Таких не берут в космонавты. Часть 2 (СИ)

Я взглянул на Иришку.
— Вот видишь, сестрёнка. Мне это не почудилось.
Я пожал плечами и сказал:
— Лично я хорошо посидел. А вы?
Иришка вздохнула, но всё же кивнула.
Черепанов тоже тряхнул головой — едва не уронил себе под ноги шапку (вовремя придержал её рукой).
— Мне в кафе тоже понравилось, — сказала Надя. — В «Юности» вкусное мороженое.
— А сосиски тебе не понравились? — удивился я.
  
Степанова хитро усмехнулась и заявила:
— Я мороженое люблю. Я сладкоежка.
— Тогда у меня предложение, — сказал я.
Выждал, пока на моём лице скрестятся взгляды Лукиной, Черепанова и Степановой.
Спросил у Иришки:
— Как твои родители отнесутся к тому, что мы сейчас явимся вчетвером?
Иришка дёрнула плечом.
— Нормально… мне кажется, — ответила она.
— Тогда слушайте моё предложение, — сказал я. — Предлагаю купить в магазине мороженое и пойти к Иришке. Там я дождусь, пока вы от сладкого подобреете. Воспользуюсь вашим настроением. И нагружу вас непосильной работой.
Лукина нахмурилась.
— Какой ещё работой? — спросила она.
Похожие вопросы я прочёл в глазах Алексея и Нади.
Спросил:
— Помните, о чём я вчера вечером разговаривал в актовом зале с Зосимовой?
— О концерте? — сказал Алексей.
Я покачал головой.
— О приглашениях на концерт для шефов. Это моё комсомольское задание. Завтра я загляну на почту и куплю открытки. Но там большущий список приглашённых. Столько открыток я в одиночку до лета не подпишу. Лена говорила, чтобы я получил помощь от одноклассников. Но вы и есть мои одноклассники. Разве не так? Вот я и прошу у вас помощи. А взамен предлагаю вам мороженое: сколько съедите. И книгу «Звёздные короли».
Черепанов и Степанова одновременно дёрнулись и хором спросили:
— У тебя есть эта книга?
Иришка тоже вопросительно приподняла брови.
— Есть, — ответил я. — Но не в бумажном варианте. Она у меня вот здесь.
Я прикоснулся пальцем к своему виску.
Сообщил:
— У меня превосходная память на художественные произведения. Думаю, вы и сами это поняли, когда я на уроке декламировал стихи Маяковского. Роман Гамильтона я прочёл пять или шесть раз. Помню его почти наизусть. Могу вам его пересказать. Если хотите.
— Хотим! — хором сказали Надя и Алексей.
Иришка кивнула.
— Вот только есть маленький нюанс, — сказал я. — Помню это роман на английском языке. Поэтому буду слегка подтормаживать во время пересказа. Придётся переводить книгу на русский язык. В уме. А это чуть затянет пересказ. Если вас такое обстоятельство не смутит…
— Не смутит! — заявил Черепанов.
— Нисколечко! — сказала Надя.
Она взяла Алексея под руку — тот этого будто бы и не заметил.
— Но мы бы помогли тебе с приглашениями в любом случае, — уточнила Степанова. — Даже без мороженого.
— Знаю, — ответил я. — Но я бы всё равно угостил вас мороженым.
— И книгу бы рассказал? — спросил Черепанов.
Я хмыкнул, сощурил глаза.
Потёр ладонь о ладонь и заявил:
— Сегодня я вам перескажу первые главы романа. И никуда вы уже от меня не денетесь, дорогие мои детишечки: подпишите за меня пригласительные билеты, как миленькие. Чтобы потом я рассказал вам продолжение книги.
Иришка дёрнула меня за руку.
— Ты злой человек, Василий Пиняев, — с притворным возмущением сказала она. — Поступаешь не по-товарищески.
— Ещё как не по-товарищески, — согласился я. — Потому что именно так бы на моём месте поступил Шорр Кан, диктатор Лиги Тёмных миров. Он очень интересный товарищ, между прочим.
— Какой ещё диктатор? — спросил Черепанов.
Он всё ещё шагал со Степановой под руку — но будто бы не замечал этого.
Я по-злодейски ухмыльнулся и пообещал:
— О! Скоро вы это узнаете. Он вам понравится.
* * *
Публичное чтение романа Эдмонда Гамильтона я устроил в спальне. Иришка, Алексей и Надя уселись на стульях рядом с моим письменным столом. К ним присоединился Иришкин отец. Школьники ели мороженое в бумажных стаканчиках (ковыряли его деревянными палочками). Виктор Семёнович стоял около окна, покусывал трубку.
Я улёгся на кровать, сложил на животе руки.
Посмотрел на выжидающе замерших слушателей и скомандовал:
«Эмма, приступай».
«Эдмонд Гамильтон, „Звёздные короли“, роман, — произнёс у меня в голове голос виртуальной помощницы. — Глава первая…»
— Глава первая, Джон Гордон, — сказал я. — Поначалу Гордон подумал, что сошёл с ума. Он почти уснул, когда у него в голове прозвучал чужой незнакомый голос…
* * *
За окном почти стемнело. Я лежал в тёмной комнате, смотрел на не прикрытое шторой окно. Присыпанные свежим снегом ветви ивы во дворе слегка покачивались, будто пританцовывали. То и дело пролетали сброшенные ветром с крыши снежинки. На затянутом облаками небе я видел яркое пятно — там за тучами пряталась луна.
Виктор Семёнович сидел на кровати у меня в ногах, держал во рту трубку, смотрел на стену, где плясали похожие на созвездия пятна. Иришка облокотилась о стол, подпирала кулаком щёку. Я видел, как в полумраке изредка поблёскивали её глаза. Слева от неё притаились Лёша и Надя. Она давно уже не шевелились, будто превратились в тени.
«…В его сознание…» — говорила у меня в голове Эмма.
Я пересказывал вслух её слова:
— … В его голове возник голос. Это Шорр Кан, сказал голос. Я приветствую принца Зарта Арна. Я не выполнил своё обещание и не переправил вас в Облако, как обещал. Потому что мне помешал имперский патруль…
Иришка и Надя ахнули. Мне показалось, что Виктор Семёнович нахмурился. Черепанов проскрежетал зубами.
«…Условия нашего соглашения всё ещё в силе…»
— … После победы вас официально признают равным мне соправителем Галактики, — сказал я. — Не делайте неосторожных шагов, которые вызовут подозрения. Просто ждите, когда мои агенты переправят вас в Облако'.
Я замолчал. Сглотнул слюну — смочил горло. Не удержался: зевнул.
— Так этот принц… Зарт Арн… предатель, получается? — спросил Черепанов.
Я различил в его голосе тревожные ноты. Почувствовал, как на меня вопросительно взглянули Надя и Иришка. Повернул в мою сторону лицо и Виктор Семёнович.
Я улыбнулся и ответил:
— Это мы узнаем в следующий раз. Следующая глава будет девятой. Называется она «В дворцовой тюрьме». А на сегодня я чтения завершил. Спасибо за внимание…
— Вася! — воскликнула Иришка. — Так нечестно! На самом интересном месте!
Черепанов и Степанова засопели, но промолчали.
Виктор Семёнович хмыкнул, вынул изо рта трубку.
— Василий прав, — сказал он. — Весь роман мы сегодня точно не услышим. А вот вам завтра в школу.
Он посмотрел на свою дочь, указал на неё трубкой и добавил:
— Насколько я знаю, не все из вас уже сделали на завтра уроки. А кое-кто ещё не подготовил выступление по политинформации. На этой неделе мама твои газеты стороной обходила. Чтобы ты не набросилась на нас с упрёками, как в прошлое воскресенье.
Виктор Семёнович поднялся с кровати, прошёл на Иришкину половину комнаты и щёлкнул выключателем.
Школьники прикрыли глаза руками и печально вздохнули, будто в кинотеатре после просмотра фильма.
— Вот и не угадал ты, Вася, — сказала Лукина. — Не понравился мне этот твой Шорр Кан. И я не верю в то, что принц Зарт Анрн предатель. Вот что угодно мне говорите! Не верю.
Иришка тряхнула головой.
Черепанов и Степанова с ней согласились: они синхронно кивнули.
* * *
Черепанов пообещал, что проводит Надю до её дома.
Мы с Иришкой вместе с ними не пошли.
Лукина вооружилась недельной подборкой газет, уселась на свою кровать и зашуршала газетной бумагой в поисках интересной статьи для завтрашнего выступления. Вера Петровна сидела в кресле около телевизора — слушала прерываемый помехами голос диктора и вязала спицами.
  
Я в компании Виктора Семёновича выпил на кухне чашку чая. Рассказал Иришкиному отцу о «плюсах» и «минусах» фиатовских автомобилей, которые станут прообразами для нашего нового советского автомобиля «Жигули».