"Фантастика 2024-181". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)
— Я буду биться до последней капли крови! — яростно ударил себя кулаком в безволосую грудь будущий герой. — Сначала я израсходую на врага все стрелы, затем проткну копьем сразу десятерых солдат и лишь потом с головою ринусь в бой, рубя спартанцев мечом в капусту.
— Ну и дурак! — недовольно заявил Питфей, вынеся очень непонравившийся юноше вердикт.
— И чего ты в итоге добьешься? Ну изрубишь, как ты выразился, пару десятков врагов в капусту, после чего у тебя сломается меч либо враги возьмут тебя скопом, подняв на длинных копьях.
— Подобная смерть к лицу великому герою! — обиженный в лучших чувствах, возразил Тесей.
— Такая смерть к лицу законченному дураку! — парировал дед. — Богам наплевать на твою благородную жертву, а уж нанявшему тебя царю и подавно. Нет ничего героического в том, чтобы, как праздничная индейка, повиснуть на окровавленных копьях. Запомни, Тесеюшка, в нашем древнем, но бедном роду помимо греков есть и представители величайшего древнего народа, а именно иудеев! И ни один иудей не позволит себе так бездарно потратить свою драгоценную жизнь.
— Ну хорошо, — нахмурился юноша. — Как в таком случае поступил бы ты?
— Я? — хитро осклабился правитель. — Я бы поставил у входа в ущелье дорожный указатель: «Вино и бабы — триста стадий левее!»
— И что же спартанские солдаты там обнаружат? — с недоумением спросил Тесей.
— Обрыв в глубокое ущелье! — громко расхохотался Питфей. — В походе-то у солдата радостей никаких: вино нельзя, о женщинах даже думать запрещено, а тут указатель. Эх, был когда-то такой иудейский герой по имени Самсон. Ох, и хитер шельма, ох, и хитер, а как с врагами всевозможными расправлялся — просто умора! Но и половины жизни не хватит, дабы поведать о его приключениях.
Юноша слушал все это с большим неудовольствием. Что ему какой-то там древний Самсон, главное — греческие герои, а героем Тесею еще только предстояло стать. А как им станешь, постоянно сидя в ненавистной Троисене, где никогда ничего не происходит. Подвиги нужно совершать — и, желательно, грандиозные. Глядишь, и обратят на тебя внимание всемогущие боги, прихватив на чудесный Олимп.
— Что задумался, касатик? — усмехнулся дед. — Небось, уже воображаешь, как героические подвиги будешь совершать?
— А как ты догадался? — несколько опешил Тесей.
— Да по лицу, — снова усмехнулся правитель. — Выражение у тебя сделалось чересчур глупое. М-да… не в наш древний род пошло Посейдоново семя…
— Что?!
— Да нет, это я так… к слову пришлось, не беспокойся, не о тебе. Так вот, что касается великих подвигов: ты не учитываешь один важный нюанс.
— Какой еще такой нюанс?
— А такой, что героев в Греции много, а возможностей совершить подвиг раз-два и обчелся.
— Это как? — тряхнул кудрями будущий герой.
— А вот так, — противно захихикал дедуган. — Знаешь такое слово — конкуренция?
Тесей неуверенно кивнул.
— То-то!
С прискорбной горечью осознал правитель Питфей, что второго Автолика, хитрейшего из греков, из Тесея явно не выйдет. Автолик был ровесником внука Питфея, но тем не менее уже успел прославиться на всю Элладу. Оно и понятно: сын Гермеса. А Тесей? Отпрыск беспробудного пьяницы Посейдона. Ну что из такого героя может выйти? Ох, недаром скрывали от Тесея тайну его истинного происхождения, ох и недаром. Но божественная натура все равно проявляла себя, и бороться с этим было решительно невозможно.
— Сатир с ней, с хитрологией! — решительно заявил юноша. — Мне подвиги совершать пора, а не языком трепать…
Ну что ты с ним поделаешь? И Питфей сдался.
* * *Когда наконец исполнилось Тесею восемнадцать, открыла ему мать одну тайну.
На следующий день после празднования восемнадцатого дня рождения привела Эфра юношу на берег моря.
— Сын мой, видишь ли ты этот камень?
— Э… — неопределенно отозвался будущий герой.
— Именно здесь, под этой скалой, лежат меч и сандалии твоего отца, правителя Афин Эгея.
— Меч и сандалии? — переспросил юноша. — Они лежат там вместе с моим отцом?
— Да нет же, — нетерпеливо воскликнула Эфра, — отдельно.
— Отдельно?! — ужаснулся Тесей. — О боги, что же за чудовище разорвало его на куски?
Женщина взяла себя в руки и, посчитав в уме до пятнадцати, терпеливо повторила:
— Твой отец проживает сейчас в городе Афины, здесь же лежат его сандалии и меч, которые он оставил тут ровно восемнадцать лет назад.
— А зачем он их оставил?
— По-моему, это очевидно.
— Да?
— Он оставил их здесь, чтобы ты смог забрать меч и сандалии, когда вырастешь.
— Хорошо, — кивнул будущий герой. — Но на кой хрен он привалил это все огромным камнем? Мой отец ненормальный?
Тут уж Эфра не нашлась, что ответить, однако просьба Эгея должна была быть выполнена во что бы то ни стало.
— Эти сандалии и меч станут тем знаком, благодаря которому тебя узнает отец.
— А не проще ли было послать в Афины мой портрет? — возразил юноша. — Или лучше письмо с подписью деда, удостоверяющее мою личность.
— Нет, не проще, — отрезала Эфра, — ибо такова воля твоего отца.
— Хорошенькое начало! — буркнул Тесей, почесывая кудрявую макушку. — И как же я эту громадину сдвину?
— Но ведь ты будущий герой!
— В том-то и дело, что будущий…
И, присев на берегу у громадного камня, юноша принялся думать. Вот бы прямо сейчас взять да и воспользоваться этой самой хитрологией!
Как бы поступил на его месте дед?
Или нет, лучше не так… как бы поступил в этой ситуации древний хитрющий Самсон? Обхватил камень могучими руками и сдвинул? Ну да, как же, размечтались. Какой дурак будет руки пачкать и надрываться, когда можно все устроить за счет…
— Ага! — весело хмыкнул Тесей и отправился искать проживающих в местных горах циклопов.
* * *Циклопы приняли будущего героя довольно благодушно.
— Ну как там твой дед, правитель Арголиды, не болеет часом? — учтиво поинтересовались великаны, занимающиеся преимущественно овцеводством.
— Дед в полном маразме, — неприязненно скривился Тесей. — А я пришел к вам по делу.
— Ну говори, коль пришел.
— Понимаете, друзья, мой отец Эгей, царь Афин, восемнадцать лет назад зарыл на морском берегу двадцать бочек отличного афинского вина и придавил тайник для верности огромным тяжеленным камнем.
— Двадцать бочек, говоришь? — оживленно загомонили циклопы. — Восемнадцать лет выдержки? Ты знаешь то место?
— Ну, примерно.
— А сколько бочек отдашь нам, если мы тебе поможем?
— Десять! — щедро пообещал будущий герой.
— Пятнадцать! — не согласились великаны.
— Тогда три.
— Восемь!
— Две с половиной.
— Двенадцать!
— Одну!
— Ладно, мы согласны на десять.
— По рукам, — опрометчиво ляпнул Тесей и вовремя отскочил в сторону, иначе наверняка был бы прихлопнут десятком огромных ладоней.
* * *Ошибался старый Питфей, посчитав внука неприятным исключением в их знатном, но бедном роду.
Конечно, до Автолика Тесею пока далеко, но и полным простаком будущего героя уж никак нельзя было назвать.
И вот повел юноша добрый десяток циклопов на тот самый берег, к тому самому камню, где, по словам матери, спрятал царь Эгей свои чудесные сандалии и не менее чудесный боевой меч. (А что, мечи бывают не боевыми? Хотя конечно, да… Вот некоторые листригоны, которые великаны-людоеды, используют мечи съеденных бесстрашных героев в качестве зубочисток.)
— Ну и где же этот камень? — растерянно спросили могучие великаны, столпившись на живописном морском берегу.
Со стороны картина выглядела достаточно сюрреалистично. Еще ни разу за всю историю Греции в одном месте не собиралось столько циклопов.