Маленькие женщины, или Детство четырех сестер

Из пещеры выходит Мегги, с прядью белых конских волос на лбу; в красном полосатом платье, с клюкой и в плаще с кабалистическими знаками. Гуго требует, чтоб она дала ему зелья, которым он мог бы приворожить к себе Зару и умертвить Родриго. Агарь обещает и поет драматическое заклинание, вызывая духа, который должен принести ей приворотное зелье.
Раздаются мелодические аккорды и позади грота появляется небольшая фигура в облаках белого газа, с блестящими крыльями, с золотистыми волосами, на которых лежит венок из роз. Дух потрясает жезлом и поет:
 
 
 Я лечу, лечу
 
 Из воздушных сфер
 
 С среброликой луны.
 
 Я несу, несу
 
 Дорогой талисман,
 
 Чудодейственный.
 
 
Опустив к ногам колдуньи маленькую золотую бутылочку, дух исчезает.
Следует новое заклинание Агари и появление нового духа, но на этот раз уродливого, черного чертенка, который, прокаркав что-то в ответ на заклинание, бросает к ногам Гуго темную стклянку и, дико захохотав, исчезает. Гуго поет благодарение духам и, сунув стклянки в сапоги удаляется; Агарь же обращается к публике и объявляет, что Гуго убил когда-то ее друзей, за что она прокляла его и мстит ему, мешая всем его планам. На этом занавес опустился и публика принялась есть леденцы, рассуждая об игре актеров.
В зале долго раздавался стук молотка, прежде чем занавес снова поднялся. Публика терпеливо дожидалась, зная, что готовится великолепная декорация. Она не обманулась в своем ожидании. Декорация изображала высокую башню. Одно из окон ее освещено, и сквозь белую гардину видна Зара, в прелестном голубом платье, с серебряными галунами. Она ждет Родриго, и вот он идет, в богатой одежде, в шляпе с перьями, из-под которой падают каштановые локоны, с гитарой и в неизбежных сапожищах. Придя к башни, Родриго опускается на одно колено и поет нежную серенаду. Зара отвечает ему и после музыкального разговора соглашается бежать с ним. Начинается самая эффектная сцена всей пьесы.
Родриго вынимает веревочную лестницу о пяти ступенях, бросает наверх один конец ее и приглашает Зару спуститься. Зара боязливо спускается и уже опирается на плечо Родриго, готовая ступить на землю. Но вдруг — о горе! — Зара забыла подобрать свой шлейф: он зацепился за окно; башня пошатнулась и рухнула, погребя под своими развалинами несчастного Родриго и его спутницу.
Публика вскрикнула. Из-под развалин торчали и дрыгали большие мужицкие сапоги, а вскоре появилось и голова с золотистыми волосами, которая кричала:
— Ведь я говорила! Разве я не говорила?
Но дон Педро, жестокий отец, не растерялся: он выскочил на сцену и потащил свою дочь, торопливо говоря: «Не смейся, играй себе как ни в чем не бывало!» Затем он напустился на Родриго и гневно изгнал его из государства. Но как ни был испуган Родриго падением башни, однако не струсил перед стариком и не уходил. Неустрашимость его ободрила и Зару, которая также решилась сопротивляться отцу. Дон Педро велел заключить их обоих в самые отдаленные башни замка.
Явился маленький, толстенький слуга с цепями и увел узников; слуга был видимо испуган и забыл то, что должен был сказать.
В третьем акте декорация изображает залу замка. Является Агарь, чтобы спасти влюбленных и порешить Гуго.
Услыхав его шаги, она прячется. Входит Гуго, подливает зелья в два кубка с вином и зовет трусливого слугу:
— Отнеси эти кубки заключенным и скажи, что я сам сейчас приду к ним, — приказывает он ему.
Слуга отзывает его в сторону, чтобы сказать ему что-то, а тем временем Агарь подменивает кубки, ставя на место их другие, с безвредным напитком. Слуга уносит их. Один из кубков с ядом оставлен колдуньей на столе, для Гуго. Тот с жадностью осушает его, шатается и падает. Пока он умирает, Агарь поет чудную арию, в которой объявляет ему, что она подменила кубки.
Сцена эта была необычайно эффектна, хотя иным могло бы показаться, что внезапно рассыпавшиеся с головы злодея волны каштановых волос повредили общему впечатлению.
 
Гуго был вызван и, как вежливый кавалер, вывел с собой и Агарь, которая своим пением произвела более сильное впечатление, чем вся пьеса.
В четвертом акте Родриго в отчаянии хочет убить себя, полагая, что Зара изменила ему. Но в ту самую минуту, когда он уже направляет в свое сердце кинжал, под окном его раздается мелодическая песня, извещающая его, что Зара верна ему, но находится в опасности и он должен спасти ее. Ему бросают в окно ключ от его темницы, и Родриго в порыве восторга разрывает свои узы и бежит выручать свою возлюбленную.
Пятый акт начинается бурной сценой между Зарой и ее отцом. Дон Педро посылает свою дочь в монастырь, но она не хочет и слышать об этом. Она трогательно умоляет отца пощадить ее и, наконец, падает без чувств.
Вбегает Родриго и просит руки Зары, но отец отказывает, потому что Родриго беден. Они громко спорят и жестикулируют. Наконец, Родриго наклоняется, чтобы поднять и унести бесчувственную Зару.
В эту минуту входит слуга, держа в руках мешок и письмо от Агари, которая неизвестно куда скрылась. Колдунья пишет, что она завещает молодой чете огромные богатства и грозит отцу страшной судьбой, если он помешает счастью дочери.
Из открытого мешка сыплются червонцы и, сверкая, раскатываются по полу. Вид их смягчает сурового отца, и он дает согласие на брак молодых людей. Все действующие лица поют веселый хор, влюбленные падают на колена, отец благословляет их, и занавес опускается при оглушительных рукоплесканиях публики.
Крики и хлопанье не унимались несколько минут, и актеры были вызваны все до единого. Но в самый разгар восторга подпорки, на которых были поставлены задние ряды стульев, внезапно обрушились и публика попадала в самых смешных позах. Родриго и дон Педро бросились на выручку и помогли упавшим выкарабкаться из-под стульев. Никто не ушибся, но от смеха никто не мог выговорить ни слова.
Когда успокоилось волнение, вызванное этим происшествием, явившаяся Анна объявила, что миссис Марч приглашает всех к ужину.
Приглашение это было сюрпризом для самих актеров; но еще больший сюрприз ожидал их в столовой. Войдя туда, они широко раскрыли глаза и остановились в немом изумлении. Мать их любила иногда угощать их, но таких чудес, какие они увидели на этот раз, не бывало у них на столе со времен богатств. Тут были, и кремы, и пирожное, и фрукты, и французские конфекты; и посреди всех этих лакомств высились четыре вазы с большими букетами тепличных цветов.
Миссис Марч любовалась удивлением своих дочерей.
— Не волшебница ли принесла все это? — спросила Эмми.
— Не святые ли угодники позаботились о нас? — сказала Бетси.
— Нет, это наша мама, — решила Мегги, улыбнувшись под седыми усами молодой улыбкой.
— А я полагаю, что это тетя Марч расщедрилась в припадке великодушия, — предположила Джо.
— Ни одна не угадала. Это старый мистер Лоренц прислал вам, — объявила миссис Марч.
— Как! Дедушка маленького Лоренца? С чего ему вздумалось сделать это? Ведь мы незнакомы с ним, — удивилась Мегги.
— Анна рассказала его прислуге о вашем сегодняшнем завтраке, а прислуга передала это своему барину. Ему так понравился ваш поступок, что он вздумал наградить вас. Ведь это престранный старик. Он знавал моего отца и поэтому написал мне сегодня после обеда самое любезное письмо, прося позволение выразить вам свое расположение присылкой угощения для этого торжественного дня. Отказаться было бы невежливо, и вот теперь вы можете вознаградить себя за потерянный завтрак.
— Я уверена, что это его вну́чек подал ему такую благую мысль. Он славный мальчуган. Я очень желала бы познакомиться с ним, да и он, как кажется, не прочь бы от этого; но он застенчив, а эта чопорная Мегги не позволяет мне первой заговорить с ним, когда он проходит мимо нашего дома, — сказала Джо, накладывая себе с блюда порцию мороженого, которое быстро исчезало.