Хаос с доставкой. Для профи

– А?..
– Это значит… Ахлея заставляет солнце всходить, а дождь падать на землю. Так меня учили… это слова мудрой payapis. – Он сморщил нос. – «Бороться с солнцем – zh’ūltis», – вот как она говорила.
– Погоди. – Я наклонилась ближе к нему. – То есть так тебе сказала payapis? Прямо лично? А payapis – это же сверхсильные демоны-матриархи?
Он резко перевел дыхание, будто случайно проговорился о чем-то, что хотел держать в секрете, и снова отвернулся к кофейному столику.
– А я думала, ты не встречался с матриархами, – воскликнула я, тут же загоревшись любопытством. – Ты ведь до смерти боишься женщин-демонов?
Он недовольно дернул плечами.
– Никого я не боюсь, – пробурчал он. – Я ahktallis, я не умру.
«Я умный», – перевела я мысленно.
– Но ты же говорил, что избегаешь демониц. Когда у тебя был разговор с матриархом, когда она тебе сказала… как там?
– Ахлея заставляет солнце всходить, а дождь падать на землю.
– А что такое Ахлея?
Он бросил на меня сердитый взгляд и ткнул пальцем в мой рисунок призывающего заклинания.
– Ahlēa.
Я перевела взгляд с бумаги на него и обратно.
– Э-э-э?..
– Это Ahlēa. – Он снова указал на руну. – Она здесь. В человеческом vīsh.
В полном замешательстве я соскользнула с дивана и села рядом с ним, оставив амулет на подушке.
– Никто не знает, что означают эти демонические руны. Амалия сказала, что призыватели просто копируют их, когда они появляются в заклинании.
Его брови нахмурились.
– Вы используете vīsh, не понимая смысла?
– Я – нет, а люди вообще… Наверное, да. – Я потянула рисунок к себе. – Ты умеешь читать эти руны?
– Ну конечно. – Он указал на одну из них. – Эта означает Ahlēavah. А эти, – ткнул он в комбинацию трех рун, – Ahlēvīsh.
– Ахлея, Ахлеава и Ахлевиш… – медленно повторила я. – Полагаю, они связаны, но что они означают?
– Ahlēa – это глубинное vīsh моего мира.
– Ты имеешь в виду демоническую магию?
– Нет. – Он постучал когтем по моему impello – артефакту, висевшему на одной цепочке с инферно. – Откуда тут магия? Не от тебя ведь?
– Она исходит из природных энергий земли. – У меня широко распахнулись глаза. – То есть Ahlēa – это природная магия мира демонов?
– Про мир не знаю, только про свой дом. Ahlēavah – земля Ahlēa.
Нервы у меня затрепетали от волнения. Владеет ли этим знанием хоть один человек из ныне живущих?
– А Ахлевиш?
– Hnn… – Он задумчиво прищурился, потом сунул руку под кофейный столик и достал свой большой альбом пейзажной фотографии. Положил сверху на мои заметки, открыл, пролистал фотографии гор, рек, островов и скал и наконец остановился на раскрытой странице.
Вместо голубого неба, как на предыдущих фото, на этом была какая-то гигантская пещера, полная массивных, будто колонны, кристаллов мутно-белого цвета. Они росли из каменистого пола пещеры беспорядочными клубками высотой в тридцать-сорок футов.
Надпись в нижнем углу гласила: «Пещера кристаллов, Найка, Мексика».
– Вот это и есть Ahlēvīsh. – Он провел пальцем по кристаллу. – Формы бывают разные, и по размеру они могут быть меньше. А могут больше. Они встречаются во многих местах моего мира, а в других мирах нет. В них магия Ahlēa, поэтому мы и называем их Ahlēvīsh.
Я подняла от фотографии изумленный взгляд.
– Значит, они магические? А ты можешь использовать их магию?
– Мы их используем, но не для магии. Они похожи на это.
Что-то дернуло меня за шею. Я опустила взгляд и увидела, что Зуилас держит в руке инферно.
– Мы можем войти внутрь Ahlēvīsh, как я вхожу внутрь этого. Это называется kish lēvh. Там, внутри, мы в безопасности. Ничто не может нам навредить. Можно восстановить силы и залечить раны.
В голове вспыхнуло воспоминание: Зуилас ведь рассказывал мне, что, когда его отец умер, он еще умел только рвать когтями и прятаться в Ahlēvīsh.
Он потянул инферно к себе, и мне пришлось наклониться ближе.
 
– Я чувствую в этом силу Ahlēvīsh. Не совсем такую, но… – Его багровые глаза осмотрели меня. – У этого vīsh вкус Ahlēa и твой.
Вспыхнув, я вырвала у него инферно.
– Так значит, демонические руны в призывающем заклинании призывают магию из вашего мира. И, кажется, часть магии инферно связана с Ahlēvīsh.
Я отодвинула бумаги в сторону, раскрыла гримуар культа и листала страницы, пока не отыскала изображение заклинания для второй части ритуала демона-мага. Я показала его Зуиласу.
– А тут демонические руны что означают?
Он склонился над страницей и указал на руну в центральном элементе.
– Это означает «кровь». Что это за магия?
– Первая часть ритуала призывает демона в круг – так, как призвали тебя. Потом вот эта, вторая часть вызывает демона из этого круга в новый круг… встроенный в человека. Демон остается навсегда запертым внутри хозяина, потому что круг разорвать невозможно.
Он оскалил зубы, и в моем мозгу на миг вспыхнуло то отвращение, которое он питал к человечеству.
– Я думаю, – медленно проговорила я, – что руна «кровь» привязывает призывателя к демону.
– Значит, его призывают вместо нового Dīnen.
Я кивнула и взглянула на рисунок заклинания с двумя кругами внутри третьего. Сначала призвать из мира демонов в круг. Потом из этого круга – в человеческое тело, служащее кругом. Невозможно связать демона с инферно, чтобы перенести его через невидимую границу круга. Невозможно разорвать круг, не убив хозяина или не разрушив каким-то образом его душу.
Мрачные мысли плясали на краешке моего сознания – быстрый ум Зуиласа уже перенесся от того, что было ему известно о демонической стороне этой магии, к тому, что он успел узнать об аркане.
Призван. Вызван из круга в тело hh’ainun. Hh’ainun – тоже круг.
Дважды призван.
Призвать еще раз?
У меня перехватило дыхание. Мои распахнутые глаза встретились с пылающими багровыми глазами Зуиласа.
– Это же… не может быть?
Он оскалил зубы в волчьей ухмылке.
  
Глава 7
 
– Мы будем вызывать Этеррана из Эзры.
В ответ на это смелое заявление Эзра, Тори, Аарон и Кай недоверчиво уставились на меня.
Они стояли по одну сторону обеденного стола Аарона, а мы с Амалией – по другую. Поверхность стола, разделявшая нас, была завалена нашими заметками и рисунками – плюс гримуар культа. Мы только что закончили описывать три стадии ритуала демона-мага и уже нашли альтернативный способ разрушения магии, державшей Этеррана в заточении.
После долгой недоверчивой паузы Кай устремил на меня темные глаза. Из всей магической троицы с электромагом я имела дело реже всего, и его холодный взгляд меня несколько нервировал.
– Я уже довольно давно изучал основы Демоники, – сказал он, – однако, насколько я помню, призыватель может вызывать демона определенного типа, но не какого-то конкретного.
– Из мира демонов – да, – быстро согласилась я. – Но при создании демона-мага уже вызванного демона вызывают повторно, чтобы поместить его в человеческое тело. Мы собираемся сделать то же самое.
– Есть сложности, – добавила Амалия. – И главная сложность – кровь.
– Кровь? – обеспокоенно переспросила Тори.
Эзра нахмурился.
– Для второго призыва понадобилась кровь Этеррана. Теперь у него нет собственного тела. А моя кровь – не кровь демона.
Меня не удивило, что именно Эзра заметил потенциальную нестыковку в этом плане.
– Нет, твоя кровь не подойдет. Но, думаю, мы сможем модифицировать заклинание так, чтобы вызвать Этеррана, используя кровь кого-то из его Дома.
Эта модификация была предложена не кем иным, как Зуиласом. Он добавил в наше новое заклинание призыва еще одну последовательность рун: если все пойдет по плану, оно должно было перевести магию на Этеррана при помощи одного дополнительного ингредиента.