Папа, я иду тебя искать!

Никогда не думал, что именно мужчине может не хватать семьи и детей. Меня воспитывал холодный и равнодушный отец. Думал, что и сам стану таким же чёрствым и равнодушным.
А оно вон как обернулось.
Припарковался возле их дома и помог им выйти из машины, открыв дверь.
– Ма, ну, видишь какой услужливый! – тут же сделала мне комплимент Юся. – Давай его возьмём? Будет нашим папой!
Еле сдержал смеха от её комментария. Решил не вмешиваться, а понаблюдать.
– Юся! – с огромной усталостью в голосе выдохнула Екатерина. – Ну, сколько раз тебе говорить, что ты не можешь принудительно кого-то заставить стать тебе родителем. Нужно желание.
– Но если несколько раз просить, то вдруг он захочет? Особенно, если узнает, какая ты замечательная!
Всё-таки расхохотался. Юся бросила недовольный взгляд сначала на маму, а потом на меня. Фыркнула и отдалилась играться с сугробом – очень уж ей захотелось покорить ближайшую горку.
– Вы уж меня… – начала Катя, но я её перебил.
– Ты, – поправил её, продолжая улыбаться.
Они удивительно подняли мне настроение.
– Да, простите… прости. Ты извини, что Юся прицепилась, она не со зла. Да и я не хочу бередить твои раны… Просто она очень активный ребёнок, который уж очень хочет полноценную семью, – в словах девушки было очень много боли.
Коротко кивнул, став серьёзным.
– Она уже так часто предлагает, что я вот-вот сорвусь и соглашусь! – бросил я, а потом недоумённо уставился на Катю.
И сам не понял, зачем я это сказал. Шутил ли я, или говорил всерьёз – тоже не знал.
– Да не стоит, – после небольшого замешательства ответила Катя. – Да, больно, да неприятно, но мы с Юсей справимся.
Кивнул. Кто я им? Так, левый богатый дядька, который только что потерял семью, шансы на счастливое будущее и ребёнка.
Кажется, этот кризис нужно просто пережить.
Юся же, тем временем, пока мы стояли и разговаривали, забралась на вершину сугроба и уже оттуда крикнула:
– Мама, смотри как я умею.
Мы обернулись одновременно. Юся стояла на вершине горки и смеялась. И когда успела забраться, маленькая проказница?
Сугроб был чуть выше моего роста – зима в этом году была суровая и щедрая на осадки. Видимо, здесь дворники не особо хотели заморачиваться и накидали всё в огромную кучу.
А дальше всё, как в замедленной сьёмке. Юся оступилась и полетела камнем вниз. И ладно бы, если поехала на заднице, она именно полетела.
Инстинктивно кинулся и схватил девочку, поймал её в последний момент. Так ведь недолго и конечность сломать.
– Ой, спасибо, – пробормотала она, когда я её поставил на землю.
– Спасибо, Сергей, – Катя очнулась мгновение позже. – Юся, мы идём домой. Хватит с нас сегодня приключений. Я вышлю документы по почте, – последнее она сказала мне.
После удалилась в подъезд, утаскивая неугомонную дочку за собой.
Я так и не смог понять, что именно сейчас произошло.
 
11
 
Катя
Наш разговор у подъезда оставил у меня противоречивые чувства. Сергей успел поймать моего ребёнка, когда я замешкалась. Я не всегда вывозила её шебутной характер, не всегда успевала быть рядом, и с каждым годом становилось всё труднее и труднее. Иногда чувствовала себя плохой матерью.
Мы с Юсей поднимаемся в квартиру, и дочка убегает в спальню. Понимаю её: она взрослеет, и ей уже хочется, порой, уединения.
Мою руки и думаю напомнить дочери, что надо умыться после того, как она вернулась с улицы. Слышу грохотание тарелок на кухне и иду туда. Вижу там маму – она уже накрывает на стол.
– Ну, рассказывай, что это за молодой мужчина вами заинтересовался, – с места в карьер задаёт она вопрос.
Вздыхаю. Тамара Ильинична – женщина старой закалки. При этом она во всём видит любовь и позитив. Совершенно не понимаю, как мама с этим справляется, я уже давно во многом разочаровалась.
– Заказчик, – отмахиваюсь я. – Должна ему сделать новую спальню после развода с бывшей.
– Неженат значит, очень хорошо, – улыбается она и кладёт передо мной тарелку с едой. – Самой-то тебе интересен?
  
– Вообще никак. Да и ты сама знаешь, я не доверяю мужчинам. После того, что сделал Антон… – прерываюсь, не могу скрыть эмоции.
Предательство отца Юси я не могу простить до сих пор. Как бы сильно я не любила свою девочку, и не была благодарна за то, что он подарил мне дочь, я всё ещё ненавидела его за то, что он бросил нас.
– Да брось. Видела я, как вы друг на друга смотрели. В общем, не корми меня сказками, он тебе понравился, – мама прёт, как танк, и я начинаю злиться.
– Я не для тебя их накрывала, чтобы ими кормить, – фыркаю я.
И после этого я ещё удивляюсь, в кого Юся такая разговорчивая? Да мы с мамой обе за словом в карман не лезем, только так едко выражаемся в общении друг с другом. Нет, нам не обидно, мы просто постоянно подкалываем друг друга.
– Ты вон, сама замуж не вышла второй раз, – поспешно добавляю, ковыряя ужин вилкой.
Есть совсем не хочется.
– Ну, не путай. Ты вообще замужем не была. Если бы отец не умер, до сих пор счастливо жили, – мама тяжело вздыхает и кричит: – Юся, идём ужинать!
– Семь лет уже прошло. Может, нужно дать любви ещё шанс? – качаю головой и плачу матери той же монетой.
Мне нравится быть одной, как и ей. И, пока она будет давить на меня, буду отвечать ей тем же.
– Доченька, – обращается она ко мне. – Все браки, как и всё на Земле, к сожалению, заканчиваются. Неудачный брак – разводом, а удачный – смертью одного из супругов, – вздрагиваю от такого умозаключения. – У меня был удачный брак, жаль, что мы вовремя не нашли у отца онкологию. Не успел он познакомиться с Юсей.
Вздыхаю. Юсе вообще на мужское внимание не везло. Я очень боялась, что, когда она вырастет, будут проблемы с противоположным полом. И либо она будет их избегать, как мы с мамой, либо будет купаться в их внимании. Не знаю, что хуже, но судя по тому, как она не стесняется спрашивать всех незнакомцев, а не хотят ли они стать её отцом…
– Кстати, Юся уже предлагала твоему нанимателю стать её отцом? – мама заговорчески улыбается – ей хочется посплетничать.
Конечно, после суток на дежурстве скорой помощи, и не о таком расспросишь.
– Предлагала. И не один раз, – вздыхаю я, покачав головой.
– И как он отреагировал?
– Знаешь, нормально… – теряюсь я, потому что Сергей действительно ни разу не сагрился на мою малышку.
Но ведь это вряд ли знак?
 
12
 
Сергей
С тяжёлыми мыслями вернулся домой. Даже не заметил, как приехал, как переоделся, как поел. Очнулся я с чашкой кофе посреди розового убожества.
Вздохнул. И как я вообще разрешил Елене сделать всё это с нашей спальней? Ответ пришёл очень быстро. Я её любил, поэтому всё ей разрешал. И даже розовые пионы на стенах мне не мешали жить, лишь бы Елена была рядом.
Теперь я понимал, что так нельзя, но тогда…
– Она же вам понравилась, – вздрогнул от голоса Аркадия, подпрыгнув на месте. Не ожидал, что он нарушит мою тишину.
– О чём ты? – нахмурился я, покачав головой.
– О Кате и её знойной девочке Юсе, – Аркадий оставался совершенно спокойным и невозмутимым.
– С чего ты взял? Как она мне может понравиться? Мы ведь из разных миров! – отреагировал я на автомате.
Повторил слова отца слово в слово. Удивительно. Не хотел быть, как он, а периодически всё это во мне всплывало. Как такое вообще было возможно?
– Цитируете великих людей? – с неприкрытой издёвкой заметил мой дворецкий. Иногда он позволял себе куда больше, чем простой «слуга». – Вы взрослеете.
Нахмурился и поставил чашку кофе на подоконник. Не понимал, к чему Аркадий клонил, поэтому решил его послушать.
– Несомненно, Катя очень красивая и роды совершенно её не испортили, – усмехнулся: старый развратник давно был счастливо женат, но на молоденьких всё равно заглядывался. Смотреть можно – трогать нельзя. – Но понравилась она вам не поэтому.