Апельсинки для Осинкина (СИ)

— Приходите ко мне в субботу на массаж, — предложила я ей, сделав вид, что не обратила внимания на слова о невесте. — И лекарства ваши как раз придут.
Я делала все возможное, чтобы хоть как-то отблагодарить воспитательницу за ее доброту.
— Конечно-конечно, — согласилась она. — Приду. И принесу девочкам что-нибудь вкусненькое.
Подмигнув Васе и Кларе, Марья Петровна отправилась домой. Жила она недалеко, буквально в пяти шагах от садика.
  
В отличие от нас.
Я посмотрела на темнеющую аллею, через которую нам с девочками предстояло идти, и невольно сглотнула. Что, если Грибов объявится снова? Вряд ли его остановит присутствие девочек.
— Живете далеко? — спросил Андрей, кажется, уловив мой тревожный взгляд.
— В паре километров, — призналась я, крепче сжав руки девочек.
А они во все глаза рассматривали Андрея и переглядывались. Вася и Клара были настолько близки, что могли разговаривать без слов. Взглядами, жестами. Иногда мне казалось, будто они умеют обмениваться мыслями. Или просто думают одинаково.
Вот сейчас они явно что-то замыслили.
Пусть я не обладала экстрасенсорными способностями, но своих дочерей знала слишком хорошо. В их рыжие головы явно пришла какая-то затея. Наверняка шальная, судя по тому, как залихватски подмигнула Вася сестре.
— Значит, так, — четко и уверенно проговорил Андрей. — Остаетесь здесь и за ограду не выходите. Я беру машину и приезжаю за вами. Незачем трем красивым девочкам гулять одним по темным улицам.
Его замечание заставило мои щеки предательски заалеть. Давно никто не называл меня девочкой. И не заботился так трогательно. Я уже отвыкла от такого. Забыла, каково это, когда за тобой ухаживают и о тебе заботятся. В последние годы я делала это для других, а взамен иногда не получала даже простого «спасибо».
— Это лишнее, — произнесла вслух. — Андрей. Вы и так много сделали для меня. Не хочу обременять вас своими трудностями. Мы пойдем по другой улице, так, конечно, дольше, зато там горят фонари. Ничего с нами не случится.
— Вы остаетесь здесь и ждете меня, — скомандовал Андрей. Мягко, но настойчиво. — Это не обсуждается. И мы перешли на ты, Ариэль, помнишь?
Он посмотрел так, что мое сердце пропустило удар.
Меня вдруг бросило в жар, а по телу прокатила приятная волна, впервые за долгие годы напомнив о том, что я не только врач и мама, но еще и женщина.
— Хорошо, — тихо проговорила я. И не сдержала благодарной улыбки. — Мы будем ждать тебя здесь.
  
Глава 4
 
Эля 
— А какая у него машина? — заинтересованно и радостно поинтересовалась Василиса.
— Где он работает? — не по-детски серьезно задумалась Клара. — Кем?
— Понятия не имею, — вздохнула я, ответив разом на все.
Но вопросы на этом не закончились. Они сыпались из дочурок, как из рога изобилия, заставляя меня волноваться сильнее. Прежде девочки ни к одному мужчине не испытывали ни симпатии, ни даже малейшего интереса.
А тут вдруг…
— Красивые татуировки, — отметила Вася, — настоящие?
— Почему скорпион? — удивленно произнесла Клара.
— Не знаю.
Я пожала плечами и выдавила из себя дежурную улыбку. Девочки не должны распознать моего волнения. И моих сомнений. Я вдруг четко осознала, что совершенно ничего не знаю об этом Андрее. Ничего, кроме имени. Я испытывала к нему благодарность за то, что он спас меня от Грибова, но, наверное, напрасно согласилась взять его в провожатые. К тому же ехать в его машине ночью, вместе с детьми…
Как раз в этот момент к воротам детского садика подъехал огромный черный внедорожник с тонированными стеклами.
Я не сдержала нервного вздоха и крепче сжала ладошки девочек. Не ожидала, что машина Андрея будет такой. Думала о какой-нибудь старенькой семерке или чем-то подобном. Но никак не об этом стальном бизоне на колесах. К нему даже приближаться страшновато, не то, что садиться внутрь.
Да и сам Андрей.
Он успел переодеться, сменив потрепанную клетчатую рубашку на чисто белую. На ногах вместо рыбацких сапог красовались черные ботинки. Топора в руках уже не было. И только синие джинсы остались неизменными, да и борода с татуировками никуда не делись.
— Простите за внешний вид девочки, — произнес Андрей, как будто уловив мой подозрительный взгляд. Провел рукой по заросшему колкой щетиной подбородку и располагающе улыбнулся. — Знал бы, что встречу вас, непременно побрился. Одичал я тут за несколько дней. Приехал поохотиться и половить рыбу и никак не думал, что в местных озерах водятся русалки. Вот так, Ариэль.
Я рассмеялась его шутке. Вообще-то мне не впервой слышать сравнение с русалкой в свой адрес. Но никто и никогда еще не произносил мое имя так, что начинали подгибаться колени.
— Ну что, едем? — позвал он и, открыв дверь авто, приглашающее махнул рукой.
Я осталась стоять как вкопанная и задержала девочек, рванувших было к авто.
— Андрей, а вы, случайно, не тот самый таинственный постоялец, который снял половину дома у Антонины Трошиной? — вспомнила я.
Странно, что этот вариант только сейчас пришел мне в голову. Наверное, после стычки с Федором я была слишком испугана и взволнованна, чтобы мыслить рационально.
Пять дней назад Антонина забегала в мой фельдшерский пункт измерить давление. Точнее, чтобы поделиться новостями, ведь со здоровьем у этой бойкой, как сорока, и такой же болтливой односельчанки все в полном порядке. Уже не первое лето подряд она пыталась сдать половину своего дома и, желательно, какому-нибудь холостому и одинокому мужчине. Постоянно размещала объявления и прикладывала красивые фотографии: местных красот, убранства домика, ну и, разумеется, себя распрекрасной. И каждый год Антонина заливала, будто нашла постояльца. Но каждое лето проводила одна по неизвестным причинам.
Не удивительно, что и в этот раз я сочла ее болтовню очередной выдумкой. Уж слишком живо она расписывала своего гостя: и красивый-то он, и богатый и – о чудо! – холостой. Якобы сама видела паспорт.
— Не могла же я пустить на постой абы кого! — заметила тогда Тоня на мой удивленный взгляд. — Но мой гость не абы какой мужлан деревенский. Он ого-го какой важный персонаж. Только о себе не любит распространяться, хочет отдохнуть у нас в тишине. Без суеты и работы. Так что я — могила.
Сказав это, она сделала вид, будто застегнула на своих губах невидимую молнию.
Сейчас я с улыбкой вспомнила об этом. Чтобы наша местная сорока Тоня, да держала чужие секреты при себе? Этот ее гость точно должен быть особенным, раз его удостоили такой чести.
— Вы очень проницательны, Ариэль, — кивнул Андрей. Но почему-то нахмурился. — Я действительно снимаю половину дома у Трошиной. Не думал, что весть об этом так быстро распространится.
Что ж, если он надеялся остаться незамеченным в нашем селе, то его ждет огромное разочарование. Гигантское. Даже если бы Тоня не разболтала всем о его приезде, он все равно недолго оставался бы тайным.
— В нашем селе всего-то триста человек, плюс две небольшие деревеньки. Все друг друга знают в лицо, здесь сложно остаться незамеченным.
— Понимаю, — улыбнулся Андрей, почесав затылок. — Хотя, это сейчас не важно. Я, наоборот, рад знакомству. Так что, готовы ехать?
Теперь мне стало гораздо спокойнее. Я забралась на переднее пассажирское, а девочек мы с Андреем усадили сзади. Он были так взволнованы и так откровенно радовались поездке, что крутились, как две маленькие юлы.
— Красивая машина, — похвалила Вася, проведя пальчиком по светлой кожаной обивке.
— И пахнет здесь приятно, — добавила Клара. — Совсем не как в автобусе дяди Славы.
  
Еще бы! Внедорожник Андрея не идет ни в какое сравнение с нашим единственным рейсовым автобусом, который постоянно ломается. А когда на ходу – внутри удушающе пахнет соляркой и выхлопом от самого дяди Славы.
— Мам, а где наш подарок? — вдруг вспомнила Клара. — Он ждет нас дома?