Гордыня (ЛП)

— Нет, сука, это ты пойдешь к черту. Пойдешь за все те годы, которые я провел взаперти, забитый до полусмерти. За те ночи, когда я умирал от голода. Моя кожа трескалась, потому что организм был обезвожен, мать твою. Ты творила это со мной. Отняла у меня два года жизни, решив поиграть. Два года жизни с моей сестрой. И ради чего? Чтобы я стал твоей маленькой игрушкой в чертовой игре мести?
— И посмотри, что вышло. Разочарование. Всего лишь слабый мальчишка, который…
Я сильнее сдавил ее шею, прерывая поток слов. Лилиан буквально выпучила глаза, а лицо приобрело темно-фиолетовый оттенок. Меньше чем через минуту она умрет в моих руках. Почувствовав силу тысячи мужчин, я швырнул Лилиан через всю комнату. Ударившись о каминную полку, она упала на пол. От стен эхом отразились ее болезненные стоны, но Лилиан быстро поднялась и попятилась в угол.
— Ты чертова психопатка. Готова погубить собственную падчерицу. Ради чего? Из-за мести? Но почему Меган? — мне нужно было знать.
— Что «почему Меган»? — спросила она, прижимая к себе безвольно повисшее запястье.
— Почему она? Что такого сделало столь прекрасное и бескорыстное создание, как твоя племянница, чтобы заслужить твою ненависть? Ты готова была разрушить все, ради чего она так упорно трудилась. И все потому, что…
— Потому что она — его дочь. У него появился ребенок. У меня он отнял эту привилегию. Знаешь, что происходит с телом, когда его насилуют и оплодотворяют в таком юном возрасте? Знаешь? Я чуть не истекла кровью, когда из меня выскребали растущего внутри монстра. Того, которого туда вложил мой брат. Когда я очнулась, мне сообщили, что я больше никогда не смогу иметь детей. Вот так мои родители справились с ситуацией. Ничего не сделали со своим сыном и его поганой болезнью! Они лишь позаботились, чтобы я снова не забеременела! Он разрушил мою жизнь. Уничтожил мою возможность иметь детей. Потому я решила погубить его дитя.
— Из-за него, а не…
— Потому что он считает, что у него есть все! Идеальная жизнь. Идеальная семья. Ему нужно было увидеть, каково это, когда страдает тот, кого он любит.
— Она ничего тебе не сделала, Лилиан. Единственное, что она дарила тебе — это любовь.
— Она всего лишь избалованная девчонка, получившая по заслугам.
Я пересек разделявшее нас расстояние, мои ботинки яростно стучали по старому деревянному полу, пока приближался к ней. Затем я завел руку за спину, пальцы сжали холодный титан. В следующее мгновение я уже направлял пистолет в лоб Лилиан.
— Я немедленно разбрызгаю твою мозги по всей этой комнате, если ты еще хоть слово скажешь о Меган, поняла? Ты только что подписала себе смертный приговор, — я начал давить на спусковой крючок.
— Мэйсон, не надо.
Я резко обернулся, услышав нежный голос Эвелин.
— Что ты здесь делаешь, мать твою? Уходи сейчас же.
— Мэйсон, нет. Пожалуйста.
Я снова повернулся к Лилиан, рука задрожала.
— Ее нужно убрать. Она словно вирус для всех нас. И тебе нужно освободиться от нее. Как и всем нам.
— Не таким способом, Мэйсон.
— Нет, таким! — рявкнул я, снова направляя пистолет на лоб Лилиан. — Ты покойница, черт возьми.
— Мэйсон, она права.
Я покачнулся, когда из тени вышла Меган.
— Меган, — произнес я хриплым шепотом. Боже, как же я соскучился по ней. По тому миру, который она принесла в мою жизнь. Ее красоте, украшавшей мои дни яркими красками. — Ты не должна здесь находиться.
— И ты тоже, — она медленно подошла ко мне и подняла руку, погладив мою щеку тыльной стороной ладони. — Это не выход, — я прикрыл глаза от интимности ее прикосновения. — Отдай мне пистолет, Мэйсон, — я крепко зажмурился.
Нет, это выход. Именно так можно было вырваться из-под чар и когтей «Элиты» и двигаться дальше.
— Да, спасибо, Меган. Послушай мою племянницу, Мэйсон.
Меган так быстро вырвала у меня пистолет, что я едва заметил ее движения, а потом встала передо мной и направила ствол Лилиан между глаз.
— А теперь послушай меня, ты, больное и отвратительное создание, зря поглощающее кислород. Во-первых, не смей больше называть меня своей племянницей. Ты теперь ничто для меня. Мне жаль, что отец сотворил это с тобой, но это не оправдывает всю твою ненависть и издевательства над другими людьми. Ты — не судья, не присяжные и уж точно не палач. Ты не имела права играть в Бога с чьей-либо жизнью.
 
— Оооо, смотрите-ка, кто решил меня учить. Какая-то мелкая шлюха…
Я рванул вперед, чтобы свернуть ей шею, и покончить со всем этим, но Меган меня остановила.
— Я разберусь, — произнесла она, а потом снова переключила внимание на Лилиан. — Ох, тетушка, грязный рот тебе не идет. И убийство меня не устраивает, но, видишь ли, я не могу тебе позволить просто уйти. Ты должна исчезнуть. Тайное общество? Твоя месть невинным людям? Со всем этим должно быть покончено.
Злобный смех Лилиан поднял во мне волну ярости.
— О, малышка, дело тут не только во мне. Можете угрожать, избавиться от меня, но я — наименьшая из ваших забот.
— Тогда мы выясним, кто главный, и с ним тоже разберемся.
Лилиан снова разразилась смехом, и Меган шагнула вперед, ударив ее по носу.
— Маленькая сучка! — воскликнула Лилиан, зажимая нос, сквозь пальцы стала просачиваться кровь. Меган сжала руку от боли. — Ты ничего не знаешь. Ты такая же дура, как и я, если думаешь, что тебе под силу с ними справиться. «Элиту» нельзя уничтожить. Отрубишь часть, и они разрастутся и расцветут еще ярче прежнего.
— Возможно. Но надо хотя бы начать отсеивать плохие семена, — после этого усмехнулись уже мы с Эвелин. Господи, Меган была невероятно милой. — Итак, вот что случится. Для начала, здесь твоя жизнь окончена. В университете, в твоем тайном клубе. Я хочу, чтобы ты немедленно уволилась. В противном случае эти документы выплывут на свет.
— Если ты это сделаешь, твое имя смешают с грязью точно так же, как мое и брата.
— Пускай. По крайней мере, я буду знать, что все это ради высшего блага. Но если не будешь сопротивляться, считай это моей последней тебе услугой. Я не стану сливать никакую информацию ни о тебе, ни об «Элите». Все же я бы хотела оградить от всего этого маму. Кроме того, до своего отъезда ты должна восстановить Мэйсона в университете. Все записи о его занятиях, жилье и полную стипендию. Я хочу, чтобы все было задокументировано и внесено в журналы учета. Все это касается и Эвелин. Нельзя ведь доверять словам такой змеи, как ты, понимаешь?
Моя девочка оказалась невероятно свирепой. Мне хотелось обнять ее и поцеловать эти фантастические губы. Шептать ей слова похвалы, ведь она держалась, даже узнав правду о своем отце.
— Тебе это с рук не сойдет.
— Уже сошло. Мы стояли в тени достаточно долго, потому благодаря современным технологиям у меня уже есть твое признание. Разговоры об «Элите». Твоем изнасиловании. Муже с болезненными наклонностями. По совместительству декане университета. Я верю, что все это нанесет значимый удар, даже если придется пожертвовать оскверненной фамилией и работой. Я смогу двигаться дальше. Но сможешь ли ты?
Лилиан внимательно слушала, явно о чем-то яростно размышляя. Спустя пару мгновений выражение ее лица стало нам ответом. Она не смогла бы.
— Я не могу просто взять и исчезнуть. Люди будут задавать вопросы.
— Пускай. Возьми спонтанный отпуск, а когда придет время возвращаться, просто не сможешь. Назови хоть кризисом среднего возраста. Просто ты не должна возвращаться. Поняла меня? — Меган стала давить на курок. Черт, прямо сейчас даже я ее немного боялся. Она, тем временем, склонилась вперед. — Я не слышу, — произнесла Меган.
Лилиан, находившаяся сейчас предельно далеко от своего собранного амплуа, кивнула.
— Ладно. Я сделаю, как ты хочешь.
Меган кивнула.
— Так-то лучше. А теперь убирайся отсюда, пока я не решила, что убийства — мое новое хобби, и не пустила тебе пулю прямо между бровей с этим ужасным ботоксом.
Лилиан выпрямилась и пронеслась мимо нас. Она даже не оглянулась. Мы услышали, как хлопнула входная дверь, а потом визг сорвавшейся с места машины вдали.