Папа, я иду тебя искать!

– Ах, ты, сукин сын! – слышу женский крик. – Даже от моего интерьера избавиться решил? Ничего человеческого в тебе нет!
 
4
 
Сергей
Когда я назначал осмотр комнаты, я и представить себе не мог, что бывшая заявится в гости. Елена рвала и метала, мечась по дому и ругаясь на меня.
– Чего ты ожидала? – устало спросил я, флегматично наблюдая за её истерикой.
А ведь могла бы спихнуть на беременность, но нет, решила убить нашего ребёнка. Конечно, я понимал, что её тело – её дело, но я всё-таки был отцом, я должен был узнать. Не постфактум.
– Я надеялась, что ты успокоишься и, наконец-то, начнёшь мыслить здраво! – видя, что её крики на меня больше не действуют, она попробовала говорить тише и спокойнее. – Нам же так хорошо было вместе! Зачем нам ребёнок?!
– За тем, что тебе всегда было плевать на моё мнение. Я, как отец, должен был знать об этом! Или, может, ты сделала это, потому что не я был отцом ребёнка? – предположил я самую страшную догадку, которая мучала меня вот уже несколько недель.
Елена побледнела. Внимательно наблюдал за её реакцией, как будто мне было не всё равно на ответ. Ребёнка не вернёшь.
– Как ты смеешь, – прошипела она. – Отцом был ты!
– Ключевое слово – был, – от этой мысли становится невыносимо тошно и больно. – Елена, верни ключи и не приезжай сюда больше.
– По правилам бракоразводного…
– Вот только не заливай мне про «пополам». Забыла, что мы составляли брачный контракт?
Я прямо поверил в Бога и поблагодарил его за то, что мы составили этот контракт. Получилось это совершенно случайно – мне нужно было заключить его из-за дел своего бизнеса, партнёр боялся, что мы разведёмся и у фирмы появится новый «босс». Дело было не в доверии, но я был чертовски рад, что мне так повезло.
– Ты всё заранее продумал, чтобы оставить меня ни с чем! – вновь завопила Елена, вбежав в нашу спальню.
Последовал за ней, где она начала устраивать самый настоящий беспорядок, хватая вещи, которые считала «своими».
– Я столько сил во всё вложила! Я делала интерьер дома своими руками, а ты, а ты… – кажется, у неё закончились цензурные слова, и теперь она начала ругаться благим матом.
Что ж. И к такому я был готов. Как там говорится? Чтобы узнать истинное лицо человека, поругайтесь с ним? Елена подтверждала мысль о неадекватности некоторых людей в период ссоры.
– Уже сегодня приедет дизайнер, – посмотрел на часы на руке. Вздохнул, поняв, что Екатерина вот-вот приедет и увидит мою безумную бывшую. – Вот-вот, с минуты на минуту. Можешь забрать то, что тебе необходимо.
Елена схватила вазу, которая никогда мне не нравилась, но которая стоила бешеных денег, открыла дверь и запустила её в ближайшую стену.
– Ах, ты, сукин сын! Ничего человеческого в тебе нет! Я буду с тобой судиться!
– Ну, раз я настолько противный, может, ты уже оставишь меня в покое? И помни, что дело может закончиться судом и за порчу имущества тебе могут выписать огромный штраф, – как можно спокойнее заявил я, проигнорировав слова о суде.
Пусть идёт куда хочет – мне плевать.
Елена, услышав это, пулей вылетела из спальни, где на кого-то заорала матом. Устало вздохнул и последовал за ней. В коридоре уже стояла удивлённая Екатерина, и я испытал испанский стыд.
– Простите, я сейчас провожу свою бывшую, и мы можем заняться делом.
Девушка коротко кивнула, но бывшая не собиралась так быстро и просто успокаиваться. Она проследовала в гостиную, где вновь возопила.
Мы с Катей переглянулись и последовали на её крик.
– Браво, Серёжа! – Елена мне аплодировала. – Не смог завести ребёнка с собственной женой, тут же нашёл с уже почти взрослой девочкой. Удобно. Мой вам совет: бегите. Бегите, если не хотите остаться ни с чем!
– Аркадий, проводи, пожалуйста, Елену, убедись, что у неё не осталось ключей, и предупреди охрану, чтобы больше её сюда не впускали, – довольно жёстко отчеканил я. – Завтра же поменяю замки. Всё кончено, Елена.
Бывшая вырвалась из рук моего первого помощника, деловито процокала мимо и угрожающе прошептала напоследок:
  
– Это мы ещё посмотрим!
 
5
 
Катя
Равнодушно наблюдаю за истерикой незнакомой девушки. Высокая длинноволосая блондинка в обтягивающих лосинах и розовой кофте с бесконечно длинным маникюром на руках больше похожа на настоящий ураган или куклу, чем на живого человека.
Если бы Юся была постарше, она бы поняла, что её мать, то есть я, совершенно не во вкусе Сергея. Именно поэтому меня её истерика не обижает, а, напротив, веселит.
Мне абсолютно всё равно, почему он не смог родить ребёнка с женой. Плевать, кто виноват в их разладе и будущем разводе, если тот ещё не состоялся. Я здесь не для этого. Я здесь, чтобы превратить безвкусную комнату в произведение искусства. Мне вообще искренне жаль, что я во всём этом участвую, а моя дочь за этим наблюдает.
Ей богу, отказалась бы, если бы не деньги, в которых моя семья нуждалась.
– Я тебя засужу! – пыхтит девушка, видя, что я совершенно не реагирую.
– Дядя Аркадий, а почему эта злая тётя хочет испортить всем нам настроение? – спрашивает Юся. Бедный ребёнок искренне не понимает, почему женщина закатила истерику.
– Я тебе покажу злую тётю! – визжит бывшая жена моего нанимателя, и сейчас она больше напоминает свинью, которую хотят разрезать.
Дёргаюсь к ней, но в последний момент Аркадий ловит гостью и выпроваживает из комнаты. Совершенно молча, без слов.
Похоже, это не первая её истерика, и мужчины к этому привыкли.
– Екатерина, Юся, простите меня за то, что наблюдали за этим. Никто из вас не пострадал? – осторожно интересуется Сергей, протирая лоб платком.
И, хоть он и внешне спокоен, похоже, внутри это далеко не так.
– Всё в порядке, – дежурно киваю я. – Я вовремя увернулась от летящей вазы.
– Скучно, – тянет Юся, болтая ногами. Она сидит на высоком диване и не достаёт до пола.
– О! У меня есть для тебя маленький подарок, – Сергей словно просыпается, достаёт из ближайшего стеллажа большого медведя, и я теряюсь.
– Не стоило, право, – пытаюсь отказаться, но у меня не получается.
Юся уже заметила игрушку и потянула к ней руки. Дочь в восторге, и если я откажусь, то буду извергом, который забрал у ребёнка такую большую игрушку.
– Ну, я же не верну подарок в магазин, – бурчит Сергей, и я тяжело вздыхаю и киваю.
– Юся, что нужно сказать? – спрашиваю у своей дочурки, напоминая о словах благодарности.
– А ещё есть? – реагирует она совершенно не так, как я предполагала, а затем обнимает игрушку.
– Юся! – возмущаюсь я, и Сергей начинает смеяться.
– Спасибо, – тянет дочь. – Вы подумали над моим предложением?
– Юся! – вновь предупреждаю я.
В этот момент в комнату возвращается Аркадий.
– Елена уехала, но обещала вернуться, – тяжело вздыхает и садится на диван.
– Спасибо, Аркадий, – дежурно бросает Сергей.
Он уже хочет пригласить меня в спальню (как бы двояко это не звучало), но Юся выдает очередное:
– А она, что, Карлсон? Он же добрый, а тётя – злая…
– Я смотрю, вы всё-таки подарили ей того самого медведя, – комментирует Аркадий, и я окончательно запутываюсь в безумии этой семейки. Мне хочется поскорее уехать домой. – Идите, я присмотрю за девочкой.
Мы с Сергеем переходим в комнату, которую я должна переделать, и Сергей начинает передо мной извиняться:
– Простите, я не хотел, чтобы так вышло. Елена умеет быть очень внезапной и портить всем настроение. Надеюсь, наша будущая совместная работа ещё в силе?
Я не успеваю согласиться, потому что в этот момент в окно прилетает огромный булыжник.
 
6
 
Сергей
Голова шла кругом от истерики бывшей. Почему просто нельзя угомониться и смириться, что мы больше никогда не будем вместе? Да, сильные слова, с этим ничего не сделаешь, но у меня больше нет к ней чувств. Отрезало мгновенно и безвозвратно.