Хроники Зареченска. Дилогия (СИ)
Ктото протянул Егору старый военный медкомплект. Ноздря сорвал крышку и стал в нем копаться.
– Где вы его достали? Старье же… – тихо пробормотал он себе под нос, но его услышали.
– В машине был, – ответил Игорь Коновалов. – Я приказал в каждую положить. И не старье там вовсе, на складах «Военторга» хранились. Союзники презентовали недавно.
Егор кивнул и продолжил колдовать над раненым. Полил на рану трехпроцентным дезинфицирующим раствором и попытался оценить повреждение голени. Насколько Егору позволяли понять знания, полученные на курсах по оказанию первой медицинской помощи, дела обстояли не лучшим образом, но не настолько плохо, чтобы назвать ситуацию критической. Пуля прошла по касательной, не задерживаясь, вырвала кусок мяса и чиркнула по кости. Возможно, в кости возникла трещина, но пока это можно лишь предполагать. Без рентгена не определишь, что Ноздря и сообщил столпившимся вокруг бойцам во время процедуры перевязки. Когда он стал накладывать шину, со своим советом вмешался вездесущий Леха Гвоздь, который был в третьей группе:
– А морфий колоть будете? Я по телику видел, всем с огнестрелами колют. – Бывшие омоновцы и остальные присутствующие зашикали на него, ктото даже дал ему легкий подзатыльник.
– Нне… надо… морфий, – послышался тихий голос майора.
– Ты как, Слава? – нагнулся к нему Коновалов.
– Терпимо. Чем меня так? И главное – когда? Доложите обстановку, – зачастил он вопросами, приподнимаясь на правом локте. С другой стороны его поддержал Ноздря.
– Командир, может, не нужно вставать? Давай мы тебя в «Газель» положим и домой отправим.
– Отставить сопли, старший лейтенант Сапрыкин, – сказал майор таким тоном, что омоновец сразу вспомнил, что он не просто Ноздря, а обученный боевой офицер МВД России, пусть бывший, однако от этого не потерявший достоинства.
– Слушаюсь. Есть, отставить! – четко и без тени иронии ответил он.
Вячеслав попытался встать, опираясь на больную ногу, но чуть не свалился обратно на землю. Его поддержало сразу несколько рук.
– Я в порядке. – Он отстранился от добровольных помощников, оставив при себе только Егора. – Итак…
– Да что тут докладывать… – начал Игорь как самый старший после Никифорова. – Противник полностью уничтожен. Погибших двое. Раненых двое, включая тебя. Второй тяжелый. Ему… откусили левую ногу. Сейчас оказывают медпомощь.
– Андрей. Моя вина, – проговорил Вячеслав. – Почему все столпились и не держите свои сектора? Вдруг нападавшие были не единственные в округе. Коновалов! И где третья группа? Вижу Алексея, а остальные?
Капитан виновато опустил взгляд. Тут снова влез Гвоздь:
– А мы там гнолла поймали.
Несколько пар глаз вытаращились на Леху.
– И молчал? – вызверился Игорь.
– Так я… Меня доложить… А вы все заняты были…
Ему не дали договорить. Вячеслав, превозмогая стреляющую боль в ноге, сквозь зубы сказал:
– Ну так докладывай.
– Когда мы сбоку навалились на них, а они драпанули… ктото завалил гнолла. Он – на землю, а его динозавр – прыгскок, и за развалины. Мы палили как бешеные. Я, кажется, двоих завалил. Короче, один из аборигенов вдруг вскочил и дал деру, да куда ему, подстреленному, с нами тягаться! Вадим… – Узрев, как Вячеслав мрачнеет лицом, Гвоздь поправился: – То есть, я хотел сказать, товарищ лейтенант Вадим Ходько догнал вражину – и с ноги ему по кумполу! – Еще больше смутившись, он продолжил: – То есть провел задержание нарушителя с использованием….
Все заржали, даже Никифоров весело морщился, превозмогая боль.
– Понятно. – Вячеслав повернулся к Коновалову: – Проверь, что с командой Вадима, и помоги, если нужно.
Игорь кивнул бойцам, чтобы следовали за ним, и, прихватив с собой Гвоздя, умчался к местонахождению своего непосредственного командира.
– Придется к боевой подготовке прибавить уроки литературного русского языка. Иначе подобные доклады сведут меня с ума, – вслух подумал майор.
Никифоров проследил взглядом за убывшими, затем проверил второго раненого. Андрей был совсем плох. Он потерял много крови и, видимо, находился в торпидной фазе шока – уже не кричал и не стонал, лишь учащенно дышал, слегка шевеля пересохшими губами. Было видно, что паренек вотвот потеряет сознание. Исполняющий обязанности врача боец уже перетянул обрубок, вколол обезболивающее и теперь пытался с помощью гемостатической губки остановить кровь.
Заметив командира, он отрицательно покачал головой.
– Срочно нужно доставить его домой. Если успеем, выживет, – хриплым голосом доложил он.
– Доставим, – пообещал Вячеслав. – Накрылся наш рейд медным тазом, – уже обращаясь к Сапрыкину, прокомментировал он.
– Это точно.
– Давайте Андрея на носилки – и в грузовую машину. Едем домой. Егор, помоги мне сесть в УАЗ. Нога разболелась ужас просто.
– Не вопрос.
Незадолго до отправления вернулись вторая и третья группы, волоча брыкающегося гнолла. Аборигена опутали найденной в развалинах проволокой и ремнями. Ктото не пожалел свою бандану на сооружение намордника для непокорного пленника.
– Почему так долго? – больше для проформы поинтересовался командир. Глядя на сумасшедшие телодвижения гнолла, и так было ясно почему.
– Не могли придумать, чем ему пасть перевязать. Гибкий и сильный, падла, попался, все укусить норовил.
– Прикладом его по голове. Нам он живой нужен, а не здоровый, – порекомендовал Никифоров.
Бойцы восприняли совет как инструкцию к действию и с радостью кинулись вводить поверженного противника в бессознательное состояние.
– Эй, аккуратнее! Я же сказал, он нужен живой, – забеспокоился Вячеслав. Побои сразу прекратились, и Ходько спросил:
– Куда его?
– А ты как думаешь? В «Газель», конечно. С Андреем вместе, только не забудь пару крепких парней с ним определить. Не ровен час, очнется, покалечит раненого.
– Не беспокойся. Я сам с ними поеду.
Когда гнолла утащили, Никифоров повернулся к Сапрыкину:
– Егор, догони Ходько и узнай, что они там нашли. Изза стычки совсем из головы вылетела причина, по которой мы здесь застряли. И еще, – бывший майор схватил Егора за рукав, – ты всетаки возьми одну машину и узнай, что с местной общиной. Мухой туда – и догоняй нас. Если найдешь живых, скажи, пусть спрячутся. Мы вернемся за ними завтра.
– Понял, сделаю.
Буквально через минуту Егор бегом вернулся вместе с Ходько, который отрапортовал:
– Нет нужды кудато ехать. Там вся община лежит. Многие мертвые в специально сделанном загоне. Судя по всему, некоторыми усиленно питались.
– Откуда такой вывод? Думаешь, аборигены?
– Если честно, я сильно сомневаюсь. Гноллы не насаживают части тел на шампуры и уж точно не будут пользоваться мангалом.
Новость просто шокировала Никифорова.
– Мда… – протянул он, на мгновение даже позабыв о раненой ноге. – Нужно будет обязательно вернуться и обследовать здесь все. Егор, твоя разведка отменяется.
– Я понял уже.
– Раз понял, тогда все по машинам – и домой.
Небольшая колонна клановцев развернулась в сторону базы. Рейд закончился неудачей, хотя, с другой стороны, могло быть гораздо хуже.
Глава 10
Александр сидел в своей комнате и уныло глядел на пыльные ботинки, размышляя о последних событиях, происходящих в городе. Ему не давал покоя тревожный вопрос: почему гноллы не предпринимают активных действий против клана и в то же время остальным зареченцам не дают головы поднять? Он пытался выстроить назойливые мысли в целостную картину, но изза недостатка информации ничего не получалось. Именно по этой причине Бер поддался уговорам Вячеслава и Игоря Коновалова совершить рейд по городу. Несмотря на нехорошие предчувствия, он согласился с доводами опытных офицеров и теперь не находил себе места от беспокойства.
В дверь постучали.
– Войдите, открыто, – пригласил Бер.
Дверь распахнулась, и в комнату влетел Пушок. Не останавливаясь, он кинулся к отпрянувшему от неожиданности Александру и лизнул его в лицо. Бер попытался оттолкнуть зверя, но ничего не получилось.