"Фантастика 2025-132". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Я не понял. Если мель, значит мелко, значит не потонем! — А они как на идиота смотрят.
— Если мелко, волнами по дну протащит, днище совсем вскроется. Кораблик осядет так, что мачты одни торчать будут. Какое-то время. И мы на них будем сидеть. А потом ко дну пойдем.
— Да не бывает так! Человек в воде не тонет!
— Ага, не тонет. Он просто захлёбывается в волнах, а потом какое-то время болтается мертвый по поверхности. А его кушают. — Продолжали нагонять жути рыбаки.
  
— Понятно всё, кидайте свой лот, раз такие умные. Тут до дна знаете сколько?
Они не знали, я тоже. Мало того, мы даже не знали, где это тут находится. То есть, где мы есть. А потом я догадался заглянуть в судовой журнал. Нормально всё выходит. Если я ничего не напутал, мы опустились до Африки, ну не могу я её иначе называть! А потом, оседлав какое-то течение, почти вбежали прямиком в гряду больших и малых островов. Вернее, не вбежали, а идем ровнехонько на всякие там Кубы и Багамы. Если нас не сильно унесло в какую-то сторону. И вообще, сказать честно, я в географии слегка не очень силён. Очертания материков помню, сапог Италии представляю себе очень хорошо, Британские острова тоже. С большими реками уже тяжелее — аксиомой для меня звучит, что Волга впадает в Каспийское море, а уж каким маршрутом она крадется по Среднерусской равнине, про то не ведаю. Европейские реки вообще тайна за семью печатями. Про соответствие очертаний земель в моем родном и этом мире сказать доподлинно ничего не могу — здешняя картография та еще затейница. Или тут всё несколько иначе раскинулось, или географы поголовно двоечники, или я ничего не помню. Но результат налицо — сейчас я не могу с уверенностью сказать, точно ли моя родная Мерсалия расположена на территории тамошней Франции, повторяют ли очертания континента ту Евразию? Это если глобально рассуждать. А если задаваться вопросами локально, то куда наш кораблик занесло, тоже могу только предполагать.
Кстати, насчет «занесло» — а ведь куда угодно могло унести! Я только сейчас обратил внимание, что ветер дует практически навстречу. А как это? Это получается, мы не в ту сторону плывём?
— Народ! Кто мне может объяснить, почему ветер дует в одну сторону, а корабль движется в другую⁈
— Угнетатель, ты же сам сказал, что нам надо на запад. Ты сказал, мы плывём.
— А что, вам встречный ветер не мешает?
— Ну какой же он встречный, так, встречно-боковой. Самое то для косого паруса.
— А вот если бы он был попутный, что бы вы делали?
— Пузо, что ж еще! — Карл посмотрел на моё недоумевающее лицо и продолжил. — Если ветер слабый, даешь парусу слабину, чтоб пузырь надулся. А при сильном пришлось бы парус поперек ставить и натягивать, чтоб он плоский был. Давно уже по морю на косых парусах ходят, это все знают.
— Я вам не все, я человек глубоко сухопутный.
— Да видим уже. Наплачемся мы с таким предводителем, как есть наплачемся.
— Но ты даешь гарантию, что мы в нужную сторону плывем, Карл?
И он дал, правда оговорился, что это не точно, хотя похоже, а раз я что-то такое умное прочёл в судовом журнале, то видать так и есть. Журналу рыбак верил больше, чем себе. Порадовавшись такому счастью, я повелел на ночь убрать все паруса и оставить нашу посудину дрейфовать по течению. Авось мимо не проплывём. Робкие попытки возражать были пресечены аргументом, что двух суток на парусе никто не выдержит, так что уж лучше у нас днем будет нормальная команда, пусть и условно нормальная. А для этого надо отдыхать ночью.
— Угнетатель, а марсового на ночь ставить?
— И что он в темноте разглядит, а главное, что мы сделаем с тем, что он увидит?
— Ничего.
— Вот и нефиг мучиться без толку — отдыхаем все.
— А у нас вообще какой план? Или снова Авось будем делать?
— На самом деле план есть, только он такой, что тоже похож на авось. Я хочу добраться до какого-нибудь порта, а уже там договориться на возвращение в Мерсалию.
— Под честное слово?
— Каравеллу продадим. Даже если много не дадут, зафрахтовать судно целиком или купить места для проезда на всех денег хватит.
— Так корабль же не наш! — Вокруг Тетерева сгрудились товарищи, им тоже захотелось узнать, какой у нас план.
— Это он раньше был не наш, а сейчас перешёл в нашу собственность по праву сильного.
— Как это в нашу? Не бывает такого, чтоб корабль принадлежал всем. Кто-то один должен им владеть. Максимум двое, если компаньоны.
— Уговорил, Кукиш, считай его моим. Тогда вы все моя баталия. Хотя нет, так тоже не получится.
— Почему?
— Я ж врать не могу себе позволить. Какая вы баталия без временной вассальной присяги? Если только наёмники. Тогда вас нанять требуется.
— Наёмники, баталия… Как мы корабль взяли по праву сильного, так его и у нас могут отобрать. Зачем платить за то, что можно взять даром?
— Да, такое возможно, особенно там, где… Да где угодно могут попытаться отобрать. Значит, надо быть готовыми к нападению. В любой момент в любом месте.
Утром я проснулся от криков за окном. Какой-то тип во дворе кричал что-то непотребное взволнованным голосом. Не сразу сообразил, где я и на сколько ставил будильник, но прямо расстроился — просыпаться до будильника плохая примета, на работу пойду злой. А потом вспомнил, кто я и где, расстроился еще больше! Зато сразу стало понятно, что орал матрос из недорезанных членов старой команды. И непотребным выкрикиваемое слово не является, потому что он орал по-мерсальски: «Земля!». Ну земля и земля, зачем же так надрываться-то? А потом дошло — земля же! То есть берег!
Первый порыв выскочить в чем был я придушил на корню: народ должен освоиться с мыслью, что рядом с ними целый граф, а не просто товарищ по несчастью. Зря что ли я посадил одного из простолюдинов красные и черные нитки дергать из покрывала? Так что вышел на мостик неспешной походкой, надев приличествующий случаю костюм. Вернее одну из трех трофейных курток, подошедших мне по размеру. В этой эпохе жеманничать не принято, вещи, снятые с трупа или вытащенные из чужого сундука носят без всякого смущения. Некоторые их стирают предварительно, простолюдины даже этим не заморачиваются. Я не из простяков, так что велел выполоскать вещички, а потом высушил их магией. Найденные несколько шёлковых рубах я еще с вечера зачаровал на прочность. Не бронежилет, конечно, но от режущего удара лёгким клинком защитить смогут.
И знаете, прилично одетому господину подчиняются охотнее. По лицам видно, что парней перестал мучить диссонанс между моим позиционированием в коллективе и внешним видом. Кажется, они свыклись с мыслью, что я настоящий аристократ. Короче, стою весь из себя такой вельможа в шмотках с чужого плеча и взираю сверху на экипаж, тыкающий пальцами куда-то вперед, словно перед каждым невидимый сенсорный экран, а они что-то себе уже выбрали. Ну да, что-то на горизонте виднеется темное. Если присмотреться и начать себе воображать, то даже зелень проглядывает.
— Угнетатель, ваш-сясьтво, правим к острову⁈
— А давай! Со всей осторожностью, с промерами глубин через каждые пять минут.
— Будет сделано! — С готовностью и даже какой-то радостью ответили рыбаки, словно не они вчера мне на пальцах объясняли, зачем нужен лот. Но таков порядок на корабле, моряки часто сами знают не хуже командиров, что и когда делать, но без команды ни-ни. Единоначалие, понимаешь. Блин, эдак можно беду на ровном месте заиметь, назначу-ка я Карла старпомом, раз уж я тут за капитана. И пусть он сам решает, когда и чего нужно.
— Старший помощник капитана! Карл, распоряжайся экипажем, найдите удобное место, организуйте стоянку у острова.
  
Чуть не оговорился насчет причаливания. И куда, спрашивается, причаливать, когда ни пристани, ни причала, никаких вообще следов обустройства с такого расстояния не увидеть. Может, там вообще никто не живёт. А может так случиться, что к острову и не подплыть, если мелко или подводные камни всюду. Но это не очень страшно, шлюпки у нас есть, можно сплавать на остров на вёслах малой командой. Только не забыть осмотреть их на предмет исправности. На наличие противника осмотрели сразу после захвата корабля, нашли одного умершего от ран морячка. Даже завонять не успел на жаре.