Хроники Зареченска. Дилогия (СИ)

Придя в себя, остальные мужчины выбрались из изуродованного внедорожника и расстреляли двуногого убийцу, причем каждому стрелку пришлось выпустить по рожку, чтобы успокоить зверя навеки. Обратно добирались пешком больше суток, отягощенные останками товарища. Когда выбившиеся из сил мужики ввалились на базу, они чуть не прибили профессора Гофмана, посетовавшего, что охотники не сподобились захватить «образец мышечной ткани зубра» для научных нужд…
  
– …Килограммчик дам, если пригласишь на индивидуальную дегустацию, – подмигнул Вячеслав.
– Само собой. Тогда с тебя горилка.
– Тогда с тебя бабы.
– Хватит, не то про баб женам расскажу.
– Злой ты, Сашка. Вот уйду к Дробышу, отличусь в борьбе за светлое будущее, пусть в рыцари посвятит.
Посмеявшись над шуткой майора, продолжили обсуждение планов.
– Хочу предложить выйти в большой рейд. – При этих словах Александра люди напряглись. Бер обвел всех внимательным взглядом, оценивая реакцию собравшихся. – С недавних пор я чувствую приближение неприятностей. Сны снятся тревожные. Никто из вас не чувствует чтонибудь подобное?
Вопрос был далеко не праздный. Александр и Настя оказались не единственными обладателями паранормальных способностей. Правда, таких успехов, как они, не показывал никто. Возможности Александра, которые в прежней жизни вызывали бы только усмешки окружающих, здесь производили настоящий фурор. Скорость заживления ран, достигнутая Александром с помощью постоянных тренировок, потрясала воображение. Настя же с детской непосредственностью, на зависть остальной ребятне, силой мысли запросто поднимала в воздух кусок бетона размером с голову взрослого человека.
А все благодаря наставлениям Бера, не зря он изучил столько литературы, посвященной сверхвозможностям человека. И хотя десять его учеников показывали куда худшие, чем Настя, результаты, Александр надеялся, что это лишь вопрос времени.
Заниматься с людьми потребовал от Берамладшего Вячеслав, он же заставил всех пройти тесты на выявление энергетического потенциала. Александр изучал энергетику испытуемых и при наличии достаточной, по его мнению, жизненной силы брался за обучение. Он заметил, что в процессе занятий с энергетикой каждого человека происходят трансформации, но оставил это наблюдение при себе, решив сначала понаблюдать за изменениями в динамике. Кроме того, он опасался, что если расскажет об этом Вячеславу, то ему придется обучать не десять, а шестьдесят человек. За отказ учиться майор пригрозил наказывать нерадивых, и ему, как ни странно, верили.
Свою настойчивость Вячеслав объяснил просто:
– Представьте, что на нас напали. Мы заранее оповещены об этом событии паранормами (почемуто слово «экстрасенс» ему не нравилось, и он называл Александра и учеников паранормами или магами), даже не прибегая к помощи разведки.
– То есть ты хочешь свои обязанности переложить на других? – хихикнули собеседники.
– Да пошли вы!
– Ладно, рассуждай дальше.
– Так вот, на нас напали, идет бой. И кроме свинца в противника летят огромные булыжники, а в голове раздается жуткий шепот: «Сейчас ты умрешь!» Противник в панике. А наши раненые через полчаса снова в строю. Лепота!
– Тебя нельзя пускать к детям сказки рассказывать – заиками станут.
Тогда от души посмеялись все, кроме Бера. Он глядел на друга и не узнавал. Бывший скептик превратился в самого яростного почитателя паранормальных способностей…
– Нет, я не чувствую, – ответил омоновец Серега по фамилии Махно, которую поначалу все считали прозвищем.
– И я не ощущаю… И я… – послышались голоса.
– Если есть что сказать – говори, – высказал общее мнение Эдик.
– Гноллы мне снятся. Полагаю, стоит ждать от них крупных неприятностей. Давно они нас не беспокоили. – Александр дождался, когда внимание окружающих всецело будет принадлежать ему, и продолжил: – Одними секретами и заставами не обойдемся. Нужно собрать группу бойцов и выдвинуться навстречу.
– Нас мало, – озабоченно сказал Берстарший.
– Ничего, пап, попросим помощи у Быстрицкого. Это и в его интересах.
– Допустим, но каким образом мы найдем этих гноллов? С какой стороны ждать неприятностей? – Сергей Борисович отнесся к предложению сына серьезно, впрочем, как и остальные.
– Я почувствую их и поведу отряд.
– А я категорически против! – заявил Вячеслав. – Если Быстрицкий узнает, что мы готовим магов и добились немалых результатов, нас ожидают серьезные проблемы. Он не потерпит рядом столь опасного сообщества.
– Вот ты и возьми в разработку этот вопрос. Узнай, изучает ли ктонибудь кроме нас эту проблему? Знает ли Быстрицкий о том, чем мы занимаемся? В конце концов, ты разведчик или кто? – возмутился Владимир Иванович. Вячеслав сердито засопел, но смолчал, признавая правоту брата.
На этом собрание закончилось, и все разошлись по своим делам.
 Глава 8 
  
Было решено не ставить генерала Быстрицкого в известность, а пойти на компромисс. Для начала стоило разведать ситуацию собственными силами – если гноллов обнаружится много, то нужно будет предупредить как можно больше зареченцев, если нет, то уничтожить их собственными силами. Главное – провернуть все так, чтобы никто из своих не погиб.
В небольшой рощице на гребне холма устроились три человека и под прикрытием низко нависающих ветвей деревьев, которые издали можно было спутать с ивами, молча наблюдали в бинокли за колонной в сотню гноллов, быстро передвигающихся в своей излюбленной манере. Они часто переходили из горизонтального в вертикальное положение, вставая на задние конечности, и тогда становились очень похожими на людей – словно толпа душевнобольных отправилась в поход с какойто неизвестной целью.
– О чем думаешь? – обратился к Александру Игорь Подберезин.
– Господи, как же их много! Похоже, мы слегка переоценили собственные силы. Надо было сразу к генералу бежать, – посетовал Бер. – Ведь чувствовал я, чувствовал…
– Только давай без самобичевания. Что бы ты сказал Быстрицкому? «Ой, товарищ генерал, намедни сон снился мне, а во сне том гноллов видимоневидимо»?
Троица тихонько рассмеялась, представив себе эту картину. Между тем колонна прошествовала мимо, оставив после себя утоптанную дорогу.
– Как думаешь, сколько их?
– Голов восемьсот – девятьсот, – ответил омоновец.
– Ты их, точно крупный рогатый скот, по головам посчитал, – прыснул Ноздря в кожаную перчатку с обрезанными пальцами.
– А как мне считать? «Восемьсот штыков» или «копий»? Штыки гноллы, подозреваю, отродясь в руках не держали, а копий у них слишком мало.
– Будет вам, господа офицеры, пора возвращаться назад, да побыстрее. Думаю, часов шесть на подготовку у нас есть. – Бер нахмурился – было о чем задуматься. С таким количеством аборигенов люди пока не сталкивались.
– Да больше. Сообщим по рации нашим, пусть начинают готовиться. Учитывай, что гноллы идут с северозапада, а наша база находится на юге Зареченска. Так что, возможно, до нас дойти они не успеют – солдаты Быстрицкого покромсают.
– Если гноллы их не обойдут, – встрял Ноздря.
– Типун тебе на язык, Егор, – недовольно пробурчал Игорь.
Мужчины поднялись с земли, стряхнули с одежды налипшую траву и начали спускаться к стоявшим в низине четырем внедорожникам и двум квадроциклам, возле которых их с нетерпением ожидали остальные участники небольшого отряда. Среди двенадцати стрелков в камуфляже особенно выделялись Николай и Леха. Один – своей золотой ухмылкой, а второй – непоседливостью. Вот и сейчас он бросился навстречу вверх по склону, чтобы первым узнать новости. Как только он поравнялся со спецназовцами и Александром, Ноздря мгновенно превратился в старшего лейтенанта Сапрыкина и гаркнул:
  
– Какого хрена, боец, ты покинул место расположения?!
От такого резкого напора Леха чуть не споткнулся.
– Вернемся, получишь два наряда вне очереди!
– Я просто хотел узнать… – заикаясь, начал Леха.