Развод на новый год (СИ)
- Соня, ты самое ценное, что у меня есть, - глупо и невпопад перебивает меня Титов. И смотрит прямо мне в глаза, как раньше. Навылет.
- А ты для меня нет! Ненавижу тебя! Нена… Черт.
Слово было задушено, забрано, насильно и без разрешения. Макс толкнул меня к стене. Спиной, локтями и даже затылком я ударилась о кирпичную кладку, покрытую штукатуркой и приторно бежевой краской. Но вспышка злости была похоронена его губами. Титов, просто накинулся на меня. Голодный, злой, психованный. Терзал, настаивал, чтобы сдалась. И я сдалась потому что… Мне было нечем его оттолкнуть. Беспомощность убивала и доставляла удовольствие. Его губы и руки, крепко держащие мою голову, чтобы не отвернулась, потушили один огонь и зажгли другой. Он не будет взрывом, а только раскаленной лавой, которая течет по венам. Или по щекам слезами.
- Хватит, милая. Не плачь.
- Я не хочу, чтобы она приближалась к тебе, Макс.
- Я знаю.
- Этого мало!
Я выпуталась из дорогого атласного галстука и пальцами вцепилась в бока бывшего мужа.
- Хорошо.
Ну что за ответ?!
- Я не хочу ее видеть. Она не имеет право носить мою фамилию!
- Хорошо, - снова соглашается.
- Она должна уехать из этого города и исчезнуть из нашей жизни.
- Соня, даже если ты сейчас попросишь усадить её на космический корабль и отправить путешествовать по галактикам, я скажу “хорошо”. Я соглашусь на все что угодно, потому что не могу иначе. Ты же знаешь. Я…
Я молчала и не мешала ему сказать то, что он хотел. Макс тоже замолчал.
Время еще не пришло. И хотя я знала, что именно за слова едва не сорвались с его губ прямо сейчас, потому что слышала их четко и ясно чуть раньше, не ждала, что Титов в этот раз признается мне в глаза. Потому что мы еще не все выяснили. Не все решили.
- Может тогда ответишь хотя бы на один вопрос серьезно?
Он мягко улыбнулся. Его губы опухли и немного покраснели, потому что я не была нежной и кажется чуть-чуть перестаралась, укусив его.
- Хорошо, - ответил просто, но в голосе уже не было ни тонкой нотки иронии, ни сарказма.
- Как ты мог так поступить с нами, Максим? - спросила я, наконец-то прямо. - Как ты, черт возьми мог променять меня, нас, всю свою жизнь на эту… Любу!? Разве оно того стоило? Как ты засыпаешь по ночам и встаешь утром, зная, что просрал жизнь ради одной ночи.
- Ты хочешь узнать, как все было?
- Нет уж, уволь! Но я хочу понять, о чем ты думал, в этот момент, чем руководствовался, почему почему ты предал меня? По-че-му?! Скажи мне правду!
Я отступила, когда поняла, что мои слова достигли цели и больно ударили его по живому. Он отошел провел широкой ладонью по лицу, словно сдирая с себя кожу, смахивая то, что сейчас сказал, потому что говорить - больно.
- Я не знаю. Правда в том, что я действительно не знаю. Я постоянно задавал себе этот вопрос, как случилось, что я потерял лучшую женщину в мире? И знаешь что? - Макс раскинул руки в стороны, как пластиковый солдатик. - Я не знаю! Почему я спустил свою жизнь в унитаз? Не знаю! О чем думал в тот момент? Не знаю! Каждый день я живу с этим! Каждый день смотрю на себя в зеркало и ненавижу, потому что не помню как, зачем и почему все произошло! Я просто не знаю, Сонь. Я. Не знаю…
Глава 28
Шесть лет назад
Макс.
Если спросить, что я запомнил из того вечера, ответ получится слишком короткий, даже чтобы сшить на меня дело. Снег, такси, телефонный разговор.
Разговор оказался самым четким и наверное последним моим воспоминанием.
- Котенок, поздравляй, контракт и премия у нас в кармане! Развод прошел как по маслу и теперь компания отца Ереминых, нанимает нас для представления своих интересов.
- Чтобы сказать спасибо за то что, ты оставил зятя без штанов?
- Я и трусы у него забрал. Так что выбирай гостиницу на Новый Год, чтобы отпраздновать нашу победу.
- Твою Макс, - настаивала жена.
- Нашу. Ты заставила меня сюда лететь, я бы лучше остался с тобой. Так что давай, малышка, иди на букинг и бери, что хочешь.
- В пределах Золотого кольца? - грустно уточняет Соня.
- Ради тебя хоть куда. Но на машине, второй перелет за месяц я не потяну.
Пока она что-то говорит, я подаю знак официанту, чтобы тот заменил на столах салфетки. На банкете все должно быть безупречным. Это не просто встреча с нашими новыми партнерами, это визитная карточка с золотым тиснением и все должно соответствовать той планке, о которой я пел накануне в суде.
- Сонь, я не слышу…
Мимо проносятся люди в фартуках, кто-то заносит на кухню ящик со льдом, на дне которого живые раки, кто-то предлагает мне выбрать вино, кто-то кричит как припадочный, так что даже мне слышно. Гомон как на футбольном стадионе.
- Погоди секунду, - я зажимаю телефон плечом и толкаю дверь из банкетного зала обратно в холл. Тут гораздо тише, а людей гораздо больше чем в ресторане и всем им что-то от меня надо. Вижу Любу с гигантским букетом роз и одними губами шепчу ей “Потом”. Пускай сама решает, куда ставить этот веник, у меня дело важнее: услышать Соню. И когда я вслушиваюсь, что она такое лопочет, то понимаю, что моя жена давно ничего не говорит. Она плачет. Горько, навзрыд, как маленький ребенок.
- Котенок, - только и шепчу я. - Что ты? Как ты?
Она хреново, и я это знаю.
- Когда ты приедешь, буду в порядке.
- Давай я прилечу сейчас.
- Ты в своем уме? - Резко, будто кто-то выключил рубильник, слезы заканчиваются и я слышу в голосе Сони испуг. Упрек. - Не надо никуда лететь. Сегодня банкет, на котором ты должен проявить себя и убедить, что наша компания - это стабильные партнеры и мы готовы соблюдать каждое слово, под которым подписались в договоре. Это крупная сделка, о которой ты… мы мечтали. Второго такого шанса может и не быть. Наша обязанность…
- У меня обязанности только перед тобой. - Пора прервать ее пламенную и бесполезную речь. - Так что думаю, мне лучше поменять билет…
- Макс, - раздраженно цедит Соня, - не надо думать. Делай так как я тебе сказала! - Вот же командирша! - Я жду тебя дома через три дня, с зарезервированным отелем где-нибудь в Ярославле, в красивом платье и с блюдом домашних пельменей, которые ты так любишь.
- Я люблю тебя, а не пельмени.
- А я люблю, когда все по правилам, и ты об этом знаешь.
Знаю. А еще знаю, что моя девочка очень старается быть сильной, не показывать как ее ранила последняя пересадка эмбрионов и последняя во всех смыслах неудача. Я уверен, что в следующий раз нам повезет, и помощь врачей даже не понадобится. Нам не может не повезти.
Врачи постоянно твердили, что стоит отпустить желание иметь ребенка, но это было сложно. Не с Соней. Она всегда привыкла все делать на отлично и теперь страшно злилась от того, что этот экзамен оказался нам не по силам.
Но сейчас я видел, что у нее поменялся настрой. В этот раз она приняла все слишком спокойно и даже сама меня утешала: “Ничего страшного, так бывает. Все обсудим, когда ты вернешься”.
Все дни она держалась стойко. Мой маленький оловянный солдатик, мой борец. И только вчера впервые дала волю эмоциям и расплакалась. А я не смог ее утешить, потому что все мои слова из динамика телефона просто воздух. И нам нужно увидеть друг друга, обнять, чтобы тучи снова рассеялись над нашим домом.
- Макс, - я слышу, как дрожит ее голос, как она спотыкается на последней букве и произносит ее со всхлипом, будто еле сдерживает рыдания. - Умоляю, послушай меня. Не приезжай и не звони мне, я в порядке, просто очень устала. Сейчас выключу телефон и высплюсь, а потом, когда встану, приберусь в квартире и налеплю тебе те маленькие пельмени.
- Ты с ума сошла? София Николаевна, если в таком состоянии, вы начнете лепить для меня пельмени, то я с вами разведусь!
- Деспот, - поддакивает Соня. Дразнит, потому что точно знает - я вру. И никогда ее не отпущу.
- И Тиран. Так что приказываю лежать, отдыхать и тратить деньги с моей карты в неограниченных количествах. Приеду - проверю.