Наши уже не придут 3 (СИ)

На следующем плакате изображался офицер в форме РККА, высокий и статный, почему-то вооружённый немецким пистолетом-пулемётом MP18.
— Это мозг штурмового отделения русских, — произнёс Строд-Джексон. — Он участвует в планировании миссии с вышестоящими командирами, он точно знает, где его отделение должно находиться в каждый момент времени миссии, он наизусть изучает данные аэрофотосъёмки поля сражения и знает, что и где расположено на вражеских позициях. От офицера требуется очень развитая тактическая гибкость, способность адаптироваться под резко меняющиеся обстоятельства и умение принять верное решение, когда адаптироваться не получилось. Поступают сведения, что офицеры больше не выделяются среди отделения какими-то отличиями в форме, поэтому уничтожить их можно только случайно. И это очень ценные для нас сведения, потому что наша задача — сформировать штурмовые отряды не хуже и даже лучше, чем у большевиков и французов.
— А зачем это всё, господин бригадир? — спросил один из офицеров.
— Затем, что Армия Его Величества не должна отставать от вероятных противников, — ответил Арнольд. — Война, несомненно, сменила характер, и эти штурмовые отделения, ранее выступавшие в пешем порядке, теперь обзавелись моторизацией. Но суть и задачи их остались ровно такими же. Единственное отличие — их теперь доставляют к позициям противника на бронемашинах, а дальше они делают свою старую и кровавую работу.
Он раздвинул створки школьной доски и показал плакат с иллюстрацией броневика «Джеффри-Немиров». Справа от него висел плакат с танком-транспортёром «Марк XI»
— Это их основное транспортное средство, — произнёс бригадир. — А это наше. Опыт применения танка «Марк IX» и его модификации «Марк XI» показал, что тактика штурмовых подразделений имеет право на существование и в нашей армии. Просто кто-то…
Он запнулся и кашлянул.
— Кхм, — оправил он китель. — Большевики делают ставку на скорость, но теперь, когда у всех есть противотанковые орудия, нужно что-то другое. Я буду ходатайствовать, чтобы наши конструкторы разработали новый танк-транспортёр, который будет оснащён неуязвимой для противотанковых орудий бронёй, чтобы гарантированно доставлять штурмовой отряд до позиций противника.
— А не разумнее ли разработать свой бронеавтомобиль? — спросил какой-то капитан.
— Компетентные офицеры уже обо всём подумали, — покачал головой Арнольд. — В условиях массового применения противотанковых орудий, только толстая броня будет способна защитить танк от поражения. Бронемашины русских, в ближайшие годы, вымрут, как динозавры. Они окажутся нежизнеспособны. Только тяжелобронированный танк и не менее тяжелобронированный танк-транспортёр способны будут прорвать вражескую противотанковую оборону и выполнить все боевые задачи на вражеской линии обороны. Других рецептов просто нет, а русские коммунисты занимаются бесполезной ерундой — когда придёт время, британские технологии одолеют их и погонят обратно в тайгу, откуда эти дебоширы и вылезли…
Примечания:
1 — Килл тим — от англ. kill team — буквально, «команда убийства» или «отряд убийц», но у нас принято переводить это выражение как «истребительный отряд». И, если вспомнить, что за задачи стоят перед штурмовой группой, то термин «килл тим» максимально точно передаёт её функцию. В отличие от стрелков и мотострелков, в задачи которых не входит непосредственно уничтожить вражеских солдат, а вся работа состоит из коротких или длинных перестрелок, в ходе которых непонятно, убил ли ты вообще кого-нибудь, а также удержания позиций или завладение новыми, у штурмовиков всё предельно понятно — убей, убей, убей. Штурмовые группы специально предназначались для быстрого истребления сил противника на опорном пункте, для чего у них с собой было много гранат и оружие ближнего боя. Стрелкам, конечно, тоже случалось поучаствовать в рукопашной, но она, как правило, становилась для них последней в жизни — сейчас трудно такое представить, но те, кто при тактике мясных волн шли первыми и имели реальные шансы поучаствовать в ближнем бою, зачастую просто не переживали этого боя. Именно поэтому в мемуарах ветеранов ПМВ очень мало написано о ближних боях — это была бойня, все участники которой неотвратимо гибли. В основном потому, что при масштабном «решительном шаге» активно работали пулемёты, а даже если опорные пункты успешно закидывались телами, со следующих линий обороны прибывало свежее пополнение, которое добивало «поимевших успех» солдат противника. Первая мировая была беспрецедентной по своей жестокости и бессмысленности, но Вторая мировая переплюнула её с лихвой — там случались эпизоды и пожёстче.
    
Глава пятнадцатая
 
Миллионы долларов и жизней
 
*1 июня 1921 года*
— Похоже, что Троцкому конец, — произнёс Аркадий, опуская газету.
— Похоже, — кивнул Сталин. — Но как бы там не началась новая Империалистическая война…
Французская армия, в ответ на диверсию на французской территории, мнимую или действительную, вошла в демилитаризованную зону и начала вести себя очень нагло.
Газеты сообщают, что в ответ на это было убито два французских солдата, что разъярило маршала Фоша и тот приказал провести карательные акции против националистов и коммунистов.
Выяснилось, что в демилитаризованной зоне давно орудуют вооружённые отряды фрайкоров и красногвардейцев, поэтому французов встретили пулями и гранатами, потому что они не считались этими сторонами внутригерманской борьбы за союзников или хотя бы нейтралов.
Всё идёт к тому, что французы, разозлённые злостным нарушением условий мирного договора, пойдут дальше и оккупируют прилегающие к Руру территории. А вот это может иметь совершенно непредсказуемые последствия…
— Даже если начнётся, то пусть проходит без нашего участия, — усмехнулся Аркадий.
— Да, в этот раз без нас, — улыбнулся Иосиф Виссарионович. — Но я не за этим тебя позвал…
— Опять прорыв где-то? — спросил Немиров.
— Никаких прорывов, — ответил Сталин. — Но у нас умер начальник военно-инженерного управления — нужен кто-то на замену… А у тебя есть перспективный кадр, Берия…
— Вот этого ни за что не отдам, — покачал головой Аркадий. — Лаврентий Павлович выполняет важнейшую работу, и я без него, как без рук.
— Ладно, — вздохнул Сталин. — Стоило попробовать…
— Берию вообще нельзя трогать, он неприкасаемый, — покачал головой Аркадий. — Я вижу в нём очень большие перспективы и губить его таланты на военно-инженерных…
— Да я уже понял, — перебил его Иосиф Виссарионович. — Не хочешь отдавать — ладно. Поищу кого-нибудь другого.
— Вообще-то, есть у меня один талантливый организатор… — вспомнил Аркадий. — Аскольдов Яков Лазаревич — проявил себя в Беларуси, во время подготовки к польскому вторжению.
Вторжение так и не состоялось, но зато войска, с точки зрения логистики, были готовы образцово — снаряды, патроны, наличная бронетехника — всё было доставлено в срок, иногда с проявлением чудес эквилибристики…
Немиров подметил перспективного человека и предложил ему поработать на него в Главном управлении химической промышленности. Сейчас есть подходящая кандидатура из партии — Константин Гордеевич Максимов, который неплохо сгодится в роли зама Аркадия по химпрому, а Аскольдов, явно, годится в начальники, а не просто замы.
— Стоящий человек? — уточнил Сталин.
— Очень, — заверил его Аркадий.
— А чего тогда отдаёшь? — нахмурился нарком обороны.
— Он перерос должность моего зама, — пожал плечами Немиров. — А душить его мне не хочется.
— Ладно, — кивнул Сталин. — Пусть твои передадут мне его дело — рассмотрим. Но Берию точно никак?
— Вообще никак, — уверенно заявил Аркадий. — Таких, как Берия, днём с огнём не сыщешь. Аналогов нет.
*7 июня 1921 года*
— Запускайте! — приказал Аркадий.