Хроники Зареченска. Дилогия (СИ)

– Что, придется наверх подниматься? – мгновенно уяснил ситуацию начальник службы безопасности.
Бер не ответил – и так все понятно.
– Принял. Мы тут быстро. – Словно подтверждая слова Никифорова, внизу раздался сдвоенный взрыв, за ним последовала длинная очередь, и наступила краткая тишина, которую прервал вызов от Вячеслава. – Все. На первом никого. Поднимаемся.
Пока Никифоров говорил, Александр успел достичь места расположения первой штурмовой группы. Не говоря ни слова, он сразу подошел к раненому. Около него валялся одноразовый шприц, видимо, уже вкололи обезболивающее – больше бойцы ничем не могли помочь товарищу. Бер сразу понял, что дело плохо, слишком обширные были ожоги. Вспомнилась смерть Михаила от удара молнии, и в душе зародился вихрь эмоций. Сначала возник страх, что не сможет ничего сделать и все закончится, как в прошлый раз. Но потом Александра обуяла злость на самого себя, и он положил раненому руки на грудь. Тот застонал от прикосновения.
  
– Потерпи чуток, скоро станет легче, – прошептал Бер, убеждая скорее самого себя, чем остальных. Он посмотрел на сидевшего неподалеку бойца и поинтересовался: – Чем это его?
– Если бы сам не видел, ни за что не поверил бы.
– Не тяни резину…
– Когда мы выбили этих козлов из квартиры, то сунулись было дальше, но тут в дверной проем влетел огненный шар – и прямиком в Геныча. И вот…. – не договорив, боец тяжело вздохнул и отвернулся.
«Огненные шары формировать умеем, значит, – пролетело в голове, – нуну, фаерболист… Мы еще посмотрим, кто кого». В следующую секунду Александр отбросил посторонние мысли и вплотную занялся раненым.
Он привычно ушел в себя. Сознание скользнуло внутрь тела бойца, и перед глазами замелькали образы, которые через несколько секунд выстроились в четкую картину. Вот сердце стучит быстрее, чем нужно. Пока не трогаем, дальше. Бер переместил свое внимание из глубины организма на поверхность, отметив про себя знакомое ощущение – будто поднимаешься вверх в толще воды. Энергетические каналы сужались, сосуды ветвились, превращаясь в капилляры. Все чаще попадались участки с неподвижными клетками, и, когда вокруг таких осталось большинство, Александр остановился.
Теперь поступим так… Бер пропустил через свои руки небольшую часть собственной энергии и направил ее на восстановление порванных каналов. У парня был достаточный запас собственной энергии, чтобы справиться даже с таким серьезным повреждением тканей, просто его организм не мог сейчас ею воспользоваться. Именно в этом и заключалась помощь, оказываемая Александром, – в восстановлении нормального тока энергии. Он, словно вихрь, пронесся по всем энергетическим каналам, заново подводя их к поверхности, к кожному покрову. Когда закончил с этим, быстро прошелся еще раз – не напортачил ли где? Ничего ужасного не заметив, приступил к следующему этапу. Теперь надо было заставить клетки делиться, чтобы «новорожденные» заменили собой погибших собратьев. Тут нужно соблюдать особую осторожность и не выпустить деление клеток изпод контроля, так и до рака недалеко. Бер понимал это с самого начала и уже неоднократно тренировался на собственных ранах. Однако в случае таких обширных ожогов все гораздо серьезнее, чем при порезе, например, когда достаточно дать организму толчок, и он сам излечит повреждение. При ожогах в мозг поступает такое количество тревожных сигналов, что защитная система не успевает реагировать, и при отсутствии притока энергии, так необходимой для регенерации, клетки долго не могут начать воспроизводиться…
– Эй там, внизу! Слышите? – раздался голос с третьего этажа.
Никифоров, наблюдавший, как Александр пытается помочь бойцу, отвлекся на голос и подошел к выходу из квартиры, возле которого дежурила пара бойцов из первой группы. Остальные бойцы и вторая группа штурмового отряда, успевшая подняться с нижнего этажа, рассредоточились по всем помещениям и на лестнице, чтобы не дать возможности какомунибудь ушлому бандиту накрыть столпившегося в одном месте противника гранатой.
– Чего не отвечаете? Неужели испугались? – Кричавший громко загоготал. Никифоров услышал, как ему вторят еще несколько голосов.
– С кем я говорю? – откликнулся Вячеслав.
– Мое имя – Константин Павлович! Я – архимаг. – При этих словах брови Никифорова поползли вверх. Архимаг между тем продолжал: – У меня предложение!
– Я слушаю!
– Буду говорить только с главой вашего гребаного клана, Бером.
– Он немного занят. Я, Вячеслав Никифоров, исполняю обязанности начальника службы безопасности. Можешь говорить со мной, – предложил бывший майор, не особенно надеясь на согласие противника. Следующая реплика подтвердила его выводы.
– С шавками не разговариваю! Давай сюда своего хозяина. Иначе заложников на ремни пущу! – крикнул наглец и снова захохотал.
Вячеслав посмотрел в сторону, где возле раненого на коленях стоял Александр. Поняв, что тот в ближайшие минуты будет занят, решил потянуть время.
Шаману действительно было смешно. Эти клановцы оказались такими предсказуемыми и так бездарно попались в его ловушку! Он мысленно ликовал. Все шло по его, как он любил говорить, проекту. Несмотря на то что бойцы противоборствующей стороны сумели уничтожить почти половину его солдат, потери в живой силе архимага ни капли не смущали. Такого отребья он себе всегда набрать сможет. Главное – покончить с Бером. Он единственный, кто представляет собой реальную угрозу. С остальными он справится легко, несколькими минутами позже. Шаман захихикал. Сначала он хотел разделаться с бойцами клана побыстрому, но пересмотрел планы. Побоялся, что Бер и выжившие с его помощью командиры отступят за стены крепости, и тогда придется начинать все заново. Такого допускать ни в коем случае не следовало.
Александр наблюдал за делением клеток, лишь изредка поправляя ход заживления. В нужных участках прибавлял количество энергии, в некоторых, наоборот, снижал интенсивность потока, замедляя процессы, чтобы иметь возможность тщательно изучить, что именно пошло не так, и исправить ошибку. Сколько прошло времени, он не ощущал. Ему казалось, что очень много.
– Так где Бер? – снова раздался насмешливый голос. – Смотри, как бы не пришлось тебе потом собственные локти кусать.
– С чего вдруг? – спросил Никифоров.
Вячеслав не видел, как Шаман махнул рукой и к нему подвели девочку лет одиннадцатидвенадцати. Девчушка от страха находилась на грани истерики. Шаман схватил ее сзади за шею, сдавил, привлекая к себе. Затем наклонился к белокурым волосам и вдохнул в себя запах.
– Какая прелесть! – Он встряхнул перепуганную девочку, заставляя вскрикнуть. – Вы посмотрите, сколько в этом ребенке жизни! Эй, шавка! Не хочешь присоединиться?! – Шаман опять громко рассмеялся. – Ты только представь, какое это удовольствие!
– Не трогай ее! Возьми меня вместо девчонки! – Слова Никифорова вызвали всеобщий смех наверху.
– Что значит «возьми меня»?! Я предпочитаю маленьких невинных девочек. А эта как раз мне подходит. У нее такая гладкая кожа… – Шаман явно издевался. В следующую секунду его интонации поменялись. – Слушай сюда! Если через пять минут Бер не будет здесь, то прелестная белокурая головка скатится по лестнице к тебе под ноги, но прежде… Девочка, крикни дяде, как тебя зовут!
– Лена, – послышался сдавленный голос.
– Слышал? Дитя зовут Леночкой. Так вот, если через пять… нет, уже через четыре минуты я не услышу твоего босса, то девке конец, но прежде она лишится девственности в самой извращенной форме! Я жду. Время пошло!
Один из бойцов дернулся было наверх, однако Никифоров успел его перехватить и отрицательно покачал головой. Затем в отчаянии повернулся к Александру. Тот попрежнему сидел с закрытыми глазами, пытаясь спасти жизнь молодому парню.
  
«Если через пару минут он не закончит, придется выводить его из транса насильно», – решил Вячеслав. Ситуация полностью вышла изпод контроля, и Никифоров едва ли не первый раз в жизни растерялся. Как поступить в сложившихся обстоятельствах, он представлял, но любое его действие все равно привело бы к смерти части заложников. Одно дело воевать с равным и даже с превосходящим в силе врагом. Совсем другое дело, когда твой противник – псих, прикрывающийся детьми. Чтобы совсем уж не сидеть сложа руки, Вячеслав приказал бывшим омоновцам – единственным из присутствующих, кто еще до «переноса» отрабатывал подобные трюки, – отправляться к окнам и приготовиться взобраться по внешним подоконникам, чтобы иметь возможность атаковать бандитов с двух направлений. Рискованно, однако это был дополнительный шанс расправиться с преступниками и сохранить чуть больше жизней среди людей Фадеева.