Три ипостаси Божества

– Забирайся к себе, – приказала она, не глядя Айзеку в глаза.
3
Садина
Деревья. Горы. Каменистые откосы.
Воздух почти такой же холодный, как и волны, бьющиеся о берег.
Аляска.
Корабль, ударившись днищем о камни, бросил якорь в маленькой бухте. Триш, Миоко и Доминик помогли Садине собрать их общее имущество.
– Остальные матрацы брать? – спросила Миоко.
Минхо ответил, как отрезал:
– Нет. Только то, что нужно для выживания. Сумки, еду, оружие.
Садина сунула в свой рюкзак Книгу Ньюта.
– Оружие нам не потребуется, – сказала она.
И словно повинуясь ее словам, вызвавшим радикальные перемены в мире, небо потемнело. К их бухте летели, двигаясь со стороны видневшегося на горизонте лесистого острова, шесть бергов. Берги! Целых шесть! Берги приближались, и через несколько мгновений послышался звук их двигателей, сотрясший сушу и заставивший раскачиваться корабль.
– Что происходит? – закричала Миоко, обращаясь к Минхо.
– Черт побери! – ответил Сирота. Ухватив свою сумку с оружием, он позвал Оранж и сообщил ей что-то знаками. Этот язык Садина не понимала.
– Ты знаешь, кто это летит? – спросила его Рокси. – В прошлый раз, когда мы такое видели, не вышло ничего хорошего.
– Раз на раз не приходится, – ответил Минхо, но в глазах его Садина увидела нечто такое, что не могло ее не обеспокоить. Что-то вроде страха. Так непривычно, если вести речь о Сироте.
– Хорошего мало, ты права, – продолжил Минхо. – Похоже на боевой порядок Остатков нации. Лучше всем вооружиться!
Из всех вещей, о которых думала последнее время Садина, война не была самой важной. Они выросли на тихом мирном острове, ритм жизни которого не менялся от поколения к поколению, и война никак не входила в их сферу интересов. Что бы сказал старина Фрайпан, если бы оказался здесь? Наверное, что-нибудь вроде «на Аляске ничего хорошего не происходило и не произойдет!».
– Возьми!
Минхо протянул Доминику маленький нож – не больше, чем тот, которым он чистил рыбу.
– Не бойся. Может быть, они летят дальше, на север. И мы им не интересны.
Доминик пожал плечами, стараясь скрыть дрожание рук.
– Почему это ты решил, что я боюсь?
– Интуиция, – пробормотал Минхо и протянул Садине небольшой пистолет. Та представления не имела, как с ним обращаться.
– Мне он не нужен, – сказала она, отводя руку Минхо, но он настоял.
– Оружие – это продолжение твоих рук, – сказал он, вложив пистолет в ее правую руку и показав, как его правильно держать. – Оружие нужно уважать. Тогда и контролировать его не составит труда.
Садина посмотрела на нож, который держал Доминик. Ей бы больше подошла эта игрушка. Хотя Доминик вряд ли способен контролировать пистолет. Еще ногу себе отстрелит!
Садина встретилась взглядом с Триш, и та, словно читала мысли подруги, кивнула. Садина еще раз попыталась отдать пистолет Минхо.
– Ты будешь с нами, ты сможешь нас защитить. А я никого не хочу убивать.
– Я могу использовать только один вид оружия, – сказал Минхо и, обратившись ко всем, объявил: – Слушайте все! Делаем марш-бросок в лес. Углубляемся в чащу и, как только будем в безопасности, поворачиваем на север. Идем спокойно, но сохраняем бдительность. Я не думаю, что берги нас заметили. Я вообще не думаю, что они прилетели ради нас. Во всяком случае, пока.
Садина не очень поняла, что Минхо имел в виду. Она опустила пистолет в задний карман брюк и, почувствовав, насколько он тяжел, поняла, что дело не только в его физическом весе. Жаль, что Минхо не сказал чего-нибудь более ободряющее, допустим: не волнуйся, все будет хорошо! Мама бы так сказала обязательно. Никогда еще Садина настолько остро не чувствовала опасность.
– Триш! – произнесла она и взяла подругу за руку. – Ты в порядке?
Вместе они спустились с корабля.
Над их головами пролетело еще шесть бергов, на этот раз значительно ближе. Миоко закрыла уши и спросила:
– Сколько же их там всего?
– Всего двенадцать, – отозвалась Рокси, повесившая себе на грудь длинное ружье, а на пояс – нож.
 
– Так ты в порядке? – вновь спросила Триш Садина.
– Даже не знаю, что и думать, – отозвалась Триш, глядя изумленными глазами на берги, уходящие на север. – Но куда бы ты ни пошла, я пойду с тобой.
Она крепко сжала руку Садины, и та, благодарная Триш за то, что может чувствовать что-то еще, помимо страха, пожала ее руку в ответ и прошептала:
– Где ты, там и я.
4
Александра
Берги. Много и сразу.
Шесть штук. Они появились внезапно, как удар молнии.
Пораженная этим ужасным зрелищем, она, чтобы не потерять равновесия, ухватилась за Флинта. Шум двигателей летящих машин был подобен яростному реву древних Богов, исторгающих огонь молний и раскаты грома. От этого шума болели уши – гораздо сильнее, чем от звона, который стоял в ее голове совсем недавно. Может быть, этот звон был предвестником? Знаком? Но какой смысл в знаках, если у нее нет сил остановить то, что должно произойти?
Из-за горизонта показалось еще шесть бергов. Итак, всего двенадцать.
Алое марево вновь застило ее взор.
Увидев, что исторгающие голубое пламя чудовища, похожие на драконов из древних сказаний, зависли над городом, жители Нью-Петербурга в панике побежали кто куда, ища, где бы укрыться. Александра вдруг осознала, что и она, в поисках убежища, бежит по улицам, сопровождаемая Флинтом и стражами Эволюции. Тело ее, подхлестываемое сознанием, которое раздирал почти животный страх, казалось, набралось невиданной энергии.
Ноги, отталкиваясь от земли, несли Богиню вперед.
Волны странного, незнакомого ей ужаса накатывали на Александру одна за другой.
Повернувшись на бегу к стражам Эволюции, которые бежали чуть сзади, она крикнула:
– Нужно бежать…
Один из стражей вдруг упал на колени.
– Встать! – крикнула Александра.
Нужно как можно скорее выбраться из города.
Стон вырвался из груди стража, и он рухнул навзничь. Из его спины торчала стрела.
– Богиня! – прокричал другой страж, бросившись к ней, чтобы защитить, но Александра успела проследить траекторию стрелы. Над ними завис грохочущий берг, сияющий как солнце. Александра могла поклясться, что видит ребенка, держащего в руках лук. Ребенок?! Неужели малое дитя может убить всех ее самых сильных стражей? Паника охватила ее – так северное сияние охватывает ночное небо.
Чтобы спастись от стрел, оставшиеся стражи втащили ее в какое-то здание, провели через брошенную пекарню и повлекли дальше. Но у бергов на вооружении были не только луки. Охотясь на Богиню, они использовали и бомбы.
Стены рушились вокруг Александры, весь мир вдруг наполнился пылью и грохотом, обломками бетона и скрежетом металла. Смерть танцевала свой страшный танец. Несколько стражей упали бездыханными.
Александра ничего не знала о войне. Все последние годы она старалась быть мягкой с Николасом и Михаилом, и до открытого противостояния дело не доходило. Задыхаясь от пыли, она пробиралась через развалины, стараясь не попасть под падающие обломки, и тут ее словно ударило:
Михаил!
Каким-то образом, несмотря на свой поврежденный ум, он смог организовать это нападение.
Двое стражей подтолкнули Александру к выходу из здания. Она хватала ртом воздух, отравленный гарью, и наконец выбралась на улицу, охваченную огнем.
Дома лежали в развалинах, горели и дымились. Александра покрепче запахнулась в свою мантию, словно ткань волшебным образом могла защитить ее от огня и осколков.
– Отведите меня… – начала она, но, оглянувшись, увидела, что позади нее остался только Флинт.
– Они… они… – бормотал он.
– Наплевать! – отрезала Александра. – Бежим.
И она побежала по улицам города, направляясь к югу, подальше от бергов. Двигаясь зигзагами и постоянно уворачиваясь от того, что падало сверху, Александра натянула на лицо капюшон, чтобы никто не увидел и не опознал Богиню, бегущую от своих людей. Повсюду грохотали выстрелы и свистели пули. Она хотела поначалу бежать в развалины Лабиринта, но потом поняла, что, окажись она там, Лабиринт станет ее усыпальницей.