Ромашка (СИ)

Нила, для которой все происходящее давалось тяжело в моральном плане: из-за отсутствия, уже ставшего ей мужем, Тэя, из-за неуверенности в итоге своих действий и из-за неуверенности в положительном ответе мужчин, растерялась. Уже успевшая открыться, выставить напоказ свои настоящие чувства и желания, девушка испытывала мучительную неловкость. Она медленно опустила руку с шеи Миая и та повисла вдоль тела, словно девушка и не знала куда ее девать.
— Ты сейчас не только без жены, но еще и без своей дурной башки окажешься. — Рыкнул старший оборотень сразу на два голоса и сделал шаг к Миаю, сжимая огромные кулаки.
— Не надо, — Нила успокаивающим движением положила ладошку на плечо разгневанного Вар’ри и черты его лица сразу же смягчились. — К таким вещам нельзя принуждать. Пройдемте лучше в мою комнату, разговор предстоит, — она криво улыбнулась, — долгий.
И она первая развернулась к ним спиной. Вар’ри пошел следом, а Миай, глядя на то, как больше обнаженная, чем одетая, фигурка девушки, с практически темно-фиолетовыми от магии волосами и хорошо видимыми, яркими татуировками на предплечье, удаляется все дальше и дальше, почувствовал острую, глухую тоску. Он ощущал, что захлопнись за ней дверь, он сможет ее открыть и войти, но момент окажется упущенным навсегда. И Нила, может и не вычеркнет его из своей жизни, но уже никогда не вернется к случившемуся разговору.
«И ради чего хорохорился?» — Прошептал незнакомый едва слышимый голос на ухо, словно водой холодной за шиворот плеснул. — «Останови, пока не стало слишком поздно.»
Подгоняемый голосом и собственными тревогами, Миай дернулся к девушке.
— Нила, подожди, остановись.
Целительница обернулась, с прищуром глядя на младшего оборотня.
Тот подошел к ней, рвано дыша, словно после продолжительного бега и взял за обе ладони, удивляясь тому, насколько они холодные.
— Нила, а тебе нужен я? Вот такой, со своими дурными завихрениями в голове?
Девушка грустно улыбнулась.
— Нужен. Очень.
На этот раз магия, словно подталкиваемая и ускоряемая кем-то, не стала дожидаться, пока прозвучит главный вопрос. Вспыхнула, оплетая собой пару и схлынула волной, оставляя на плечах девушки и парня татуировки. Фиолетово-зеленую, с белыми весами у Миая и широкую зеленую полосу на предплечье Нилы.
— А ты еще и недоволен был… — Ревниво проворчал Вар’ри, увидев где находится «браслет» Миая.
Все татуировки сместились и зеленая полоса младшего оборотня оказалась на самом верху, сразу над колосом эльфа. И голядя на ряд брачных символов, Нила поняла, что над самым верхним "браслетом" будет еще один. Небольшой. Но место первого мужа все еще оставалось вакантным. Видимо, магия отталкивалась не от очередности, а от… Силы? Но тогда почему Миай оказался вторым?
Миай смущенно улыбнулся, глядя на счастливую Нилу.
— Я бы хотел тебя поцеловать. — Настойчиво проговорил он и сразу же наклонился к девушке, осуществляя свое давнее, не являющееся ни для кого вокруг тайным, желание.
Нила замерла, полностью отдавшись ощущениям, что вызывал в ней младший оборотень. Жесткие, узкие губы мягко и настойчиво нажимали, заставляя раскрываться навстречу. Жаркое дыхание обжигало. Девушке казалось, что от счастья трепещет сама душа. Ее собственная магия ласкалась и извивалась вокруг магии Миая, словно ласковый котенок. Но вдруг котенок разделился и уже два котенка принялись играть с магией обоих мужчин, вовлекая в причудливый танец и магию некроманта, что слабо, но присутствовала сейчас в Третьем советнике.
Стоявший невдалеке Вар’ри рвано вздохнул и приблизился к обнявшейся и целующейся паре. Он прижался к Ниле сзади и, едва она оторвалась от Миая, сам завладел ее губами. Миай же, все больше возбуждаясь, смотрел как Нилу целует другой мужчина и его бесконечно удивляло, что он не испытывает ревности, словно то, что они стали мужьями одной женщины, отрезало напрочь ревность внутри семьи.
Нила чувствовала, как два налитых и уже готовых к свершениям мужских органа упираются в нее. Все еще целуясь с Вар’ри, она протянула руку и самыми кончиками пальцев пробежалась по паху Миая поверх ткани штанов. Оборотень нетерпеливо подался вперед и застонал.
 
— Кажется, долгий разговор откладывается, — тяжело дыша, сообщил присутствующим Констант и первым открыл дверь в спальню Нилы, приглашая всех пройти туда, где, однозначно, не только было бы комфортней, но и никто не смог бы их застать.
Зайдя в свою комнату, Нила остановилась перед кроватью и растерянно оглянулась. Она вообще не представляла, как можно заниматься любовью с одним мужчиной в присутствии другого… А то и двух мужчин сразу, но в одном теле.
Даже голова кругом от странности состоявшейся семьи.
Она не понимала, как решать вопрос с двуликостью оборотня. Например, надо ей обратиться к Сезарио, она подходит и говорит Константу «а передай» или «а позови»… Бред какой.
Оборотень словно угадал о чем думает Нила, подошел и крепко обнял ее, вглядываясь в глаза.
— Если ты не уверена, давай и правда просто поговорим. — Он помолчал. — Я догадываюсь, что тебя смущают еще и мои сущности.
Нила нервно хихикнула.
— Удивительно, что ты не сошел с ума, это же, как два голоса в одной голове, что дают рукам разные по своей сути задачи.
— Иногда мне казалось, что так оно и есть. Но, повзрослев, мы с Сезарио решили, что когда в теле один, второму нечего выставлять себя напоказ. Поступать так — это значит глупо подставлять под удар и семью, и себя, и свою работу.
— А для тебя семья на первом месте? — Поинтересовалась Нила, склонив голову.
— Да. Родители сделали все, чтобы я жил. Дали мне воспитание, свою огромную любовь. Но это приходится тщательно скрывать. Слишком много недовольных моим вмешательством в дела страны и явным благоволением ко мне Гарута Третьего.
— Он знает?
— Знает. Все остальные же знают, что Сезарио Варми — правая рука Третьего советника.
— Это ж сколько всего надо держать в голове, чтобы контролировать что, где, кому и как можно говорить и как себя вести… — Задумчиво проговорил Миай, с уважением глядя на Константа.
Вар’ри хмыкнул и потянул Нилу к кровати, укладывая ее посередине, и сам приваливаясь скраю.
— С поведением как раз проблем и нет, как и с памятью. Я не знаю как это работает, сам понимаешь, никто никогда не изучал процессы происходящие в телах таких, как я. Но у нас у каждого своя память, свое поведение, свой характер.
Вар’ри, подпирающий щеку кулаком и лукаво улыбающийся, выглядел гораздо младше своего реального возраста, как и Сезарио.
— Вот только девушка оказалась одна на двоих. — Продолжил он.
— Знаешь, что не укладывается в голове — твое поведение в наши первые встречи и сейчас. Как два разных человека. Но ты же сам говоришь, что вы с Сезарио две совершенно отдельные личности. — Нила приподнялась повыше, поместив под спину и плечи две подушки.
Вар’ри помрачнел.
— Иногда приходится соответствовать общиему представлению, тем более со мной был соглядатай … Не важно кого, но для него приходилось играть соответствующую роль. Тем более, ко мне слишком пристально начали приглядываться из-за некоторых высказываний по поводу военных действий.
— А зачем ты так уперто пытался добыть эльфа? — Продолжала допрос Нила, одновременно гладя Миая по голове, которую он положил ей на бедра. Мужчина утробно мурчал от нехитрой ласки, перейдя в частичное преображение, и нервно дергая ушами, когда Нила вдруг отвлекалась. Его барсовый хвост то и дело легонько щекотал девушке ноги.
— Информация. Опять же, он ведь из сопротивления, не так ли? — Вар’ри внимательно посмотрел на Нилу и утверждающе кивнул головой, когда она едва заметно качнула своей в жесте подтверждения. — Мне надо наладить контакты с кем-то из сопротивления, желательно с ком-то из старших ветвей. Но пока что никому из моих людей это не удалось. Вот и пришлось самому идти "в поля".
Нила нахмурилась.