Апельсинки для Осинкина (СИ)

— Ага! — Тонька подскочила на месте. С необычайной для ее комплекции ловкостью подтянулась, ухватившись за подоконник. — К Эльке пойдешь жить? Я так и знала!
Не успев услышать мой ответ, она все решила сама. Говорю же, сумасшедшая.
— Хватит трепать языком! — потеряв терпение, потребовал я. — Не выдумывай чушь и не выдавай ее за правду. Незачем злословить про Ариэль, она порядочная женщина. Еще раз хоть словом, хоть делом попробуешь обидеть, клянусь, упеку в дурдом.
  
Вот это Тоня расслышала и поняла хорошо. Стоило напомнить про дурку, как настойчивую дамочку как ветром сдуло.
Мы с Бабайкой вздохнули с облегчением.
Ночь прошла тяжело. У пса поднимался жар, но к утру все наладилось. Пока он спал, я успел смотаться в город, а вернулся уже с автодомом. Идея приобрести такое жилье пришла мне в голову сразу, как только начались проблемы с Антониной. Да и место для стоянки уже присмотрел. Березнячок напротив дома Ариэль обошелся мне в круглую сумму, но оно того стоило.
— Ну, что, друг, перебираемся в новое жилье? — предложил я псу.
Бабайка, хромая, вышел меня встречать к двери. Сейчас он выглядел гораздо лучше, чем в нашу первую встречу. Словно поняв, что я согласился стать его хозяином, отчаянно замахал хвостом и радостно взвизгнул.
Вот так у меня появился свой лес и даже свой Бабайка.
Осталось завести пруд (точнее, поставить новый дом) и приманить в него Русалочку и двух ее золотых рыбок. Пока я решал, как пригласить их в гости, они пришли сами. С пирогом для меня и куском вареной курицы для Бабайки.
— Девочки сказали, что ты не только спас их, но и помог несчастному животному, — с благодарностью произнесла моя Русалочка. — Это так благородно с твоей стороны.
Она улыбнулась, даже не понимая, как это на меня действует.
— Прости, что девочки побеспокоили тебя. Оказывается, они записали твой номер телефона и носили с собой.
— Правильно сделали, — заверил я. Не удержался от порыва и очертил тыльной стороной ладони овал ее лица. Знала бы она, что ради ее улыбки я готов сразиться хоть с тысячей настоящих бабаек. — Не извиняйся. Лучше проходите, напою вас чаем. Правда, я тут еще слегка не обжился. Но это пустяки.
Пока мы с Ариэль пили чай, девочки о чем-то там шептались с Бабайкой. Эти трое явно что-то задумали.
Я не ошибся.
— Мама, а мы можем взять Бабайку себе? — предложила Клара, спустя мгновение.
— Папа не рассердится, когда вернется? — уточнила Вася.
  
Глава 22
 
Эля 
Мне хотелось провалиться сквозь землю. Немедленно и как можно глубже. Глупая, почему не предусмотрела подобное? Ведь когда-нибудь девочки или кто-то из соседей все равно вспомнили об отце моих дочек. Надо было давно и самой во всем признаться Андрею.
Теперь он смотрит на меня удивленно и обиженно…
— Наш папа супергерой, — поделилась с Андреем Вася, не заметив моей реакции.
— Только это секрет, — добавила Клара.
— Я никому не скажу, — пообещал Андрей на полном серьезе и клятвенно поднял руку.
Он так хорошо относился к моим детям, как многие мужчины не относились к своим, родным. Да и ко мне. Рядом с ним я чувствовала себя как за каменной стеной. Андрей уже несколько раз показывал себя настоящим героем.
Но моего ли романа?..
— Девочки, нам пора домой, — позвала я.
— Как, уже?.. — не на шутку расстроилась Вася.
— Можно нам еще пять минуточек? — поклянчила Клара, глядя на меня огромными умоляющими глазами.
Знают они, как добиться своего.
— Хорошо, только пять минут, — пообещала я.
— Подождем их на улице? — попросил Андрей.
У меня сил хватило только лишь на то, чтобы кивнуть. Я прекрасно понимала, почему Андрей позвал на улицу. Предстоял серьезный разговор, не иначе. И я точно знала, о чем.
— Ариэль, — начал Андрей. Задумчиво провел ладонью вдоль моей руки от плеча к запястью. Сплел свои пальцы с моими и заглянул в глаза. — Мне очень неудобно задавать тебе личные вопросы, но смолчать я не могу. Понимаю, мы еще не так долго знакомы.
— Хочешь спросить об отце девочек? — догадалась я.
Из-за сильного волнения у меня начал дрожать подбородок. Такого со мной прежде не бывало.
— Да, о нем, — согласился Андрей. — Я не имею никакого права лезть к тебе в душу и, тем более, спрашивать о секретной работе. Но мне необходимо знать, действительно ли он вернется. Отец Клары и Васи.
Я вздохнула и невольно крепче сжала пальцы Андрея. Вторую руку опустила ему на грудь. Почувствовала, как ровно и уверенно бьется сердце. И эта его уверенность подбодрила. Дала мне сил справиться с волнением.
— Нет, он не вернется, — призналась в ответ. — Секретная работа — это лишь сказка для девочек, за которую мне очень стыдно. Клара и Вася не знают своего отца и не узнают.
— Мне…
Андрей хотел спросить что-то еще. Судя по горящим глазам, нечто очень важное. Но в этот момент девочки, смеясь, выбежали из автодома.
Нам с Андреем пришлось отпрянуть друг от друга. Но он все еще держал меня за руку.
Пусть до нашего дома было всего несколько шагов, Андрей вызвался проводить. Бабайка тоже не остался в стороне. Пес еще сильно прихрамывал, и нам пришлось идти очень медленно, чтобы он успевал за нами. Возле порога мы попрощались. Андрей поцеловал меня в щеку — на большее не решился. Но даже этот жест заставил Васю и Клару обменяться многозначительными взглядами и хихикнуть.
На следующий день наступил долгожданный выходной.
Мы с девочками поднялись пораньше, наскоро позавтракали и пошли на остановку. Решили съездить в город за продуктами. Да и просто погулять. Слегка сменить обстановку.
Кроме нас на остановке было еще две соседки. Валентина Трофимовна везла на продажу полную корзину ягод и угостила горсткой девочек.
— Кушайте-кушайте, малышки, — прошамкала она, придерживая рукой вставную челюсть, чтоб не выпала. — Вам нужны витамины.
В этот момент мимо остановки проехал Грибов на своей тонированной тачке. У меня замерло сердце, когда он посмотрел в нашу сторону. Я испугалась, что он остановится и предложит подвезти. Или отколет нечто подобное.
Федор Грибов чуть притормозил, окинул меня с головы до ног презрительным взглядом и поехал дальше, прибавив скорость.
Я облегченно выдохнула.
Бабки мрачно сплюнули Грибову вслед. Для многих увидеть авто Грибова — это примета, хлеще черной кошки, перебежавшей дорогу. Увидел с утра пораньше – жди беды.
— Принесла его нелегкая, — ворчливо пожаловалась одна старушка другой.
Вот из-за поворота показался желтый бок автобуса. Дядя Слава посигналил, и бабульки тотчас начали прихорашиваться, как молоденькие девочки. Поправили платочки, пригладили платья. А уж когда дядя Слава помог им взобраться в жестяное нутро автобуса, пришли в полный восторг.
Клара и Вася, как обычно, начали возню за место у окошка.
— Здесь полно свободных кресел, — напомнила я, усаживаясь на сиденье сзади них. — Можете обе сесть у окна.
Они не согласились. Дружеская потасовка за место у окна была скорее традицией, чем реальной ссорой.
— Вот, девчонки, возьмите еще ягодок. — Валентина Трофимовна протянула Васе и Кларе новый гостинец. — Как в рекламе говорят: лучше жевать, чем ссориться.
— Вот Валька, все ягоды раздашь, чем, спрашивается, торговать будешь? — попрекнула ее соседка.
— Так я на рынок не за деньгами хожу, — отмахнулась Валентина Трофимовна. — Так, людей посмотреть, себя показать. Скучно мне одной, вот и мотаюсь каждый выходной.
Бабушки обсуждали суровые условия сельской жизни. Потом погоду. Затем добрались до политики.
  
Клара и Вася периодически менялись местами, чтобы смотреть в окно.
Я, кажется, придремала. А проснулась от того, что стукнулась виском о стекло. Вот тогда и поняла: что-то идет не так. Обычно дядя Слава водил автобус очень осторожно и бережно. Особенно на этом отрезке дороги, петлявшем, как заяц. Старенький автобус подбрасывало на ухабах так, что пассажиры едва не ударялись о потолок головой.