Три ипостаси Божества

Александра вскинула руки к небесам и глубоко вздохнула, но толпа не ответила на ее слова бурным выражением радости. Люди смущенно зароптали. Как ни печально, Александра вновь переоценила их возможности. Хотя то, что она скажет сейчас, будет пилигримам более понятно.
– И я принесла вам печальную новость!
Она откашлялась и опустила голову, стремясь достигнуть необходимого эффекта.
– Наш Бог Николас жестоко убит врагами Эволюции! – закончила она.
Это была абсолютная, стопроцентная ложь.
– Убит? Убит? – поднялось в толпе.
Пилигримы, застонав, принялись вертеть головами, ища друг у друга поддержки.
– Да! Это так. Наш Бог Николас погиб, защищая будущее нашей земли. Защищая право каждого из вас жить жизнью Бога.
Она сделала паузу и потерла виски. В ушах у нее вновь начался звон, как будто, говоря о смерти Николаса, она была отныне обречена вступать в перепалку с собственным телом.
– Кто убил его? – раздался громкий скрипучий голос, и, подняв глаза, Александра увидела, что это – Маннус, убийца. Прищурившись, она покачала головой и вновь обратилась к людям:
– Мы ведем следствие и вскоре найдем того, кто совершил это ужасное, святотатственное преступление.
– Нужны новые жертвы! – заорал в толпе пилигрим, чье тело было полностью покрыто татуировками. – По две в день! Потрошить всех!
Александра повернулась к Флинту. Но тот вряд ли успокоил бы толпу.
– Нет! – воскликнула Александра. – Жертвоприношения необходимо прекратить. Немедленно! Об этом нас просил сам Николас, и мы должны выполнить его волю – чтобы почтить память нашего Бога и самим приблизиться к богоподобному состоянию.
Она протянула руку, чтобы взять у Флинта желто-горчичный плащ. Пилигримы между тем что-то нестройно кричали, но услышать одновременно и сразу всех было невозможно. Да, успокоить толпу было делом гораздо более трудным, чем она ожидала. В глазах большинства стояло неверие. Ей же эмоции толпы были необходимы для продвижения собственных планов. Сперва она даст им выплеснуть наружу страх и ярость, поделиться друг с другом собственной болью, а когда они это сделают, она легко подчинит толпу своей воле и своим намерениям.
Страх, который так беспокоил ее, можно использовать себе во благо.
– Верные мои пилигримы! – воскликнула Александра. – Вы должны знать всю правду!
Встретившись глазами с Маннусом, Александра быстро отвернулась – с ним она не хочет делиться этой правдой.
– Убийство Николаса произошло потому, что он открыл лекарство, способное исцелить вас от последствий Вспышки и наделить иммунитетом.
Толпа внезапно затихла, и Александре даже показалось, что ее барабанные перепонки уже не работают – так тихо стало вокруг. Возможно, она все-таки способна их контролировать!
– Лекарство? Наконец? Неужели это правда? – спросила женщина в первом ряду, протягивая руки к Богине. Александра взяла ее за руку и пожала, после чего проговорила, стремясь закрепить полученный эффект:
– Да! Он открыл средство против самого ужасного из вирусов, терзающих человечество. Но он также открыл способ модификации ДНК человека, которая позволит ему многократно развить свои способности во всех сферах жизни и стать равным Богам.
Николас действительно нашел возможность развить у человека иммунитет к вирусу Вспышки, но Александра никогда никому не скажет, что то же лекарство способно вернуть к нормальной человеческой жизни и тех, кто стал полушизами. Она не хотела, чтобы Аляска превратилась в убежище для этого народа. Пусть уж остаются такими, какие они есть. В конце концов, можно частично разрешить жертвоприношения. Надо же фанатикам кого-то потрошить! Александра знала, что большинство с ней согласится – немногие захотят, чтобы бывшие шизы стали членами их коммуны. Эта мерзость в разумной пропорции есть в каждом городе, и в каждом городе есть свой Дворец Шизов с Адскими ямами.
– Когда же мы получим лекарство? Когда придет к нам Исцеление? – спросила женщина в первом ряду.
– Все в свое время. Во всем необходимо терпение, мои верные пилигримы. Но уже скоро мы уничтожим все следы Вспышки в нашей жизни, и каждый из вас эволюционирует в то состояние, где в человеке раскрывается весь бесконечный потенциал человеческой расы. Тот потенциал, которым ныне овладели только Боги.
 
Момент был выбран удачно. Махнув полами плаща, она набросила его на плечи и, щелкнув пряжкой, застегнула на шее.
– Если вы примете Исцеление, вы станете Богами. Некоторые, конечно, примутся противиться прогрессу в медицине, но вот что я хочу вам сказать: тот, кто против Эволюции, есть такой же носитель зла, как и сама Вспышка.
Толпа взорвалась ликующими криками, как она и ожидала.
– Те, кто против Эволюции, несут ответственность за смерть Бога Николаса.
И вновь толпа взревела.
– Излечение – вот горизонт, к которому мы устремимся. Нас ждет рассвет нового дня, и Аляска, дом Лабиринта, станет и домом Исцеления.
Лица людей загорелись сиянием надежды и радости. Столь яркого огня, горящего во взглядах пилигримов, Александра не видела никогда в жизни. Они были готовы к борьбе. Готовы не просто выживать, но и делать нечто большее – двигаться вперед. Именно этого от них она и ждала – фанатичной, до истерики, преданности идее Эволюции.
– Нью-Петербург станет самым сильным из всех городов мира, а его население – цветом Земли. Никто не сможет ни бояться, ни презирать его. Нью-Петербург, дом Лабиринта восстанет и утвердит свое величие в веках.
Люди восторженно вопили – все сильнее и сильнее. Александра дышала и не могла надышаться воздухом, дрожащим над тысячами тысяч ее последователей.
Она стала для них единственным Богом.
Богом истинным.
4
Александра почувствовала головокружение. А что, Николас, когда обладал властью главного Бога, ощущал то же самое? В ушах ее стоял неумолкающий звон, усиливавшийся с каждым ее шагом. Теперь, когда она стала единственным Божеством, сможет ли она переносить эти новые нагрузки? Руки ее беспричинно дрожали, и она изо всех сил старалась не показать этого стражам Эволюции.
– Богиня Романов! – закричал кто-то из толпы, следовавшей следом за ней, но стражники хорошо знали, как не дать любопытствующим подойти к ней слишком близко. Она не хочет возлагать руки ни на их лбы, ни на носы, ни на губы, как это делал Николас. Она вообще не станет их трогать.
– Богиня Романов! Я выполнил вашу просьбу, – кричал человек. – Теперь выполните мою.
– Назад! – крикнул охранник, отталкивая человека с рогами на голове. – Богиня обратится к народу в следующее воскресенье.
Но Александра подняла руку.
– Я буду говорить с ним сейчас, – сказала она стражу. – Сделайте так, чтобы нам никто не мешал.
Она знала, что подобная просьба может вызвать подозрения, и если она пригласит это рогатое чудовище в свои покои на приватную беседу, могут пойти самые нелепые слухи. Достаточно будет остановиться и поговорить здесь, посередине улицы, к югу от площади. Стражи колебались, не решаясь оставить ее наедине с Маннусом, словно знали, что он – убийца Бога. Мановением руки она позволила тому подойти на расстояние в несколько футов – так, чтобы их никто не слышал.
– Вы кое-что должны мне, Богиня, – негромко произнес Маннус, похлопав ладонью по правому рогу.
– Я помню, спасибо! Все будет сделано.
Она улыбнулась стражам, которые позволили заблудшему язычнику услышать от Богини доброе слово.
– И когда?
Маннус пытался настаивать, но, чем настойчивее он был, тем упорнее в своем нежелании идти у него на поводу была Александра. В конце концов, не для того она выходила из-под власти Николаса, чтобы ею помыкали всякие рогоносцы. Маннус не должен забывать, кто есть истинный Бог.
Выставив вперед руки и повернув их ладонями вверх, чтобы показать свое превосходство и власть, она произнесла:
– Пилигрим! Есть ли в душе твоей вера?
Она давно освоила язык тела и с его помощью умело управляла и верующими, и сомневающимися. Маннус вряд ли знает об этих сложностях: он не только своим телом, он и умом-то своим не владеет!