"Фантастика 2024-181". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)
Алкидий, наблюдавший за торгом чуть со стороны на случай появления народной милиции, недовольно поморщился. (Что? Думаете, не было в Древней Греции ментов? Менты всегда были, даже в Вавилоне. — Авт.)
Тяга Фемистоклюса к грандиозным рекламным акциям и призовым поездкам могла сослужить им дурную службу. А что, если действительно найдется идиот, который соберет эти семь пустых пакетиков? Правда, при этом у него должен иметься в наличии небесный паспорт, а это уже сложнее, такую ксиву простой смертный себе не достанет.
Хитер был Фемистоклюс, ох и хитер.
Кроме того что следить за толпой на наличие народных мен… гм… народных дружинников, Алкидий должен был время от времени врываться в толпу и истошно орать: “А мне еще две”, тем самым подстегивая покупательский азарт у других греков.
Кто-то уже валялся без сознания у городского фонтана с тростниковой палочкой в ноздре, кто-то только собирался занюхивать чудодейственный порошок. Алкидий тоже было решил в рекламных целях полежать на мостовой с тростниковой трубкой в заднице, но вовремя передумал, поскольку потенциальные покупатели попросту могли его затоптать.
Торговля шла весьма бойко.
Золотые таланты быстро наполняли заранее приготовленные друзьями мешки. Бумажные пакетики расходились с поразительной быстротой.
— Вот они! — раздался в конце площади чей-то полный возмущения крик. — Хватайте засранцев!
Вложив два пальца в рот, Алкидий пронзительно засвистел.
Быстро сориентировавшись, юркий Фемистоклюс мгновенно затерялся в толпе, а к центру площади уже бежали здоровые загорелые греки с увесистыми дубинами и с красными повязками на руках. (Эх, Греция, Греция, мать демократии! — Авт.)
— Делаем ноги. — Фемистоклюс поволок свистящего Алкидия в соседний переулок. — Да кончай свистеть, придурок, ты нас выдашь.
Безумно вращая глазами, Алкидий бросился следом за другом.
Буквально весь полис стоял на ушах. Орудуя дубинками, дружинники отбирали пакетики у греков, не успевших употребить волшебный порошок, тут же на месте их вынюхивали и падали в экстазе на мостовую.
— Говорил же я, надо было по два таланта за штуку продавать, — недовольно бурчал на бегу Алкидий.
Мешки с золотом весело побрякивали за спинами у друзей.
— Сюда! — Из-за угла соседнего здания выглянул Дионис. — Скорее!
Беглецы свернули в узкий переулок.
— Что такое? — спросил Фемистоклюс, переводя дух. — Мы ведь должны были встретиться вечером.
— Планы изменились, — ответил Дионис.
— Я видел, они свернули туда, — раздалось на параллельной улице.
Беспорядочный топот приближался. Друзья побледнели.
— Спокойно. — Дионис вышел из переулка.
У бежавших по улице дружинников внезапно в руках вместо дубинок возникли чаши с благоухающим вином. Греки озадаченно остановились и, увидев невдалеке Диониса, дружно подняли чаши вверх.
— За Диониса, — хором произнесли они и все как один опрокинули содержимое в рот.
Бог вина хлопнул в ладоши, и дружинники как подкошенные повалились на мостовую.
Дионис повернулся к друзьям:
— Давайте золото, быстро.
Переглянувшись с Алкидием, Фемистоклюс протянул богу один из мешков. Дионис поморщился:
— Да нет, все.
— Ага, размечтался, — фыркнул Фемистоклюс. — Купи у Гефеста губоскаточный механизм.
— Бараны, — прошипел бог вина, — у меня ваше золото будет в безопасности, вечером поделим.
Друзья снова переглянулись.
— Ладно, бери.
Дионис ловко перекинул тяжелые мешки через плечо.
— А что за спешка? — спросил Фемистоклюс. — Что случилось?
— Вас хочет видеть Гера, — просто ответил бог вина.
— Что? — Лица у друзей вытянулись. — Это интересно, за каким таким сатиром?
— Потом узнаете, — ответил Дионис. — Она только сегодня вернулась из ссылки в царстве Посейдона. Немедленно идите в ее храм. Он находится в южной части города, она вас там будет ждать, на месте все и узнаете.
И Дионис исчез.
— Пропало наше золото, — грустно сказал Алкидий, выглядывая из-за угла.
Дружинники в обнимку друг с другом сладко храпели на мостовой. Так получилось, что сон настиг греков прямо у здания известной городской бани “Содом и Гоморра”. Предприимчивый владелец бани Гармодий Дукакис, тут же сориентировавшись, приказал своим служителям заносить дружинников внутрь, дабы содрать с них потом три шкуры за пьяный дебош.
— Наш человек, — заметил Фемистоклюс, кивая в сторону владельца “Содома и Гоморры”, и, приведя в порядок свои растрепанные одежды, друзья, терзаемые самыми худшими опасениями, направились в храм взбалмошной женушки Зевса.
Храм Геры они нашли без труда.
Более несуразное здание трудно было себе представить. Вкус у благоверной Громовержца был еще тот. Особенно поражали воображение черно-белые полосатые колонны и малиновые карнизы из редкого южного мрамора.
Внутри храма никого не было, лишь одиноко горел у алтаря жертвенный огонь. Служители не то попрятались, не то вообще разбежались.
— Явились, охламоны, — раздался громкий властный голос, когда друзья подошли к алтарю. Вздрогнув, греки испуганно заозирались.
— Да здесь я, здесь, смотрите в штаны не наделайте. (Штаны в Греции?!! М-да. — Авт.)
И из-за алтаря вышла сама Гера в серебристо-сером развевающемся одеянии, злая, как морской еж.
Фемистоклюс с Алкидием проворно попадали на четвереньки.
Гера презрительно усмехнулась:
— А вы, однако, сильно меня удивили.
— Да? — Фемистоклюс с интересом посмотрел на богиню. Гера кивнула:
— Мне понравилось, как вы ловко забрались на Олимп и похитили флягу с амброзией.
Друзья побледнели.
— Как? — спросил Фемистоклюс. — Неужели все уже известно?
— Громовержцу еще нет, — ответила Гера, — а мне известно даже больше, чем вы можете себе представить.
Фемистоклюс встал с пола и отряхнулся.
— Ага, — нагло сказал он. — Значит, будем договариваться.
— Именно, — подтвердила богиня. — Я хочу нанять вас для одной конфиденциальной работы.
Фемистоклюс пнул друга сандалией в бок:
— Вставай, чучело, намечается очередная авантюра.
Смущенно кашлянув, Алкидий поднялся с колен и стал чуть позади друга.
— И что же от нас требуется? — спросил Фемистоклюс.
— Прежде всего, держать языки за зубами, — ответила Гера. — В случае успешного выполнения моего задания не исключено, что один из вас будет удостоен жить на Олимпе.
— Ого! — Фемистоклюс нервно облизнул пересохшие губы. — Круто.
— Что же от вас требуется? — продолжала рассуждать богиня, задумчиво прохаживаясь у алтаря. — Во-первых, вы должны следить за моим мужем Зевсом, когда он будет спускаться на землю.
Друзья испуганно переглянулись.
— А во-вторых, вы должны будете поймать его на горячем.
— То есть? — не понял Фемистоклюс. — Как это, поймать на горячем?
— А вот так, — фыркнула Гера. — Застукать сатирова кобеля с бабой.
— Да вы что? — Фемистоклюс схватился за сердце. — Да он от нас мокрого места не оставит.
— За свои презренные смертные шкуры не бойтесь, — пренебрежительно проговорила Гера. — Вы будете находиться под защитой — моей и еще нескольких богов, имена которых вам лучше не знать.
“Заговор, — мелькнуло в голове у Фемистоклюса. — Эти идиоты опять хотят свалить Зевса”.
— Хорошо. — Рыжий грек кивнул. — Ну застукаем мы его, и что дальше?
— А вот тут мы плавно переходим к вопросу о средствах, — кивнула богиня.
— Каких средствах?
— Ну, я снабжу вас портативными э-э… устройствами, позволяющими связаться со мной в любое время из любого места Греции. Гефест даст вам также свое новое изобретение, с помощью которого вы сможете запечатлеть старого развратника на особую карточку, так что он уже не сможет отвертеться.
— Да-а-а-а, — протянул Фемистоклюс, — что называется, влипли.
— Ваше мнение никого не интересует, — холодно возразила Гера. — Можете оставить его при себе. Думаю, это задание вам по плечу: раз смогли на Олимп пробраться и безнаказанно с него спуститься, то и с этим, думаю, справитесь.