Гордыня (ЛП)

Как я и сказал, Меган была страстной. Я ухмыльнулся, запихивая в рот ложку со смесью хлопьев, и едва сдержал стон, так они оказались восхитительны на вкус. Прошла целая вечность с тех пор, как я так завтракал. Я съел всю миску и допил остатки молока даже прежде, чем осознал это. Меган с любопытством уставилась на меня.
— Ух ты.
— Что такое? — спросил я.
— Кажется, я впервые встретила человека, любящего хлопья больше, чем я, — улыбнулась она, и я заметил, что ее миска тоже опустела.
Мы посмотрели друг на друга, разделяя этот момент близости, а потом расхохотались. Я мог смотреть на Меган часами. Она была так красива, что я даже не мог описать словами. Ее глаза всегда светились любопытством и жаждой приключений. А из-за ее доброты мне хотелось стать кем-то лучшим, чтобы Меган смотрела на меня с гордостью.
Я наблюдал, как она высунула язык, чтобы облизать губы. А потом сглотнула. Я знал, что внутри нее бушевала такая же буря эмоций, как и во мне. Вопли с телевизора прервали наш момент, и мы повернулись к экрану как раз в тот момент, когда оглашался приговор. Судья Джуди стукнула молотком, а потом началась реклама. Я знал, что мне следовало сейчас подняться и уйти, но мысль выйти за дверь казалась невозможной.
— Что ж… — начала Меган, и я понял, что мое время закончилось. Мне вообще не следовало здесь появляться. Нужно уходить как можно скорее.
— Я, пожалуй, пой…
— Если у тебя нет планов на сегодня, то есть один тур по гаитянскому вуду… — начала Меган, обрывая меня. — Говорят, там показывают место захоронения королевы вуду Нового Орлеана и… Не знаю, наверное, тебе будет неинтересно, но…
— Я пойду, — произнес я.
— Правда? — она изумленно посмотрела на меня. — Но ты даже не дослушал, что там еще будет.
— Я пойду, — повторил я.
— Ты уверен? Вероятно, это и правда не…
— Я же сказал, что пойду.
Мне было плевать, куда мы отправимся, хоть тестировать оборудование для пыток, я готов был на все, лишь бы провести с ней больше времени. Вдыхать аромат вишни и ванили. У меня буквально чесались руки от желания обнять Меган, член затвердел, требуя продолжение ночи, но самое важное: я просто хотел быть с ней рядом. Слышать ее голос, когда она рассказывала истории из жизни. В которых мне не посчастливилось участвовать. Я цеплялся за каждое слово Меган и представлял, что принадлежу ее миру, живу той жизнью, мирной и прекрасной.
— Ладно, — кивнула Меган и ослепительно мне улыбнулась, грозя погубить, а потом поднялась и схватила наши миски. — Это свидание, — ее щеки тут же вспыхнули, приобретая малиновый оттенок. — То есть, не свидание. Просто… мы не можем…
Я тоже поднялся и подхватил миски, задрожавшие в ее руках.
— Не свидание. Просто двое людей, наслаждающихся религиозным синкретизмом  [3]. Просто подурачимся на кладбище, полном мертвых людей.
Она удивленно подняла брови.
— Ты читал книгу, — довольно отозвалась Меган.
— Конечно. Когда твой любимый преподаватель рекомендует книгу, то ты просто обязан ее прочесть.
Я тут же понял, что мне следовало оставить при себе замечание насчет преподавателя. Черт, я только что разрушил планы Меган относительно нас.
— Просто двое людей… — вдруг повторила она мои слова.
— Это свободная страна, мисс Бенедикт. Нет ничего плохого в том, что два человека окажутся одновременно в одном и том же месте, — мои слова ее убедили, ослабляя беспокойство насчет того, что подумают люди, увидев нас вместе.
— Да, ты прав. Просто двое людей встретятся на экскурсии, — усмехнулась Меган.
Мы молча улыбнулись друг другу, и несколько мгновений провели в тишине.
— Что ж… — начала Меган.
— Да, нам, наверное, следует…
— Подготовиться. Нам следует подготовиться, — она начала нервно потирать руки, а я усмехнулся, снова отметив, как мило она смотрелась в этих нелепых пижамных штанах. Мне захотелось поддразнить ее, чтобы снова увидеть в глазах игривый блеск.
— Наверное, тебе стоит сменить эти сверхсексуальные пижамные штаны. Не хочу, чтобы тебя украли прямо у меня из-под носа. Только не в мою смену, — ухмыльнулся я, а Меган приоткрыла рот, опустила взгляд на штаны, а потом снова посмотрела на меня. От ее улыбки я и сам улыбнулся шире.
 
— Да? Ну, а тебе, вероятно, стоит все же надеть рубашку. Нельзя допустить, что ты пробудил там мертвецов своими мышцами. То есть… технически ты бы убил ими кого-нибудь… Я хотела сказать, что твои грудные мышцы… Нет, не это…
Я разразился громким смехом. Не в силах удержаться я стал поигрывать мышцами, и Меган прикрыла руками глаза.
— Господи, что ты делаешь?!
— Желаю тебе доброго субботнего утра. А теперь, если ты насытилась мышечным шоу, давай соберемся и пойдем смотреть на мертвецов.
— Конечно, я именно об этом сейчас и думала.
Боже мой, она невероятно милая.
*****
Меган
Мы поднимались по лестнице к моей входной двери после долгого, но фантастического дня. Все было прекрасно. И как самая настоящая маленькая фантазерка, вопреки всему я приравнивала этот день к идеальному свиданию. Я не помнила, когда в последний раз получала столько удовольствия, как сегодня с Мэйсоном. Но теперь, когда село солнце, уступая время позднему вечеру, пришло время пожелать спокойной ночи.
Я вставила ключ в замочную скважину и приоткрыла дверь, образовывая щелку, а потом повернулась попрощаться, но не ожидала, что Мэйсон остановился так близко. Мне пришлось задрать голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Когда увидела его глаза, сердце сделало кульбит, как в девчачьих романах. Мэйсон будто проникал в меня взглядом, смотрел сквозь, словно в самую глубину души.
Я хотела пригласить его войти. Умолять сделать то, о чем он молчаливо просил меня взглядом. Но мне не следовало. Я не могла. Я итак заигралась. Нужно было остановить то, что происходило между нами, пока все не зашло слишком далеко. Еще ведь не зашло, верно? Проклятье. Как заставить сердце биться не так быстро?
«Не делай этого».
Меня окружила аура Мэйсона, согревая кожу.
«Это неправильно».
Его суровая поза, эти обжигающие глаза. Любой принял бы его за парня постарше. Может, я смогла бы хоть еще на одну ночь забыть, что он — мой студент.
«Пожелай ему спокойной ночи, Меган».
Спокойной ночи. Да. Я должна была это сделать. Два простых слова, после которых нужно повернуться, войти в дом и заесть свое гигантское желание мороженым, включить реалити-шоу и достать коллекцию вибрировавших игрушек.
Спокойной.
Ночи.
«Ну же, Мег…»
— А ты не хотел бы вой..
Опустив голову, Мэйсон заглушил конец приглашения поцелуем. Его полные губы все еще хранили вкус совместно съеденного фанел-кейка  [4]. Не в силах устоять, я прильнула к нему, пока он медленно, но жадно ласкал меня. Этот поцелуй не походил на другие. Не дикий или голодный. Нет, Мэйсон действовал нежнее, мягче. Он целовал меня так, словно хотел запомнить каждую мою частичку. Мне следовало отстраниться. Отправить его домой, а самой спуститься на землю. Избавиться от мыслей, порывов, неправильных чувств, которые начинала испытывать к Мэйсону. Но почему сердце так сильно билось?
«Потому что ты хочешь этого».
Черт! Я и правда хотела. Я захотела сблизиться с Мэйсоном, едва увидев его в том баре. И запретная потребность быть с ним никуда не делась.
Схватив Мэйсона за футболку, затащила его в дом и углубила поцелуй, пока вела назад в свою спальню, по ходу движения к которой мы срывали друг с друга одежду.
— Что вы собираетесь делать сегодня, мистер Блэквелл? — я отстранилась, заглянув в его пылающие глаза, и прикусила нижнюю губу, чтобы не наброситься на него немедленно, а потом потянулась к тумбочке. Однако Мэйсон меня остановил.