Отпускник (СИ)
— Я тебя не приглашала… — буркнула Алена мне в спину.
***
Когда через минуту вернулся, обнаружив в аптечке искомое, девушка сидела в той же неудобной позе — поджав под себя ноги и держа прикованные к батарее руки на весу. Я взял из угла комнаты стул, пододвинул его поближе к Алене и уселся, закинув ногу на ногу.
— Ну что? — обильно полил перекисью ватный тампон и приложил к ране. Перекись запенилась от соприкосновения с кровью, — будем продолжать маяться дурью или начнем сотрудничать?
— Что мне с тобой сотрудничать? — Алена опять сморщилась, похоже, каждое слово доставляло ей боль в разбитых губах. — Все равно убьете.
— Что ты заладила… убьете, убьете? Хорошо, вкратце обрисую тебе диспозицию, чтоб ты знала, на что можешь рассчитывать. Так вот, вариант первый: ты мне ничего не говоришь… не думай… пытать я тебя не собираюсь. Я, вообще, больше об тебя мараться не собираюсь, достаточно уже! Я просто беру телефон, звоню своей, как ты ее назвала, тощей подружке… и умываю руки. Дальнейшая твоя судьба меня не волнует. Там есть дознаватели, я слава богу к ним не отношусь. Как тебе такое развитие событий?
— А что? — она горько усмехнулась, — есть другие варианты?
— Есть! — сказав это, я слегка покривил душой, потому что, совсем не был уверен в этом.
— Ну, и?
— Вариант второй: ты честно, подчеркиваю, честно!.. отвечаешь на мои вопросы. В частности, где эти твои… бусинки. Я еду туда, проверяю и, если все верно, я связываюсь с Наставниками, а это, чтоб ты знала, несколько другое ведомство. В таком случае, у тебя появляется шанс, что тобой и твоими… в общем, вами, будут в дальнейшем заниматься такие как я, то есть люди!
— Заниматься…
— Ты им интересна в живом виде.
— Интересна…
— Не повторяй, как попугай! Да, тебя будут изучать, с тобой будут работать… Но зато будешь жить, что в первом варианте совершенно исключено! Ну как, продолжим разговор? Или…
— А если первыми найдут те… мотоциклисты?
— Ну, я думаю такой вариант маловероятен… у них просто времени не будет. Их самих вот-вот найдут! Впрочем, шанс воссоединиться с ними у тебя был, но ты им не воспользовалась. Почему, кстати?
— Они страшнее вас… я почувствовала их желание… вернее, его желание. Короче, быть женой полка, радости мне нет…
— Хорошо! Значит согласна на диалог?
— Хорошенький же у меня выбор… или зарежут как кролика, или будут изучать, как мой папочка, крыс лабораторных, которых, впрочем, тоже, потом того…
Мне стало до боли жалко, эту скрючившуюся у батареи, несчастную девочку в разорванной блузке, по воле случая, попавшую в круговорот беспощадных событий. Действительно, чем она виновата, что ей выпала такая участь? И теперь, когда у ровесников жизнь только в самом расцвете весны, когда все впереди, ее ожидает мрачное неизвестное нечто.
— Ты знаешь… Алена… — я впервые назвал ее по имени, — вряд ли тебя это успокоит, конечно, но я, с недавних пор, чувствую себя не лучше. Лабораторная крыса — это ты правильно сказала…
Девушка вскинула на меня глаза. Но, не удивленно, а как мне показалось, оценивающе.
— Что ты чувствуешь? — голос ее был, какой-то настороженный.
— Ну, вот это… ощущение лабораторной крысы, которую гоняют по лабиринту, а она по наивности своей крысиной, думает, что принимает самостоятельные решения…
— С чего ты это взял?
— Не знаю… по цепочке событий… Так! — спохватился я. — Что-то мы не о том! Вопросы задаю я! Так и где, эти… твои выкормыши?
Алена опустила веки, словно пытаясь погасить блеск глаз.
— Там на Цветном, — тон ее, вновь стал безразличным.
— Где? — удивился я. — В вашей квартире?!
— В соседней. У бабы Поли… Полины Яковлевны. Я подумала, где их меньше всего будут искать? Конечно, рядом с нашей квартирой. В самой квартире могут еще глянуть… менты… если меня будут искать, а в соседней, никто не будет.
Я вспомнил сварливую бабку из соседней квартиры, пугавшую меня милицией.
— Ну ты даешь! — честно удивился я. — Откуда?..
— Книжек много читала… детективов, — усмехнулась девушка.
— А что эта, как ее… баба Поля?
— Я ей внушила, что это ее внучки из деревни приехали. Денег ей, подбрасываю… она их кормит, убирает за ними.
— Внушила, значит? Ну, а если б к этой бабе Поле, менты заглянули.
Алена пожала плечами:
— Они и заглядывали. Но, они же про меня интересовались, а не про них. У нее трешка, она одна в ней живет. Ну, приехали внучки погостить, ну и что? Лето же, все куда-то едут…
— Н-да… Складно свистишь! Ну, допустим, верю. А это чья квартира? Ты что-то плела про бойфренда… про беременность.
— Мало ли, что я говорила, — удивилась Алена, — что ж мне было, вам всю правду рассказывать?
— Ну так и?
— Съемная квартира… нет никакого бойфренда и беременности нет, разумеется. И вообще, если хочешь знать, я девочка еще… понял?! Думала перед смертью, хоть мужчину попробовать… А ты, дурак, отказался!
— Девочка? — недоверчиво покосился на нее, наматывая бинт на запястье. — Что в восемнадцать лет еще встречаются девочки? А где ж ты, девочка, денег столько взяла? Квартиры снимать, этих вон кормить, на машине ездишь… А?
— Папину заначку реквизировала, — просто созналась Алена, — и машина папина.
— Ну, ладно, теннисистка… — я отрезал бинт ножницами и, разорвав концы, завязал их на запястье при помощи свободной руки и зубов. — Поеду я съезжу на Цветной, проверю твои показания. Если все так, то я своему слову хозяин! Дашь машинку-то покататься?
Алена скептически скривилась.
— Не дам!
— Ладно, так возьму, — согласился я, поднимаясь со стула. — Посиди тут пока… никуда не уходи. А, кстати, как мне с этой вредной бабкой договориться? В прошлый раз она мне даже дверь не открыла.
— Она не вредная… хорошая, добрая… я ее запрограммировала так, на недоверие. Кодовое слово скажешь, после этого, она тебе будет полностью доверять.
— Ишь ты!.. не перестаешь меня удивлять! И какое кодовое слово?
— Скажу… — усмехнулась Алена, — если ты мне тоже, кое-что скажешь.
— Знаешь, девушка… в твоем положении не до торговли! Я жду!
— Хорошо, хорошо… — закивала она, — кодовое слово — "тай-брейк". Запомнишь?
— Тай-брейк? Откуда это? Из тенниса что ли?
— Да из тенниса… ну скажи, пожалуйста, на чем я прокололась? Как ты меня нашел?
— А черт его знает… — просто ответил я, — подумал, что ты можешь играть в теннис… позвонил другу, назвал твою фамилию…
— Позвонил другу… — как эхо повторила за мной Алена, — а если б я играла в хоккей на траве?
— Сказал, не знаю! Интуиция наверное… а, может, видел случайно тебя на корте… В общем, сиди и жди! Я быстро… если не наврала конечно. Тогда сюда придут злые дяди и тети…
— Пш-шел ты, — равнодушно сказала девушка, — надоел своим пуганием… я уже устала бояться!
— Поговори мне! — беззлобно ответил я. Снял с вешалки свой пакет с палкой, взял с тумбочки в коридоре связку ключей. Подкинул ее на ладони. Ключи солидно звякнули, связка была тяжелая. Я вернулся в комнату:
— Какой ключ от твоей квартиры на Цветном? На всякий случай, может, зайду…
— Тот желтый… английский…
— Этот? — я выбрал ключ из связки.
— Да! Уйдешь ты, наконец?
Я усмехнулся и, открывая входную дверь, бросил через плечо:
— I'll be back!
— No doubt! — отозвалась Алена и демонстративно отвернулась к окну.
***
Лязгнула закрываясь, железная дверь. Четыре раза повернулся ключ в замке. Девушка напряженно прислушивалась, ожидая шума лифта, но его все не было. Верный своим привычкам Никита, спустился вниз пешком. Она привстала и осторожно выглянула в окно. Хлопнула дверь подъезда. Помахивая пакетом, вышел Никита и направился к стоящей поодаль тойоте. Девушка присела и оглянулась по сторонам. С опрокинувшейся этажерки, по всей комнате разлетелась косметика. Ага, вон там, то, что надо — пузырек с душистым глицерином. Далековато правда… Но достать, кажется, можно. Алена легла на пол и вытянувшись, как струнка, дотянулась до пузырька носком ноги. Осторожным движением подкатила его ближе. Еще ближе. Села. Спустив по трубе скованные руки, взяла пузырек. Отвинтила крышку и щедро плеснула глицерином на запястье левой руки. Покрутила кольцо браслета наручников, смазывая поверхность и сложив ладонь лодочкой, морщась от боли, делая вращательные движения, стянула браслет с руки. Ладонь свело судорогой, пришлось ее разминать. Помедлив несколько минут, она повторила ту же операцию с правой рукой. Вздохнув с облегчением, встала и прихрамывая пошла на кухню. Смыла глицерин с рук под краном и тщательно вытерев их полотенцем, вернулась в комнату. Сняла разорванную блузку, скомкала и бросила на пол. Покопавшись в шкафу, нашла черную трикотажную кофточку, с кряхтением натянула ее через голову. Плечи и спина болели от Никитиных объятий. "Сама, дура, напросилась, терпи, теперь… Так… и где моя сумочка?" Приговаривая: "сумочка, сумочка…" Алена вышла в коридор. Сумочка пристроилась на полочке под зеркалом. "Вот ты где, моя маленькая!" Покопавшись в ней, девушка извлекла из бокового кармашка свой серебристый телефон. Раскрыла его, по памяти ввела номер и нажала зеленую клавишу дозвона. Щелчок после первого же гудка.