Тропы зазеркалья (СИ)

— Этот меч стоит несколько миллионов?
Радим вытащил из сумки трофей и развернул тряпку, в которую замотал его, посмотрел на цвет, на руны, выполнены хорошо. Вообще, оружие ему нравилось, хотя его не учили с подобным работать. Это все же меч, а не нож, совершенно иной стиль боя и фехтования. Он вытащил из кобуры кукри и показал оба оружия рядом.
— В моем тесаке примерно граммов сто-двести, при весе железа восемьсот пятьдесят. Задача артефактного металла — укрепить обычную сталь, чтобы он смог выдержать нанесение рун. На нож, как у тебя, нанесено всего три. Две на клинке — на пробитие, и одна на рукояти — на поиск гостей. У меня же куда как больше. А этот клинок, — он качнул мечом, — чуть ли не пятьдесят на пятьдесят сделан. Весит он полтора кило, может, чуть больше,ну а дальше сама прикинь, какова его цена.
  
— Если в нем восемьсот граммов миродита, — быстро сосчитав в уме, выдала Ольга, — то этот кусок железа стоит как мой кореец, на котором я езжу.
— Примерно так, — согласился Вяземский.
— Пойдем искать упавший слиток, — с азартом предложила Ольга.
Радим покачал головой.
— Не пойдем, бесполезно. Во-первых, нужен специальный артефакт, типа миноискателя, у меня такого нет, хотя планирую обзавестись. А во-вторых, это опасно, двойников мы проредили, людям Ивана с их потерями тоже не артефактного металла, но еще есть местные, и просто те, кто слоняются по зеркальному миру и живут с добычи миродита. Так что, нет. Да и возвращаться пора.
Ольга кивнула.
— Ты прав, да и устала я.
Радим взял ее за руку, и тут ощутил на себе чужой взгляд, тяжелый взгляд, полный злобы, и этот взгляд не сулил ему ничего хорошего, и пора было сваливать. Развернувшись, он увидел, что путь отрезан, прямо посреди дороги стоял человек, судя по фигуре, женщина в добротной одежде, высокие сапоги, длиннополая куртка, лицо скрыто глубоким капюшоном. Это ее Радим видел на крыше, наблюдающей за штурмом и его провалом, но тогда было далековато, разглядеть хорошо не смог, а вот сейчас их разделяло шагов двадцать.
— Зеркальная ведьма Виара приветствует зеркальщика Радима, по прозвищу Дикий, — раздался из-под капюшона хриплый женский голос. — Сейчас я пришла говорить. Согласно традиции я здесь, чтобы ты узнал, что тебя ждет.
— Говори, я слушаю, — ответил в той же манере Вяземский и почувствовал, как стиснула его руку Ольга, ей было страшно.
— Ты умрешь, — выдала сакраментальную банальность незнакомка в капюшоне, — но по нашим правилам ты должен быть извещен о том, что я начала на тебя охоту.
— И чем я заслужил подобную честь? — поинтересовался Радим, следуя золотому правилу, узнавать, как можно больше.
— Ты убил одну из старших зеркальных ведьм, Анею. Ковен признал, что ты в своем праве, но я нет, это моя месть. Я знаю, что с тобой были еще двое, их судьба так же предрешена. Они еще ходят, дышат, но уже мертвы. И еще, умрете только вы трое, никто из посторонних, вроде этой женщины, что сейчас смотрит на меня с ужасом, цепляясь за твою руку, не пострадает.
— Насчет последнего, хорошо. Я принимаю твой вызов, но Анея свой приговор честно заработала. Почему ты пошла против воли старших?
— Она была моей матерью, — Виара скинула капюшон
Ну, что сказать? Они были похожи — глаза, черты лица. На вид ей лет тридцать, но это ничего не значило. Анея была старшей, и ей было далеко за сотню лет, а выглядела она на сорок.
— Ты умрешь не сейчас, я сама решу, когда. А теперь я ухожу, если ты, конечно, не хочешь меня атаковать.
— Иди, — разрешил Вяземский, — я не трону тебя сейчас. И прими совет, откажись от своей мести, живи собственной жизнью, иначе придется убить тебя так же, как твою мать, которая нарушила закон.
— Это неважно, — произнесла Виара и стала таять прямо на глазах, такого Радим еще не видел. Она превратилась в темное облачко размером с голову, которое поднялось к небесам и растаяло в серой мгле, служившей зеркальному миру небом.
— Это не блеф, — с плохо скрываемым испугом прокомментировала Бушуева.
— Это уж точно, — ответил Вяземский, — нужно Лихача с Ломом предупредить. Хотя, скорее всего, к ним она тоже заглянет, таковы правила игры. В принципе, это местный дуэльный кодекс, вернее сказать, охотничий. Ладно, пошли домой, нагулялись. Интересно, как она меня нашла? Ведь неслучайная встреча, почувствовала, что я в зазеркалье явился? Если так, то это сильно осложнит мне жизнь.
— Что ты планируешь делать с ней? — обеспокоенно спросила Ольга, не выпуская его руку из своей.
— Сунется ко мне, убью, если смогу, конечно. Она хоть и выглядит на тридцать, но ей куда как больше. Ее маменька, которую мы укатали, выглядела лет на сорок, но, скорее всего, разменяла сотню, а может, и две, ведьмы почти не стареют, хотя это вторая, если не считать мертвой Забавы, которую я видел. Вообще, Анея была серьезной ведьмой из старших, я даже удивлен, что ковен отказался мстить. Вот тогда было бы вообще плохо, скорее даже, без шансов. Десятки сильных опытных ведьм — это серьезная заявка на победу. Единственный шанс уцелеть — уехать в глушь и больше никогда не подходить к зеркалу. Иначе найдут и убьют, как требует их закон. А с этой мстительницей мы как-нибудь справимся.
До торгового центра добрались быстро и без приключений, причем на подходе столкнулись с группой из пяти человек, три женщины, двое мужчин, спешащих в сторону падения миродита. Иван, несмотря на потери, все же рискнул отправить поисковиков, видимо, сильно тряхнул его кубышку Радим.
Холодный обнаружился на крыльце, наблюдая за уходящей командой.
— Как вам зазеркалье? — поинтересовался он у Ольги.
— Необычное, — ответила она, — но уж больно депрессивное. Как вы тут живете без красок? Белое, черное, серое.
— Это есть, — согласился Иван. — Но привыкаем как-то. Хотя есть те, кто не выдерживают. Недели за три до знакомства с Диким у нас девушка повесилась, не выдержала.
— Как там Старпом? — поинтересовался Вяземский.
— Жив пока, лежит бревном под параличом твоим. Надеюсь, выкарабкается. А так еще двое от ран умерли. Круто нас потрепали. Пришлось даже баб отправлять миродит искать, чего раньше не бывало. Плохо это, двойники появляются исправно, а вот наш прирост непостоянен, бывает десяток за год, а бывает пять за месяц. Ладно, тебе мои проблемы без надобности, — он как-то отстраненно махнул рукой. — Уходите?
— Да, пора, погуляли и хватит.
— Ну, тогда прощай, заглядывай как-нибудь, не забывай нас. И да, спасибо тебе, ты моим родным помог, теперь у них относительно все неплохо.
— Ну и хорошо, — пожал протянутую руку Вяземский, — мне это ничего не стоило. Все, увидимся как-нибудь.
Десять минут, и вот он уже будит усыпленную при пересечении междумирья Ольгу.
— Вставай, соня, мы дома.
Бушуева села на диване, несколько раз хлопнула глазами, после чего поднесла руку к лицу и понюхала куртку.
— Ничего, если я у тебя останусь? — спросила она. — А то вымыться нужно и вещи выстирать, гарью и сгоревшим мясом воняют.
— Конечно, можно, — улыбнулся Вяземский. — Ванная там, стиральная машинка под раковиной.
— Присоединишься?
— А почему бы нет? — улыбнулся Радим, бросив взгляд в зеркало, и обнаружив пару кровавых пятен на штанах и ботинках. — Ванная у меня небольшая, но как-нибудь поместимся. Иди, набирай воду, я быстро звонок сделаю, и к тебе.
Ольга кивнула и, раздеваясь на ходу, потопала в указанном направлении. Вяземский же достал служебный мобильник, который, стоило ему вернуться в реальность, снова заработал, набрал номер Жданова.
— Да, Радим, чего хотел? — раздался из трубки усталый голос. — Только быстро и по делу, я в зазеркалье собираюсь, дело спешное.
  
— На меня, на тебя и Лома охоту объявили, — кратко изложить Дикий суть проблемы. — Дочь Анеи, Виара, нашла меня в зазеркалье, сказала, что мы уже мертвы, ковен отказался мстить за Анею, но она нет, обещала посторонних не трогать.
— Понятно, — напрягся Альберт. — С ковеном — это я постарался, пришлось идти на поклон. Конечно, были те, кто против такого решения, но они были в меньшинстве, а вот про дочку они мне ничего не сказали. Хорошо, она решила по правилам играть, иметь за спиной охотящуюся на тебя зеркальную ведьму — удовольствие ниже среднего. Но с одиночкой, пусть она даже крутая и опытная, как-нибудь справимся. Все, спасибо, что предупредил, сейчас я Михаила наберу. Но она нас не известила лично, так что, рано бздеть. Пока не прозвучало — иду на вы, не ударит. В этом ведьмы куда честнее людей. Как вообще твои дела?