Хроники Зареченска. Дилогия (СИ)

– Так это не землетрясение? – скорее утвердительно, чем вопросительно, сказала женщина. – Я так и думала. Папа в спальне. А вы, ребята, пойдемте со мной. – С этими словами она развернулась и ушла на кухню. Фикса и Гвоздь разулись, чувствуя себя неловко под прищуренным взглядом девушки, и пошли по коридору.
– Сашка, тебе помощь нужна? – позвала Ксения.
– Нет, но будь недалеко.
  
– А эти кто?
– Потом, – отмахнулся Бер.
Он прошел в спальню, где на диване лежал отец, присел на край и приподнял ему веки. Вглядевшись в зрачки и прислушавшись к ровному дыханию, Александр осмотрел уши, ноздри. Не заметив крови, он с облегчением вздохнул. Из увиденного сегодня Бер сделал вывод, что многие погибли от резкого повышения внутричерепного давления.
Александр положил левую руку отцу на голову, а правую на живот. Сосредоточился, чувствуя во лбу привычное легкое покалывание. В первую очередь он решил «прощупать» головной мозг в поисках возможных повреждений и лишь потом заняться другими органами и энергетическими каналами.
Неожиданно перед закрытыми глазами появилась яркая картина всех частей тела и органов, словно он смотрел в анатомический атлас. Только картинка оказалась не статичной – было видно движение, будто на мониторе суперсовременного медицинского оборудования. Быстрый ток крови и биение сердца. Сжатие и расширение легких, подрагивание мышц стенок внутренних органов. Прежде он не мог настолько ярко и детально видеть организм больного человека.
Александр с детства имел способности к экстрасенсорике. С возрастом они только усиливались и несколько раз даже помогали ему выжить в армии. Частенько ему снились сны, которые почти полностью сбывались. Он предчувствовал неприятности и мог видеть энергетику человека, и даже иногда по цвету и интенсивности свечения мог определить, какой орган болен.
Можно сказать, что сверхъестественное было его вторым увлечением, после единоборств и оружия. Впрочем, оружием он предпочитал любоваться, держа в руках как некую абстрактную силу, заточенную в кусок металла. Применять его надоело до чертиков еще в армии, но любовь к нему осталась.
Бер скрывал свои способности от знакомых. Не хотел лишний раз выглядеть дураком в глазах посторонних, а еще немного боялся ответственности. Боялся, что не справится, если ктото попросит о помощи. Вдруг он не сможет ее оказать или – еще хуже – навредит больному. Только семья была в курсе его необычных способностей. Папа, бывший офицер ракетных войск и материалист до мозга костей, делал вид, что с сыном все в порядке. Мама немного побаивалась – вдруг от лукавого? Ксения же была в восторге и без зазрения совести пользовалась способностями брата в своих целях. Хорошо, хоть ума хватало не рассказывать о них подругам, за что Александр был ей очень благодарен.
Сидя у постели отца, Бер удивлялся своим новым возможностям, но глаза не открывал, продолжая «сканировать» его тело. Убедившись, что тот просто не пришел еще в сознание, как многие пережившие катастрофу, Александр успокоился. От облегчения у него непроизвольно потекли слезы – типичная ситуация, являвшаяся еще одной причиной скрывать свои способности от посторонних. Он не понимал, почему организм так реагирует, но, как всякий мужчина, стеснялся своих слез.
«Что же со мной происходит? Наверно, усиление восприятия – ответ на стрессовую ситуацию, – промелькнула в голове мысль. – Ладно, потом разберемся».
– Ксюша!
– Что случилось? – Та влетела в комнату как угорелая.
– Нашатырь тащи.
– Ага, щас! – Так же стремительно девушка унеслась.
– И воды принеси! – крикнул Бер вдогонку.
– Ага! – донесся ее голос из кухни.
Через несколько секунд вместе с сестрой в спальню вошла мать.
– Вроде все в порядке. Открывайте нашатырь, – спокойно скомандовал Александр. Он не хотел лишний раз волновать мать, и без того поводов для беспокойства – выше крыши. – Когда он придет в себя, ему будет плохо. Возможно, захочет пить.
– Ага, мы это уже проходили, – встряла Ксения.
– Не агакай, словно старуха глухая, – раздраженно сказал Александр. – Иди лучше гостей развлеки.
– Твои дружки, сам и развлекай, – надулась сестра.
– Не ссорьтесь! Нашли время… – Мать поднесла флакон к носу главы семьи. По комнате поплыл резкий запах. Отец резко вздохнул, закашлялся и открыл глаза.
– Что случилось? – едва слышно спросил он.
В комнате раздался дружный вздох облегчения.
В тот же день на семейном совете приняли решение оставить молодых людей в доме как несчастных, лишившихся дома и родных. Оба студента оказались родом из соседней области и сильно переживали отсутствие возможности связаться с семьей, но виду старались не показывать. Им выделили чудом уцелевший однокомнатный флигель позади дома. Небольшую трещину, образовавшуюся в одной из его стен, можно замазать – и будет как новый.
Александр так никому и не сказал, что эта парочка пыталась его ограбить. Более того, именно он предложил студентам остаться и убедил родных, что так будет лучше.
Макса они похоронили вечером того же дня недалеко от места, где он погиб.
Бер прочитал над могилой две молитвы – «Отче наш» и «Царю Небесный Утешителю». Молитвы были не к месту, только других он не знал.
Прошло больше недели после катастрофы – дни тяжелого, изнурительного труда. Все работы производились вручную. Александр, Алексей, Ксения и Фикса, которого, как оказалось, звали Николаем, трудились в одной бригаде, занимавшейся разбором завалов и поиском уцелевших.
Мама Александра и Ксении, Валентина Николаевна, сидела дома – готовила на всю ораву обеды и ухаживала за еще слабым мужем. Сергей Борисович на второй день уже ходил самостоятельно, непривычная слабость нервировала сильного духом мужчину. Перенесенные последствия катастрофы сильно пошатнули его здоровье – не молодой уже, шестьдесят в этом году исполняется. Александр с грустью смотрел на отца, но пока ничего поделать не мог. Повторить трюк с «просвечиванием» организма качественно, как в прошлый раз, не удавалось. Нужны были тренировки и свободное время, а егото как раз и не предвиделось.
Александр устало опустился на обломок плиты и вытер со лба пот. Толку было мало – лишь в очередной раз размазал по лицу грязь. Пыль забивалась в ноздри, не давая нормально дышать. Бер посмотрел на серые от пыли руки и тяжело вздохнул. Перчатки давно прекратили свое недолгое существование, и на ладонях красовалось несколько новых мозолей от постоянной работы ломом и киркой. Техники катастрофически не хватало, завалы приходилось разгребать собственными силами. Александр с сочувствием оглянулся на сестру. Он не раз и не два предлагал Ксении отправляться домой. Не дело молодой девушке смотреть, как изпод завалов достают труп за трупом. Но та постоянно отказывалась – упрямая.
– Поберегись! – закричали неподалеку.
Бер машинально отпрыгнул на несколько шагов в сторону и только потом поднял голову. В этот момент часть стены рухнула, подняв тучу пыли. Бер с тревогой поискал взглядом Ксению и двух «приемышей», как он про себя окрестил студентов. Слава богу, в момент обрушения их не было рядом. Убедившись, что никто из близких не пострадал, Александр поспешил туда, где еще клубилась пыль. Возможно, когото из добровольных спасателей зацепило и требуется срочная помощь. Подбежав к месту аварии вместе с другими, Бер увидел, что обвалившаяся стена открыла проход внутрь здания. Седобородый мужчина в синем пропыленном рабочем комбинезоне заглянул внутрь и сразу отшатнулся. Любопытного мужика скрутило в рвотном позыве, но он удержался, лишь торопливо отошел подальше. Народ загомонил вокруг него, выспрашивая, что он увидел, однако мужчина молча отмахнулся. Не удержавшись, Александр тоже заглянул в пролом – и чуть было не последовал примеру седобородого. Зрелище не предрасполагало к длительному разглядыванию. Сколько в здании лежало тел, было не понять – на первый взгляд не меньше дюжины. Тела погибших начали разлагаться, и дух мертвечины чувствовался уже достаточно явно. Бер зажал нос рукой и снова заглянул внутрь. Судя по всему, в момент катастрофы все погибшие находились в одном помещении. Праздновали чтото, предположил Бер.