Карма хейтера (СИ)

Как бы автор не старался уговорить духа помочь ещё раз выпутаться из сложившейся ситуации, дух не соглашался ни в какую. Дошло до того, что автор начал уже не просить, а требовать от духа помощи, но не помогло.
Дух отбивался от этого наезда изо всех сил, аргументируя тем, что, таким образом, он никогда не накопит энергию. Автор, глядя на мучения парня, буквально сатанел от невозможности что-то сделать и обвинял духа во всех мыслимых и немыслимых грехах. Дух стойко переносил все оскорбления и обвинения, при этом, продолжая гнуть свою линию. Он пытался объяснить автору, что ничего страшного не случилось, и попаданец сам сможет выкарабкаться из сложившейся ситуации. Их перепалка продолжалась довольно долго и неизвестно, чем могла бы закончиться, но все разрешилось относительно благополучно и без стороннего вмешательства.
Автор вздохнул с облегчением и, глядя на духа, сказал:
— Ты давай, прекращай ссылаться на недостаток энергии. Или ты думаешь, что я не вижу, как тебя буквально распирает в то время, когда я радуюсь за успехи парня? У меня складывается впечатление, что ты моими эмоциями питаешься. Это так?
Дух, не ожидавший такой отповеди, даже растерялся на мгновение, но быстро сориентировался:
— Ну что ты за человек такой? Я же стараюсь сделать, как лучше, и побыстрее накопить энергии, чтобы вернуть этого несчастного домой. Предъявляешь мне, как будто я во всём виноват.
От такой наглости автор реально охренел:
— Херрасе, а кто в этом виноват? Кто тебя просил отправлять парня в другой мир?
Дух понял, что ляпнул что-то не то, и чтобы исправить ситуацию, попытался повернуть разговор в другую плоскость. Поэтому задал вопрос:
— Бог с ним, с этим попаданцем. Ты лучше мне скажи другое. На хрена ты столько понакрутил в своей книжке? Не мог попроще сюжет придумать?
Дальнейший их разговор превратился в обсуждение книги и спор на тему, как было бы, если бы…
За время, проведённое вместе, что автор, что дух, даже не замечали, что начали привязываться друг к другу. Дух все больше подсаживался на употребление ярких эмоций автора, а тот, в свою очередь, уже не мог обходиться без жарких споров по любому поводу. Ведь в спорах рождается истина, а автор и занялся писательством в попытке её отыскать.
Конец интерлюдии
Сергей, обнаруживший благодаря порыву ветра засаду, и оттолкнувший меня с траектории полета стрелы, спасая, таким образом, мне жизнь, сам избежать проблем не смог. Не знаю, кому предназначалась попавшая в него стрела, но угодила она ему в плечо и пробила его насквозь. Я успел только подумать:
— Это какой же силы должен быть арбалет, чтобы такое сотворить?
Только когда хотел перевязать рану Сергея, который вырубился от болевого шока, я обнаружил, что на руке нет браслета с пространственным карманом. Во время падения я почувствовал сильный рывок, отдавший болью в запястье, но не придал ему значения, списав на действия Сергея. А сейчас разобравшись в произошедшем, понял, что одна из трех выпущенных по нам стрел, как раз и угодила в браслет, сорвав его с руки. Я даже сумел его обнаружить с той стороны тропы, но достать не смог бы при всем желании. Вернуться на тропу — гарантированно попасть под выстрел. И чем это закончится даже гадать не надо, поэтому, о браслете можно забыть и сосредоточиться на решении проблемы, связанной с нашим выживанием.
Сергея перевязал пакетом, который на всякий случай лежал у него в рюкзаке. Плохо то, что этот пакет без магической начинки. По сути, это обычная полоска полотна, которая кровь остановить помогла. На этом все.
Во время перевязки Сергей пришёл в себя и потребовал от меня, чтобы я, как можно быстрее, уносил отсюда ноги. Ему, дескать, не уйти, а у меня шанс есть. Поэтому, по его словам, я должен бежать в посёлок и там рассказать о случившемся. Я смотрел на него и напряженно думал, не прекращая при этом перевязать плечо. Убежать одному, это, конечно, вариант. Но кем я после этого буду себя чувствовать? Я — не лучший представитель человечества, но и не последнее дерьмо, чтобы бросить здесь единственного друга в этом мире, да ещё и спасшего мне жизнь. Поэтому, прервал разглагольствования Сергея и произнес тоном, не требующим дополнительного уточнения:
 
— Либо уйдём вместе, либо останемся здесь навсегда.
Вместе с этими словами начал помогать ему вставать на ноги. Времени у нас не осталось больше ни на что.
Нам и так повезло, если так можно сказать, в том, что стреляли нападающие с обрыва и им, чтобы добраться сейчас до нас и закончить начатое, надо потратить довольно приличное количество времени. В прошлый свой выход я неплохо изучил местные окрестности, поэтому, прекрасно могу представить алгоритм действий противника. Им, чтобы до нас добежать, придётся спуститься вниз по обратному склону холма и сделать приличный крюк, огибая густые кустарники. Потом преодолеть приличное расстояние по тропе, идущей между этими самими кустарниками. Поэтому, времени на споры или рассуждения не осталось. Пришлось максимально быстро, насколько это возможно в сложившейся ситуации, уносить ноги. Поначалу двигались довольно резво, несмотря на ранение Сергея, но уже минут через пятнадцать у него начали заплетаться ноги. По его словам, скорее всего, в него попала стрела, которыми зачастую пользуются изгои. Они обрабатывают свои стрелы каким-то составом, похожим на яд, который, в случае попадания в кровь, медленно убивает свою жертву. Будь у нас перевязочный пакет с магической начинкой, он мог бы нейтрализовать действие этого яда. А так — без шансов.
Ещё минут через пять уже не бегства, а можно сказать, относительно быстрого шага, мы вышли на берег небольшой реки, противоположный берег которой был значительно выше нашего. Не задумываясь ни на секунду, преодолели вброд эту преграду, и взобравшись на высокий берег, я смог осмотреться. Понятно, что в первую очередь посмотрел в сторону, откуда прибежал, и увиденное вогнало в тоску.
Преследователей я уже мог рассмотреть, и максимум минут через семь-десять они будут здесь. Шансов уйти у нас не осталось. Наверное, это понимали и те, кто нас догоняли, потому что они особо и не торопились.
Глядя на этих уродов, мне вдруг показалось, что я нашёл выход из положения. Не знаю, получится или нет, но ничего другого делать не оставалось. Дело в том, что ветер дул от реки, в сторону преследователей, а почва с той стороны реки была покрыта приличным ковром сухой травы. Вот мне и пришла в голову идея поджечь эту траву, по идее, ветер должен быстро раздуть нормальный пожар, который и не даст возможности добраться до нас. Это рассказываю долго. На самом деле, как только эта мысль пришла в голову, действовать начал сразу. Крикнув Сергею, чтобы ждал здесь, я понесся на противоположный берег. Поджечь траву проблемой не стало, как и разнести огонь на приличное расстояние в стороны от эпицентра возгорания. Дальше все сделал ветер, который уже через пару минут погнал огромную стену огня в сторону преследователей. Когда перебрался обратно к Сергею и посмотрел на то, что я натворил, мне, честно сказать, поплохело. Даже предположить не возьмусь, чем это закончится. Огонь распространялся с огромной скоростью не только вперёд, как было задумано, но и в стороны. Как бы не натворить таких дел, что стану врагом для всего живого в этом мире. Немного поразмышляв таким образом, плюнул на все. В любом случае, другого выхода у меня не было, поэтому, и переживать не о чем.
Смог отсюда увидеть и наших преследователей, которые сейчас вели себя совершенно не так, как раньше. Они уносили ноги, развив какую-то запредельную скорость, и при этом не факт, что у них получится обогнать ветер. Опасности от них в ближайшее время ждать не стоит, а вот состояние Сергея меня начало пугать. За время моего отсутствия, а это максимум десяток минут, ему стало сильно хуже. Он хоть и был в сознании, но боюсь это ненадолго, судя по тому, как сцепил зубы и слегка постанывал.
Пришло ясное понимание, что, если не найду возможности в короткое время оказать ему помощь, то лишусь друга.