"Фантастика 2025-132". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Блин, причём тут Кронштадт и СССР⁈ Мозг не хочет осознавать нехорошее — в нашей ситуации бунт надо поднимать с надеждой на авось. Оглядываю клетку, а тут всё тоже самое, что и до моего погружения в собственные мысли: полутёмный трюм, теряющие очертания ящики и бочки за решеткой, ближе ко мне дубовые почти чёрные брусья загона для рабов, а внутри их оборванная и исхудавшая начинка клетки, то есть мы. Выпрямиться можно только посередке, по сторонам только крюком или сидя. Нерадостное место для некомфортного путешествия.
  
— Короче, други мои! У северных славянских народов есть такое волшебное слово «Авось!»
— Это что значит? — подобрались сокамерники, ощутив мой настрой.
— Если переводить, то выходит так: попробуем сделать, вдруг что-то получится! А не получится, и хрен с ним!
— И всё в одном слове? Вот это да! А ты к чему вспомнил-то?
— Авось — будет нашим девизом, планом и сигналом к бунту.
— Так когда в бучу полезем?
— Тебе сказал же Жорж, по команде! Как он закричит этот свой Авось, так мы в деле. Всех за борт, корабль наш, а дальше… — И Карл, ранее сторонившийся нашего угла, посмотрел на меня, — а дальше что?
— Авось видно будет.
— Дык, теперь понятно — авось! Чем будем воевать? Щепками? — Карл покрутил в пальцах деревяшку, уже окончательно похожую на клин.
— С кистенем кто обучен управляться? — Спрашиваю и вижу улыбки на лицах. Кто из простолюдинов не умеет закрутить кистень? Глупый вопрос. — Будут вам кистени. Кто с кинжалом хорош, тем и щепа пойдет.
— А ты сам?
— Мне с голыми руками сподручнее, уж поверьте. — Не буду пока говорить, что я маг. Когда дойдет до смертоубийства, тогда все карты на стол, а пока пусть так.
  
Глава 4
 
Авось
 
А ведь явно больше стало солнца, да и теплее ощутимо. Порасспросил товарищей — все как один подтверждают, что да, потеплело. А это что значит? Значит, мы опустились в тропические широты. Наверное. И если это так, то вполне можно шпарить просто на запад безо всякого компаса, а там упремся или в тропические острова, а ежели не повезет, то в Америку. Как её, в Миарию, если по-здешнему называть. Это что значит? Пора не пора, я иду со двора!
Двадцать ослабленных безоружных заключённых против вооруженной слаженной команды в сколько-то десятков рыл и пары магов, возможно. Кстати, нехудо бы узнать, сколько противников нас ожидает. И по магам расклад иметь тоже хорошо. Земляного тут быть не может, ни к чему он тут, лекаря у них нет, иначе бы не помер тот наёмник, да и меня бы подлатали. Значит, кто тут может оказаться? Воздушник, водник, зачарователь. Один вполне, а два мага уже перебор. Кто? Во дурак, водника я своими глазами видел! Водник на море — сила большая, будет копьями лупить как из пулемета, если не слабосилок. Воздушник, если есть тоже не подарок.
Сидели и прикидывали, получается где-то четыре десятка морячков на кораблике наберется, не больше. И да, эта посудина тоже каравелла — одно из самых распространенных сейчас морских судов. Судно или корабль, уже не важно. Важно, что многовато их выходит супротив нас. Хотя есть один нюанс — вряд ли эти ироды согласятся терять свой корабль, особенно посреди моря. А хоть бы и с краешку, тоже радости мало. Так что ежели мы создадим оборонительное укрепление здесь в трюме, то нас будут выковыривать весьма аккуратно, без большого ущерба для кораблика. Стрелами, мечами, копьями всякими, без магии богопротивной, тупо ломающей всё подряд. Это для нас хорошо может быть.
Я к чему, если бы водник или воздушник под моим началом отирался хотя бы год, то под моей командой этот маг научился бы мыслить масштабно. Скажем, нагнал туману погуще или вакуум наколдовал. Нам много не надо, минута — и мы как консервированные овощи в подвале будем. Очень я надеюсь на отсутствие широты взглядов и живости мысли.
— Жорж, у нас есть план? — Очень нелюбимый вопрос застал меня врасплох.
— Нету пока никакого плана, сами видите, думаю я пока.
— А у тебя вообще есть опят захвата кораблей?
— Кое-какой есть, это я про последний морской бой вспомнил, когда мы ого-го, а я не очень. — Но я больше по замкам специалист. Вот их обнес немало.
Народ понимающе закивал, пусть и дальше представляют, как я обносил замки. Небось, ни в одну головенку не придет, что можно их разграблять начисто, да с последующим сносом. Очень удачно подошло время кормёжки, а то прямо достали своими вопросами, что за народец вредный! Жалко, не три перемены блюд, пока жевал и глотал всё ту же кашу, ничего не придумалось. Единственное, что надумал — велел не кучковаться и вести себя сообразно ситуации, а то расползались как мураши в коробочке, эдак нас подозревать начнут в нехорошем.
— Жорж, я что думаю, — опять шепот в ухо, — надо их ночью кончать. Если ты нам дашь выйти из клетки, как обещал.
— Это понятно, и да, клетку я открою. Вот только не уверен, что у вас получится тихо всю команду положить. Сам начну с трюма, с тех, кто внизу ночует. А как трюм зачистим, видно будет.
— Авось? — Произносит волшебную формулу Тетерев.
— Он самый. Сколько тут ночует?
— Человек двадцать. Сдюжишь? Пробовал спящего колоть?
— Приходилось.
— И как? Получилось?
— Как сказать, один раз сорвалось — убили меня.
Видели бы вы глаза этого приставучего дядьки! Он аж отскочил прямо на карачках. Пришлось убеждать, что я пошутил, не убили меня в тот раз, всё вышло по плану. И сейчас получится. Авось.
Вот только чуть погодя мне обсказали, как спят матросы. На том же ярусе, что и мы, но в другом отсеке трюма у них развешаны гамаки на расстоянии вытянутой руки один от другого. Так что лёгкой прогулки не получится — проснется один и успеет закричать и всё! Куча-мала в темноте среди более чем десятка опытных физически крепких моряков — это не то, о чём мечтает один тайный маг и граф. Совсем не так я представлял себе океанский круиз. Если куча-мала, то с обнажёнными девицами в роскошной каюте, рядом бассейн, напитки, кондиционер, а не всё это, блин.
Зато я, сидя в трюме, допер до правильного применения магии против противника. Сейчас мне кажется глупым и расточительным моя техника, когда я кипятил воду в горле оппонента. Да, желание драться у врагов пропадало моментально, но жили они после удара слишком долго, мычали и сосали магические резервы, которые не бездонны. А надо-то было всего крохотные кусочек плоти разогреть или наоборот заморозить. Кусочек сердца за грудиной. Может, и мозг можно атаковать, но порой смотрю, а пуще разговариваю с некоторыми представителями ратного сословия и начинаю сомневаться, а есть ли в голове мозг? Лично я бы ни за какие коврижки не стал профессиональным воякой, честное слово. За титул и замок — это другое дело, за целое графство — тем более. Графство — это ж малая родина, как-никак, а то и не малая. А за жалованье рисковать жизнью — ни в коем разе. Так что в мозги моряков магичить не стану даже пробовать.
Командование ночует и проводит большую часть времени, как мне сказали, в кормовой надстройке. Там у каравеллы аж два этажа помещений. Сверху капитан, ниже помощники и маг. Если сам капитан не магичество. А штурвала у корабля нет, как я понял. На палубе подвешен здоровенный брус, связанный с рулевым пером, его держат под мышкой и таким макаром рулят. Дикий народ! Так что на палубе всегда кто-то бодрствует из судовой команды. Ну и куча народа спит прямо на палубе. В жаркую погоду спать наверху благодать, а в дождь или холод выигрывают те, кто спит в трюме. Со всех этих лекция я уже сам скоро мореманом стану. Вот только дайте мне до власти добраться, начну кричать как самый заправский этот самый: «Свистать всех наверх! Бом-брам-стаксель по ветру держать! Якорь мне в дышло!» И пусть ищут этот самый стаксель, про который я и сам не знаю ничего. Просто слово всплыло в голове.
  
— Два десятка в трюме, значит, на палубе еще двадцать, больше быть не должно. Нижних валим, допускаю, что у нас всё получится без шума. Тогда к моменту выхода на палубу силы будут почти равны. — Сам не заметил, как начал вслух планировать. — Мы кое-каким оружием разживёмся, у них маг. У них кормёжка нормальная, зато мы злые как черти. На равных бой выйдет.