Четвёрка разумных (СИ)

— Боцман, Лана! Огонь! — Сразу приказал я.
Две очереди из нашего электромагнитного орудия превратили один из крейсеров в плазменный шар. К моему удивлению, хоть на звездолётах противника и были ЭМ орудия, они почему-то не стреляли. Как удалось выяснить после боя, у противника не было денег на снаряды… Да и сами корабли были на три поколения старее нашего крейсера. Поэтому нам удалось легко пробить их защитные поля и вывести двигатели из строя. Внутрь вражеских кораблей мы не полезли — у нас нет десантников, а дроиды, хоть их у нас и стало двадцать единиц, пускать в бой жалко. Поэтому мы уничтожили все огневые точки на бортах кораблей нападавших. После этого выставили ультиматум экипажам. Или они на спасательных ботах покидают крейсера и линкор, или мы их уничтожаем. Они предпочли первый вариант, и вскоре отлетели на орбиту ближайшей планеты. Мы послали наших ремонтных дроидов. Они обнаружили в одном из крейсеров замаскированную мину, которая могла сработать в гипере. Я подвёл наш крейсер к ботам, и объявил:
— На одном из кораблей экипаж оставил мину. Поэтому я никого прощать мы не намерен. Огонь!
Через пятнадцать минут обломки последнего бота исчезли в атмосфере планеты. Ремонтировать разбитые вражеские корабли мы не стали. Через четверо суток мы перегнали эти старые калоши в одно их местных государств, которое раскинулось, даже страшно сказать, на целые три системы! Владетель этого королевства заплатил нам за притащенные крейсера и линкор некоторую сумму, равную половине коммерческой стоимости старого хлама.
После крушения местных империй только несколько систем сохранили промышленный потенциал, на остальных заводы и добывающие предприятия были уничтожены. Металла добывали мало — осталось только три шахтёрских клана, работающих на астероидах. Корабли разных государств и пираты рыскали по бывшей территории трёх империй и искали случайно сохранившееся оборудование довоенного времени. Мы не собирались включаться в эту гонку. Несколько раз нам встречались отряды искателей, но так как делить было пока нечего, расходились мирно.
Зато мы компенсировали это находками забытых колоний. Нам удалось снять с одного из спутников газового гиганта в системе красного карлика около трёх тысяч человек. Они были сотрудниками одной из научных станций, когда началась война. Система находилась на отшибе, на самой границе Фронтира и неосвоенной части космоса, поэтому эту колонию просто забыли. Когда мы добрались до них, они были готовы на всё, лишь бы покинуть надоевший им планетоид. Все запасы биологических материалов для синтезаторов пищи у них подходили к концу. Их ждала или голодная смерть или каннибализм и вымирание. У нескольких разумных уже поехала крыша, и их пришлось пристрелить.
Мы сами вывозом этих людей не занимались, в наш рейдер они просто бы не влезли. Послали через ретранслятор сообщение в Галактический совет. Ждали две недели. Наконец посланцы появились. Но кроме транспорта они приволокли ещё два шахтёрских кораблика и тридцать семей шахтёров. Их нашли по сигналу СОС, перехваченному в одной транзитной системе. У рудокопов не было звездолёта, чтобы покинуть систему, где уже не было металла — за двадцать лет они переработали все астероиды, но их компания обанкротилась, а потом начались боевые действия, и клан надолго застрял на старом месте. Они посылали время от времени сигнал СОС, но шли годы, а никто не отвечал. Когда на их локаторах появился идущий за учёными транспорт с боевым охранением, они вначале затаились, но затем всё — таки ответили на запросы корабля-спасателя. Как только помощь пришла, мы получили вознаграждение за спасение лаборатории и её персонала, и двинулись по своему маршруту. Покинули Фронтир, вышли в дикий космос. и двинулись в дальнюю от "цивилизованной" части космоса область, где и должна быть система, указанная на флэшке.
ПРИКЛЮЧЕНИЯ В ДОРОГЕ.
Через сорок восемь часов мы прибыли в систему, находящуюся на полпути к нашей цели. Выползает наш рейдер, а мы его назвали просто и непритязательно — «Искатель», и сразу на наш звездолёт напали несколько пиратских калош. Это были корветы и эсминцы третьего ранга, но переделанные и хорошо вооружённые. Бой шёл уже три часа, но ни одна из сторон не смогла нанести противнику ощутимого урона — у них не было электромагнитных орудий, а лазеры, и ракеты не могли пробить щитов нашего рейдера на среднем расстоянии — они были предназначены для коротких дистанций. Наши лазеры и ракетное вооружение имело тот же недостаток. Наконец, мне надоело смотреть на попытки пиратов обойти «Искатель» и подкрасться с кормы, и я приказал Боцману нанести удар с ЭМО. Это резко поменяло ситуацию — наш залп просто снёс и уничтожил два небольших пиратских эсминца. Остальные три попытались удрать, но им не повезло — наши болванки распылили их по космосу.
  
А вот в следующий прыжок мы едва не погибли.
Нас выкинуло из подпространства из-за близкого взрыва нейтронной звезды, причём, была сильно повреждена обшивка рейдера. Мы потеряли всё навигационное и радиооборудование, вышли из строя два реактора. Рейдеру был нужен срочный ремонт. Три недели мы ползли до границ Фронтира и ещё две — к ближайшей станции с верфью. Хорошо, что деньги у нас были, пришлось их отдать на восстановление корабля. Нам по пути повезло, и мы столкнулись с погибшим кораблём свободной шахтёрской коалиции. Он был полон металла. Мы подцепили этот транспорт к рейдеру, и так заявились на верфь. По прибытии сразу вышли на биржу и предложили тридцать тысяч тонн обработанной до 80 % чистоты руды пяти видов. На полученные деньги мы купили детали для нашего звездолёта, более мощное вооружение, дроидов, скафандры, новые реакторы, ручные инструменты и медицинское оборудование, лекарства. Этими кредитами оплатили и ремонт рейдера… Работы по восстановлению «Искателя» продолжались три месяца. Всё это время мы жили в гостинице, на станции. Большую часть времени мы осваивали ментальным способом нужные нам специальности. Я стал пилотом пятого ранга, Бетти выучила навигацию до четвёртого ранга. Аманда и Лана подняли свои знания техников до возможного им максимума. Они ещё выучили специальности щитовиков и стрелков, но во втором ранге. Бетти стала медиком третьего ранга.
Мои спутницы ходили и смотрели, что тут продаётся в магазинах, мы обедали в кафе и ресторане гостиницы, где жили. На других этажах станции были разные рынки, в том числе и рабский. Решили пойти, посмотреть, ведь мы никогда не бывали в таких местах. Надели свои скафандры, но теперь уже мы могли носить эти девайсы пятого ранга. Медленно мы шли плотной группой по этому базару.
В основном работорговцы продавали молодых женщин и детей, которых за долги отдали их родители или хозяева. Когда мы уже выходили с рабского рынка, к нам бросилась одна женщина с ребёнком. За ней побежали охранники, слуги одного из торговцев живым товаром.
— Господин капитан! Постойте, выслушайте меня! — Она упала мне в ноги. Подскочили гнавшиеся за ней охранники, но увидев меня, и моих спутниц, вооружённых бластерами и крупнокалиберными винтовками, остановились поодаль.
— Господин капитан! Спасите моего ребёнка! Мне уже не вырваться из рабства, я скоро умру! Передайте его моей сестре, она живёт на планете Галленте, Линакии!
Я подозвал охранника и послал его к хозяину, спросить. за сколько он продаст мне малыша. Через пять минут тот вернулся и сказал:
— Хозяин хочет за младенца десять тысяч кредитов!
Я заплатил, и когда мне отдали в руки ребёнка, женщина горько зарыдала, прощаясь с ним.
Бетти взяла младенца на руки. Он был, завёрнут в какие — то обрывки лёгкого комбинезона. Женщина, которую уводили назад, к хозяину, охранники, несколько раз оглянулась, и посмотрела на меня, а потом крикнула:
— Меня зовут Килония, прощайте!
Я понял, что тут не всё так просто, и поспешил с девочками в гостиниц. Там младенцем занялись все три женщины сразу. Потом Бетти сказала мне: