Ромашка (СИ)

— А последнее?
— А в последнем Стеф сообщил, что выехал. — Нила неверяще смотрела на письмо. — Он с ума сошел! Ему то зачем сюда переться?
— А с собой он тащит плетку от мэтра и э. орган от второго, Миая, да? — Немного злобно произнес эльф.
Нила с укором посмотрела на него.
— Да, тесновато нам придется. — Между тем продолжил свою мысль мужчина. — Я сплю с тобой тогда. Эльф старательно делал вид, что укор предназначался и вовсе не ему.
— Только если будешь каждый вечер перед сном целовать мне стопы и называть, не иначе как Госпожа и с придыханием. — Рассеянно ответила Нила, все еще размышляя над целью приезда Стефа.
Из задумчивости ее выдернула внезапно наступившая тишина. Девушка подняла голову и тут же в удивлении приподняла брови.
Эльф растянул губы в такой усмешке, что по Ниле пробежал ток предвкушения и зашевелились волосы на макушке.
— Как скажете, моя Госпожа… — Мужчина гибким движением перетек на пол, и взял правую ступню Нилы в горячие ладони. — Снимай!
— Что снимать?! — От накативших приятных ощущений и неожиданности соображалось слабо.
— Колготы свои, шерстяные, говорю, снимай, или мне их целовать? — Эльф уже откровенно ухахатывался.
— Да иди ты к Суйху! — Нила оттолкнула эльфа на пол ногой, которую он все еще продолжал удерживать.
— А кто такой Суйх? — Полюбопытствовал Тэй, все еще продолжая улыбаться и устраиваясь поудобнее на полу у ее ног.
— Один из Покровителей. Ты же знаешь, что их у нас семь, знаешь? Нет? — Задавая вопрос Нила любовалась поднятым к ней лицом. Даже с обезображенными и искаженными чертами, эльф притягивал взгляд, заставляя сердце стучать чаще, а кровь нагреваться до воображаемого кипения.
Может это реакция на его невероятную харизму, может на глубокий, умный взгляд, может на силу. Нила еще сама не разобралась в своем отношении к рабу и не определила источник такого отношения. Упрощала все до привязки, но понимала, что испытываемые чувства гораздо глубже и сложнее.
— Знаю то, что рассказывают пленненные женщины и пленные из войск Солейи, и данные разведки. Что вы поклоняетесь нескольким богам-покровителям, в отличие от нас. Так кто такой Суйх? — Снова он задал один и тот же вопрос.
— Да, Покровителей действительно несколько. При рождении ребенка Глас, храмовник, берет его на руки и говорит под чьим покровительством пройдет вся его жизнь. Это не значит, что он будет убивать направо и налево, если Покровитель — Смерть, но определенный отпечаток на жизнь и поведение накладывает.
— А у тебя какой Покровитель? — Эльф не сводил изучающего взглядя с Нилы, от чего девушка не то, чтобы смущалась, но чувствовала себя не в своей тарелке.
— Суйх. — Ответила Нила и рассмеялась с озадаченного выражения лица Диритэя. — Так вот, — продолжила она не дожидаясь повторения вопроса, — часть из покровителей — темные, часть — светлые. Суйх относится к темным покровителем. Является хранителем загробной жизни и кем-то вроде бога сладострастия и излишеств одновременно. Неоднозначная личность.
— Все ясно. Ты у нас неоднозначная и сладострастная… — Эльф опять взял ближайшую к нему стопу Нилы в ладони, разминая пальчики и поглаживая. Нила с ужасом почувствовала, что от этих незамысловатых ласк между ног становится горячо и мокро. Она отдернула ногу и пересела на диван, подальше от нагло-загребущих верхних конечностей раба.
— Тэй, — сменила она легкомысленный тон на серьезный. — А почему все-таки ваша Богиня сменила изменила символ? И вообще зачем он ей, если она все равно не откливается и не оберегает?
Эльф откинулся спиной на стул, на котором только что сидела Нила и задумался. Девушка терпеливо ждала, любуясь мужчиной на расстоянии.
— Я не могу ответить тебе на первый вопрос. — Наконец произнес он. — После исхода в леса все храмы оказались разрушенными. Не просто разрушенными, а уничтоженными подчистую. Включая библиотеки, хозяйственные и жилые пристройки, и самих жрецов. В один момент просто не стало тех, кто служил проводником божественной воли. Долгое время пытались возродить ритуалы по памяти, но они не давали никакого результата. Дети Леса так и оставались оторванными от всего мира. Прошло пятьсот лет, к Богине перестали обращаться, пока кто-то не нашел старый свиток с изображением ягоды и обращением к Богине. Ритуалы начали воссоздавать, уже с новыми данными. Но и это не принесло нам удачи. В итоге… Мне кажется, что сейчас в нее уже никто и не верит. Более того, многие уже не ждут. Их более чем устраивает собственная власть. И то, что меня и девочку отметили старым символом несколько выбивает из привычного мироощущения и мировосприятия. Получается, что за пределами Леса Богиня не изменилась? Но тогда где она? Может нас на самом деле запер кто-то другой и она и сама не может пройти?
 
Осознав на что намекает эльф, Нила передернула плечами.
— Тэй, знаешь… — Девушка замялась, не зная как лучше преподнести информацию. — На самом деле татуировка должна была быть другой, но когда я ктебе прикоснулась, она изменилась и превратиась в то, что есть сейчас. И… У меня такое ощущение, что это не Богиня тебе отметила, а Суйх.
— Ты противоречишь реальности, — эльф как-то весь подобрался и сузил глаза, пристально глядя на девушку. — Я ни разу не видел символьного выражения покровительства ваших богов. Они есть?
Нила покачала головой.
— Их не существует. Более того, единственный покровитель, который приходит к нам — это Смерть. И все эти ритуалы, с обертением Покровителя при рождении или, например, с прохождением практики. Такое ощущение, что Покровители не вмешиваются в наши жизни. Об этом многие подозревают, но молчат. Существует мнение, что небожителям не до наших мелочных проблем…
— Получается, что после исхода и в свободном мире появился эдакий божественный кризис? — Насмешливо поинтересовался эльф.
— Получается, что так, — согласилась с ним девушка.
— И мы на самом деле даже не знаем чья это, — эльф обнажил часть руки, — метка?
— Именно.
Некоторое время оба молчали, переваривая информацию. Затем Эльф переместился на диван к Ниле.
— Знаешь, — сказал он, беря ее ладони в свои, с длинными изящными пальцами, — я уже начинаю находить что-то хороше в своем пленении. Вдруг именно нам предстоит разобраться в том, что же на самом деле случилось почти две тысячи лет назад, почему мы оказались в изоляции и от чего молчат Покровители?
Нила слабо улыбнулась:
— слишком сложные задачи для студентки с двойным даром и беправного раба, не находишь?
Диритэй хмыкнул и стал медленно склоняться к девушке, с неприкрытым намерением поцеловать. Нила и желала этого поцелуя… И боялась.
— Тэй, давай лучше ложиться. — Торопливо предложила она, подскакивая с дивана, — завтра первый день практики, не хочу выглядеть сонной.
Эльф кивнул и отпустил, скользя по ее ладоням пальцами, словно с сожалением о неслучившемся.
Нервно пожелав ему «Светлых», Нила прошла в спальню и, не смотря на множество одолевавших мыслей, заснула быстро.
Глава 15
— Тэй, шевелись! Быстрее! — Нила уже не шла, а почти бежала по улице, ведя за собой, за руку, эльфа. Тяжелый и широкий плащ Диритэя путался у него в ногах, существенно снижая скорость передвижения. Затруднялось оно еще и необходимостью придерживать капюшон.
"И как я могла так опростоволоситься?", — злилась Нила на саму себя.
Утром они с Диритэем встали с большим запасом времени, быстро позавтракали и отправились на поиски почты, где Нила отправила письма мэтру, Миаю и, на всякий случай, Стефу.
И все бы успела, включая появление в целительском корпусе, но за хлопотами совсем вылетело из головы, что сегодня должна состояться казнь сильфов. В направлении главной площади стекалась толпа народа, в том числе нарины в прогулочных колясках и верхом на лошадях.
С трудом пробираясь сквозь толчею, на каком-то повороте они свернули не туда.
Теперь Нила понимала, насколько сильно "не туда", но сделать уже ничего не могла. Для скорейшего появления в корпусе целителей ей надо было пересечь площадь, битком забитую людьми. Лавируя и проскакивая впритирку, Нила случайно выпустила руку Диритэя, и он затерялся среди людей и нелюдей.