Проклятье вампира (ЛП)

Поставив поднос, Риксон произнёс голосовую команду, и на перилах зажглись золотистые гирлянды, мягко замигавшие в темноте.
Риксон плюхнулся на диванчик.
Затем тут же склонился над подносом.
Он поставил перед Ником и Уинтер кофейные чашки с блюдцами, затем показал на контейнер с мёдом в форме улья и на контейнер с молоком в форме коровки.
Иисусе. Неудивительно, что Нику казалось, будто он провалился во временную воронку.
Он не помнил, когда в последний раз кто-то подавал ему кофе в настоящих керамических чашках с блюдцами, дополнив это керамическим молочником и банкой меда.
Он вообще не мог назвать дату, когда такое случалось в последний раз.
Но прошло чертовски много времени.
— Спасибо, — пробормотала Уинтер.
Наклонившись, она взяла керамическую коровку и налила порцию густого молока в свою чашку. Однако прежде чем сделать глоток, она подняла чёрно-белую чашку, глазурованную вручную, чтобы рассмотреть в свете мигающих гирлянд. Она поворачивала её то в одну сторону, то в другую, восхищаясь формой.
— Какая красота. Это антиквариат? Похоже на ручную работу.
В тёплых карих глазах проступила печаль.
— Это работа Гордона, — ответил Алан. Он сжал свою чашку двумя руками, держа её между коленей. — Керамика была его хобби. Особенно в антикварном стиле. Он был членом местного керамического сообщества… очень сильно увлекался этой темой.
Уинтер вежливо улыбнулась, кивнув.
— Ну, он проделал потрясающую работу.
— Действительно, — согласился Алан.
Воцарилось очередное неловкое молчание.
Алан выжидающе посмотрел на Ника, наблюдая, как тот добавляет в свою кружку с кофе мёд и молоко.
Ник сделал глоток, затем посмотрел Алану в глаза.
— Я очень сочувствую вашей потере, — сказал он, удерживая взгляд человека.
Когда глаза Алана резко заблестели, Ник умолк.
Выждав мгновение и давая человеку взять себя в руки, он продолжил тем же нежным, успокаивающим тоном.
— …И я очень сожалею, что пришлось вас потревожить, мистер Риксон, правда.
— Алан, — сказал человек. — Зовите меня Алан. Только мои клиенты называют меня мистер Риксон, — он слабо улыбнулся Нику, поднеся кружку к губам. — Большинство из них — преступники, так что подобная практика не помешает. Но вам не нужно извиняться, детектив Танака.
Ник улыбнулся в ответ.
Надо признать, он оценил, что парень использовал его настоящее имя.
— Хорошо, Алан, — дружелюбно сказал он, кивнув. — А вы можете называть меня Ник. Я очень благодарен, что вы готовы с нами побеседовать. Мы хотим поймать того, кто это сделал… а значит, надо отработать каждую зацепку, какой бы маловероятной она ни казалась. Мы постараемся не слишком вторгаться в вашу жизнь и жизнь вашей семьи.
Алан уже кивал.
— Нет, — сказал он, помотав головой. — Всё хорошо.
Алан Риксон убрал одну руку с кофейной чашки и вытер глаза.
— Я всё понимаю, — сказал он потом, прочистив горло. — Я работаю прокурором, так что знаю, как это работает, — он встретился с Ником взглядом, и его карие глаза слегка ожесточились. — Я хочу помочь. Я сделаю всё возможное, чтобы помочь. Спрашивайте меня о чём угодно, детектив Миднайт.
Ник медленно кивнул, удерживая взгляд человека.
— Алан, вам известны какие-либо причины, по которым Гордон мог захотеть стать вампиром?
Риксон вздрогнул.
Затем его глаза резко расширились.
Он перевёл взгляд с Ника на Уинтер и обратно.
Он явно не ожидал услышать данный вопрос.
— Нет, — бескомпромиссно заявил он. — А что? Почему вы меня об этом спрашиваете?
— Вы в курсе, в каком он был состоянии, когда его нашли погибшим?
Риксон поджал губы, снова переводя взгляд между ними.
— Я знаю, что его нашли в Дакоте, — сказал он. — Там, где в довоенный период жили кинозвёзды. Мне сказали, что он был на восьмом этаже. Квартира в настоящий момент пустовала и была выставлена на продажу после смерти предыдущего жильца, — он помедлил. — Почему вы спросили меня, хотел ли Гордон стать вампиром?
— Потому что его обратили, — осторожно сказал Ник. — Он был новорождённым.
 
— Ээ… чем?
— Новорождённым вампиром, — Ник поджал губы. — Когда его убили, он пробыл вампиром лишь короткий период времени. Неделю. Максимум две.
— Он был там на конференции по работе…
— Он рассказывал вам что-то про это? — спросил Ник. — Про конференцию?
— Кто она? — Алан показал на Уинтер, слегка нахмурив губы. — Вы показали своё удостоверение личности, но не её. Зачем она здесь?
Ник поколебался.
Либо Алан Риксон оказался наблюдательнее, чем рассчитывал Ник, либо куда настороженнее относился к смерти своего партнёра, либо и то, и другое. Он явно не был идиотом. Нику стоило помнить, что он работал в правоохранительных органах. Будучи государственным защитником, он привык искать прорехи в протоколах. Часто это оказывалось лучшим шансом выиграть дело.
— Она моя жена, — сказал Ник после небольшой паузы.
— Очаровательно. Зачем она здесь?
Ник открыл рот, собираясь ответить, но Уинтер его опередила.
— Формально я работаю на оборонный конгломерат «Архангел», мистер Риксон, — сказала она будничным тоном. — Из-за характера отношений между моим работодателем и правительством Охраняемой Зоны Нью-Йорка, мне разрешено работать с моим мужем над некоторыми его расследованиями… с одобрения моего начальства в «Архангеле», конечно же, а также его начальства в полиции.
— Работать вместе каким образом? — настороженно спросил Риксон.
— Мы делимся информацией. Наблюдениями. Иногда вместе проводим интервью… как сейчас.
— Могу я взглянуть на контрактный статус? — спросил человек.
Ник вскинул бровь.
Уинтер не смутилась.
— В настоящий момент официального договора нет, Алан.
— Доступ к секретной информации? — переспросил он.
— Боюсь, это тоже засекречено, Алан, — невозмутимо ответила она. — Мой работодатель считает статусы некоторых своих работников конфиденциальной информацией. Таким образом, я не вправе разглашать что-либо касаемо моего статуса в компании. Прошу прощения.
Помедлив, она добавила:
— Учитывая это, вы можете попросить меня уйти, мистер Риксон. Поскольку у меня нет официального разрешения находиться здесь, и я не могу предоставить вам ордер или другой документ, обязывающий вас терпеть моё присутствие, вы можете в любой момент отозвать у меня разрешение находиться на вашей собственности. Вы также не обязаны давать мне разрешение присутствовать при этой беседе. Если вы хотите, чтобы я ушла, я просто подожду своего мужа в нашем номере отеля.
На сей раз воцарившееся молчание ощущалось более тяжёлым.
Алан откинулся на спинку диванчика, всё ещё держа кофейную чашку.
— «Архангел», — мужчина смотрел только на Уинтер.
Он уставился на её лицо, изучая её черты и поджимая губы, словно старался прочесть то, чего она не говорила. Затем покосился на Ника и обратно на неё.
— Это связано с работой Гордона? С тем, что он делал с вампирским ядом?
Ник почувствовал, как всё его тело напряглось.
— Что? — переспросил он.
Глава 14. Прокурор
— Ну, — Алан Риксон поправил свою гарнитуру и нажал на кнопку сбоку. — Наверное, мне не стоит говорить об этом, но никто не приказывал мне молчать, и по факту никто ни о чём меня не спрашивал с тех пор, как Гордона нашли мёртвым…
Под конец его тон сделался горьким.
Затем, словно отбрасывая это, он показал небрежный жест руками.
Почему-то этот неопределённый взмах предельно ясно сообщил одно.
Алан Риксон ни капли не чувствовал себя обязанным перед тем, кто может захотеть, чтобы он молчал о работе Гордона.
— И вообще, никто даже не потрудился сообщить мне, что Гордона обратили в вампира, — Риксон произнёс эти слова сердито, затем вздрогнул, словно их реальность до сих пор доходила до него поэтапно. — Я невольно гадаю, действительно ли это может быть совпадением.