Семиотика, или Азбука общения

 СЛОВО 
 
 
В оный день, когда над миром новым
 
Бог склонял лицо свое, тогда
 
Солнце останавливали словом,
 
Словом разрушали города.
 
 
 
И орел не взмахивал крылами,
 
Звезды жались в ужасе к луне,
 
Если точно розовое пламя,
 
Слово проплывало в вышине.
 
 
 
А для низкой жизни были числа,
 
Как домашний подъяремный скот,
 
Потому что все оттенки смысла
 
Умное число передает.
 
 
 
Патриарх седой, себе под руку
 
Покоривший и добро и зло,
 
Не решаясь обратиться к звуку,
 
Тростью на песке чертил число.
 
 
 
Но забыли мы, что осиянно
 
Только слово средь земных тревог,
 
И в Евангелии от Иоанна
 
Сказано, что слово это — Бог.
 
 
 
Мы ему поставили пределом
 
Скудные пределы естества,
 
И, как пчелы в улье опустелом,
 
Дурно пахнут мертвые слова.
 
 
Ну слово-то, ладно. Среди всех видов знаков слово для нас важнейший. Не зря Н. Гумилев цитирует Евангелие от Иоанна, которое начинается так: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог». Но вот каким же образом числу удается передавать «все оттенки смысла»? Или это просто поэтическое преувеличение?
Итак, мы задали много вопросов и пора хотя бы попытаться ответить на них. На число можно взглянуть с двух разных точек зрения. Во-первых, с отдельными числами или даже с арифметическими операциями в конкретных культурах связаны, как мы уже сказали, различные представления. Вот и надо определить, что число как знак значит в культуре, кроме количества. А во-вторых, многие ученые, философы, поэты считают, что число стоит за словом, за звуком и за другими знаками, что именно число — основа поэзии, искусства и вообще мироздания. Число передает все оттенки смысла и правит миром. Но как?
Начнем мы с тех представлений и значений, которые приписываются отдельным числам в мифах, легендах, в религиозных философиях и даже в науке. Ведь одним из создателей учения о ЧИСЛЕ был автор известной всем школьникам теоремы. И звали его, как нетрудно догадаться, — Пифагор. Его интересовали все проблемы, связанные с числом. И что скрывается за отдельными числами, и как можно из чисел построить законы нашего мироздания и многое другое.
Пифагор жил примерно в 570–500 гг. до нашей эры. Про него известно не очень много подлинных фактов, но зато сложилось множество легенд, в которых он предстает мудрецом, чудотворцем и даже полубогом. В знак протеста против тирании Поликрата (с этим человеком вы еще столкнетесь в разделе о камнях) Пифагор покинул родной остров Самос. Возможно, он посетил древние Египет и Вавилон, где был посвящен в тайны восточных жрецов. Уже в зрелом возрасте (по легенде в 40 лет) Пифагор поселился в южноиталийском городе Кротоне. Здесь он открыл школу, в которой ученики не только учились, но и жили. Школу эту стали называть пифагорейским союзом, а всех, кто принадлежал к ней, — пифагорейцами.
В этой школе учителя и ученики вместе занимались различными науками — математикой, философией, политикой, государственным устройством, историей и т. д. Кроме того, здесь изучали разные искусства, особенно много времени уделяя музыке, поэзии, танцам и гимнастике. Изучение различных наук и искусств привело пифагорейцев к мысли, что все свойства и качества вещей могут быть количественно измерены и оценены и что все закономерности во Вселенной можно выразить с помощью чисел. «Все в природе измеряется, все подчиняется числу… не материя, а число — начало и основа вещей» считали они. Пифагор так прямо и говорил, что «все в мире расположено в соответствии с числами». Мир для членов пифагорейского братства открывался через систему числовых знаков и отношений между ними.
 
Пифагор и его ученики верили, что числа обладают могущественной силой, что одни числа приносят добро и радость, богатство и хорошую жизнь, тогда как другие несут зло, горе, разруху и смерть. Главная задача математики, считали они, — это отыскать тайный «божественный смысл» числовых знаков. Даже душа каждого человека, по их мнению, связана с определенным числом; при этом она бессмертна и переселяется от одного человека к другому. Раскрытие сокровенной тайны числа, связанного с душой человека, открывает дорогу к познанию самой человеческой души.
Пифагор разбил все числа на разные группы, например, на четные и нечетные. Четные числа считались мужскими, а нечетные — женскими. Четные и нечетные числа выражали идею противоположности, «противоположных начал», как говорили пифагорейцы. Кроме того, Пифагор выделил линейные (то есть простые), плоские (представимые в виде двух сомножителей) и телесные числа (представимые в виде трех сомножителей). Он описал также совершенные, то есть натуральные числа, равные сумме всех своих сомножителей, и многое другое.
Далее отдельному числу приписывались особые свойства, большей частью определяющиеся тем, к каким группам оно относится. Пифагорейцы сумели ясно сказать то, что всегда существовало и подразумевалось в разных культурах.
Представление о числах как особых знаках существовало и на Востоке, например, у китайцев. Древние китайцы, как и древние греки, считали, что «1» — это мать всех чисел. Именно из единицы рождаются четные и нечетные числа. Ведь если единицу прибавить к четному числу, то в результате получится нечетное, и наоборот. Китайский философ Лао-цзы писал: «Одно рождает два, два рождает три…». Единица как бы соединяет в себе четное с нечетным, то есть мужское с женским, а потому она является основой мира, из нее происходит весь наш мир. Но если единица вбирает в себя всю Вселенную, все предметы и свойства, то тогда единица должна соединять в себе добро и зло одновременно. «1» — это и дух, и свет, и слава, но в то же время — это материя, тьма и позор.
«2» — это начало неравенства и противоречия, причина разделения всего на свете. Двойку даже называли числом конфликта. Считалось, что весь мир разделен на два противоположных полюса (китайцы называли их инь и ян). Это свет и тьма, небо и земля, живое и неживое, мужское и женское. Вообще, люди часто рассуждают с помощью двух противоположностей: хороший — плохой, маленький — большой, светлый — темный, жизнь — смерть и т. п.
С самой глубокой древности люди, конечно, знали, что у человека две руки и две ноги, два глаза и два уха, но Луна на небе одна и Солнце тоже одно. Все же остальное, что выходило за пределы чисел «1» и «2», обозначалось словом «много». До сих пор в некоторых языках Австралии есть только два простых числовых знака — «1» и «2», а все другие знаки — сложные — образуются путем их комбинирования. Например, «3» — это «один — два», «4» — «два — два» и т. п. Там, где имеется два элемента, говорили мудрые философы, обычно появляется третий как результат их соединения или союза. Третий открывает дорогу четвертому, четвертый — пятому и т. д. В этом заключается смысл рождения — не только чисел, но и жизни на Земле.
Следы того, что в давние времена знаки «1» и «2» выделялись среди всех других, мы находим также и во многих языках, например, в старославянском. В нем наряду с единственным и множественным числами имеется еще и особое двойственное число для обозначения двух предметов.
Что же касается числа «3», то в Древней Греции его считали объединяющим числом — символом живого мира, интеллектуального и духовного порядка. Это число называли совершенным. В школе Пифагора даже придумали для него специальное обозначение: оно изображалось в виде равностороннего треугольника.