Ромашка (СИ)
Глава 1
Скри-и-и-ип. Скри-и-ип. Скрип. Шлеп. Скрип. Шлеп. Тихий вздох. Скрип. Шлеп. Вздох. Стон.
Завернув голову в подушку так, что из складки торчал только нос, Нила уставилась в стенку, затейливо раскрашенную желто-белыми цветочками на зеленом фоне. Белые лепестки и желтые серединки кое-где уже практически стерлись, как и зеленая краска на стене, выставляя на всеобщее обозрение сероватые внутренности дешевой побелки.
Скри-и-ип. «Ох!». Шлеп.
Подушка совершенно не приглушала доносящиеся из-за ширмы звуки и Нила раздраженно засопела, пытаясь сосредоточиться на внутреннем равновесии и пригласить в гости сон. Завтра основной учебный день хоть и радовал расписанием, но дополнительная практика и подработка, увы, нет.
«Спать, надо спать, спать…»
Скри-и-и-и-ип. «Ох! Да!»
— Тише, милая, тише… — Шепот перемежался влажным звуком поцелуев, тонким, но от этого еще более раздражающим, скрипом металлических деталей кровати и лениво-пошлыми шлепками.
— Думаешь проснется? Она пол ночи на Стражей работала, дрыхнет, небось, как гном после пьянки. Только что не храпит.
С тихим смешком действие возобновилось, а с ним вернулись и недвусмысленные звуки.
Скри-и-и-ип. Шлеп.
Да сколько можно! Подскочив с кровати, Нила, как была в короткой, затейливо украшенной рюшами ночнушке и босиком, так и прошла через всю комнату к кровати у противоположной стены.
Самого предмета мебели видно не было: длинный, до пола, плотный балдахин скрывал и кровать, и ее хозяйку, и кого-то еще.
Резко отдернув занавесь, девушка невольно сглотнула слюну и залюбовалась зрелищем. Белеющие в неверном лунном свете крепкие мужские ягодицы равномерно сжимались и расслаблялись, согласно ритму, задаваемому скрипом кровати. Стройные, даже можно сказать с уверенностью, точеные, женские ножки, обвивающие бедра мужчины, двигались в такт. Любовники увлеченно целовались и не замечали, что у их игр появился свидетель.
«Оборзела вконец. Хоть бы прикрывались тщательнее. А если бы Горина не осталась в городе у родственников?»
Можно только представить, как бы свирепая гномка отходила очередного любовника Дельфины чем под руку попадется и прям по голому заду. Совершенно не стесняясь ни их наготы, ни того, что вмешалась в процесс.
Нила захихикала, сняла со стула плащ, взяла в руки ботинки и прокралась на выход. Медленно-медленно закрыла и запечатала от незваных визитеров дверь. Темный коридор освещала только луна, светильники уже давно сами-собой погасли. После двух ночи никто не бродил по зданию общежития, а возвращавшиеся иногда и под утро с практики некроманты видели в темноте не хуже оборотней и гномов.
Хоть некромант из Нилы был откровенно слабенький, белесого света луны ей вполне хватило, чтобы обуться, накинуть и завязать плащ, выйти из общежития, а затем уверенным шагом направиться в сторону основного корпуса академии.
К пяти утра повара и поварята уже вовсю суетились на кухне столовой, готовя завтрак для студентов и преподавателей. По двору от кухни, сносимые небольшим ветром в сторону теплиц, гуляли ароматы свежесваренного компота, каши на молоке и выпечки.
Нила сглотнула вязкую слюну и шумно потянула воздух носом, чуть раздувая ноздри. После некромантской практики, с ее ночными прогулками и постоянным стрессом, есть хотелось неимоверно. Тем более в сочетании еще и с индивидуальной целительской практикой-работой, которая забирала массу энергии и сил. Подрабатывать ночами в целительском корпусе при Страже — это не покойников по кладбищу гонять. К сожалению, из-за особенности дара, Нила не понаслышке знала про обе магические профессии.
Ноги, как зачарованные, сами несли к теплому проему полуоткрытой двери, источавшему умопомрачительные запахи.
Звонко процокав по камням двора в направлении кухни подбитыми металлом каблуками, девушка просунула голову в приоткрытую дверь и улыбнулась.
— Светлого вам! — Вслед за головой и приветствием целительница проскользнула целиком в святая-святых студенческого общепита.
— Нилочка, девочка, ты совсем не ложилась?! — Необъятная по формам и широте души старшая повариха всплеснула руками и грозно, но с теплотой в глазах, нахмурилась в сторону вошедшей девушки.
— Почему же, Ложилась, наира Соня, да только встала уже. Обстоятельства. — Нила лукаво улыбнулась и попыталась все-таки обнять кухарку насколько позволяла длина рук. Поднявшись на пальчики, чмокнула криво усмехающуюся зеленокожую великаншу почти в щеку. Куда достала.
— Знаю я твои обстоятельства, — повариха махнула в сторону стола и стоявшего возле него табурета. — Садись, сейчас накормлю. Опять кошка ваша загуляла?
Девушка присела на табурет и пожала плечами.
— Оборотень, что с нее возьмешь. Они и так блудливы сверх меры, а как гон начинается, так вообще. Горина еще на нее управу пытается найти, чтобы хоть спать давали. Но она сегодня в городе осталась, у родни. А у меня утром только лекции, да, наконец, распределение на трехмесячную практику. Так что я и днем поспать смогу.
— Давно уже ректору пора для оборотней отдельный этаж выделить, а еще лучше — отдельный корпус. Им, бесстыдникам, все равно, а остальным мешают. Да и воспитание у всех разное.
На эту речь наиры Сони девушка весело расхохоталась.
— Вот Вы тоже скажете. Они ж тогда учиться совсем не будут! Да и все равно никто не селит рядом оборотней, даже из элиты и наринов. Только люди да гномы с ними управиться могут или хотя бы подстроиться под их потребности. И только наиры. А если нарины не жалуются, то, значит, и смысла нет менять сложившуюся ситуацию.
Поварята и подмастерья, помогавшие в тяжелых работах на кухне, хихикали и перешептывались. Тема для юных ушей велась хоть и не совсем запретная, но стыдная и интересная.
— А ну, цыц, мелочь! Нечего вам о таких вещах рассуждать, не доросли еще. — Свирепо оборвала их разговоры повариха.
Нила оглядела знакомые уже не первый год лица и хмыкнула. Если учесть, что половина из поварят — волки, вот-вот готовые вступить в возраст полового созревания, то эта тема для них что ни на есть актуальная.
Между разговорами один из поварят-рабов, судя по татуировке, человек, из рабочих, поставил перед Нилой тарелку с мясным рагу. Сопроводив мальчишку задумчивым взглядом, девушка принялась за еду.
«Да, это то, что надо! И пусть нарины и прочие неженки лопают утром тосты и кашки, а я буду есть мясо!»
Почти урча над тарелкой, девушка быстро расправилась с предложенной порцией и потянулась к чаше с травяным отваром и за пирожком с ягодным вареньем.
— Так ты еще не знаешь, куда направить могут? — Наира Соня ловко вымешивала тесто для пирога, сосредоточенно нахмурив кустистые брови.
— Нет, не знаю. Я хоть не в ведущей пятерке на витке, но из-за двойного дара, скорей всего, куда поближе, ценный маг, и все такое. Не на пограничье же, там целителям четвертого витка делать нечего. Да и сами знаете, куда Судьба направит…
— Судьба! — Орчиха недобро усмехнулась. — Судьба уже несколько сотен лет ни в чью жизнь не вмешивалась. А вот на приграничье и правда только выпуск отправить могут, но никак не четвертый виток. Неспокойно там, вчера один из отрядов на восстановление вернулся. Ох, какие страсти рассказывают! Говорят, эльфы в Исчезающий Лес послов направили, союз заключить хотят, да против нас. Жарко на границе сейчас может быть.
— Столько лет худо-бедно, но сосуществовали, испытывали друг друга на прочность набегами, но до войны никогда не доводили. Да и какая война с нами, за нами и орки, и гномы, и оборотни, со всеми союзы, да торговля. А сильфы с эльфами… — Нила скривилась, при этих словах, как буд-то учуяла очень неприятный запах. — Им даже с их магией далеко не продвинуться, где кусок откусят, гады высокомерные, там и подавятся.
— Ох, и вольна ты языком трепать, — кухарка неодобрительно покачала головой. — Оборотням только дай в драку влезть, а гномы и орки далеко, да в своих норах, да степях сидят. Не пойдут они сюда, за чужое воевать. А торговать можно и с ушастыми.