся человек. — Почему-то так и думал, что сразу узнаете. Как самочувствие? Понимаю… туман в мыслях, тяжелая голова… раздвоенность между сном и реальностью… Это последствия применения Третьей сферы. Мы его называем артефактом Мнемозины. Сейчас все пройдет. Маша, будь ласкова, принеси ему элексирчику. Ясность вашего разума нам понадобится, коллега. Разговор будет непростой!
— Что?.. какой сферы? Маша?..
— Ах, да… я же вам ее не представил. Мария Климонтович, моя дочь и единственная, насколько я знаю, женщина Наблюдатель.
Девушка одним неразличимым движением, легко вскочила с полу и сделала кокетливый книксен. Потом показала мне острый розовый язычок и поспешила на кухню. Рыжая коса колыхалась в такт ее шагам.
— Вот, значит, как…
— Именно! — сказал Климонтович, со значением подняв указательный палец. — От имени Наставников, сразу же должен принести вам извинения, за использование вас в качестве, как бы это сказать… приманки.