"Фантастика 2025-132". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Их королевское величество проводило обряд моего посвящения не в тронном зале, как я думал, а на конюшне — вот такая традиция, блин. И никакой толпы и помпы — только самые близкие ему и мне люди присутствовали при таинстве. И первым делом он меня исповедовал, для чего мы отошли от прочих людей. Я встал на колени, а король, склонившись надо мной, накрыл мою голову своим плащом. Пол был достаточно хорошо усыпан соломой, стоять было не жестко, почему-то отметилось в голове, словно мозг старался абстрагироваться от ситуации.
— Дорд, говори честно, камзол перед дуэлью зачарованный надел? Оттого и выжил?
— Да, ваше величество.
— Называй меня Наставником. Умный. Сам зачаровывал?
— Сам.
— А кто надоумил или научил шёлк зачаровывать? Может, от прадеда остались записи?
— Мне и не говорил никто, что в нашем роду зачарователи были. Сам сочинял, на всём подряд пробовал магию, а что-то путное получилось только с шелком, не считая стали.
— Кинжалы у вас с отцом одинаковые — тоже твоя работа?
— Да, Наставник.
— А скажи, много ты успел благородных покрошить?
— Этим кинжалом или вообще?
— Хм, вопросики у тебя, юноша. Так скольких ты к своим неполным семнадцати годам успел убить дворян?
— С десяток, может больше.
— А в честном бою?
— Не бывает честных боёв, ваше ве… Наставник.
— Ну-ка поясни свои слова.
— Умный воин к бою всегда готовится и если видит, что целей своих не достигнет, то откладывает бой до следующего более удачного момента.
— Тебя послушать, все герои, вышедшие на заведомо безнадежный бой, дураки?
— Возможно их целью на тот момент была славная гибель. Тогда они добились своих целей. А вообще, любой ищет способ получить преимущство. Кто-то доспех надевает прочный, кто-то отряд собирает побольше, а иной местность изучает. Дуром с голой честью на клинки только идиот идет.
— Грамотно рассуждаешь. Как взрослый. И что, вот совсем никакого восторга битвы?
— Так я и есть взрослый. Раз вы меня сочли достойным посвящения в рыцари, Наставник. А восторг — он есть конечно, когда хабар собираю.
— Ясно всё. Похоже, ты врал, рассказывая про ваш первый бой против графа Фриго. Как на самом деле было, Дорд?
— Отец от скуки вышел с неполной баталией пощупать силы врага и нарвался на полный отряд дер Долинола, так что и отступить не смог. Чтобы их не смяли, мне пришлось ударить в тыл. У нас не было шансов.
— Я так и думал. Дорд, ты кажешься мне рассудительным и расчетливым человеком. Очень надеюсь, что ты достойно послужишь короне и будучи виконтом, и потомс другим титулом.
— Да, ваше величество, я постараюсь. Сильная королевская власть — благо для подданых.
— Откровенно высказываешься, смел как всегда. Смелый, умный, безжалостный и беспринципный…
— Наставник, у меня есть принципы, просто я их прячу.
— Что, и в рыцарском звании продолжишь бить исподтишка?
— Только когда это будет нужно. — Чего это он так кисло прищурился? Я должен был соврать? Хренушки, ваше величество, теперь это и ваша ноша.
— Встань, рыцарь! Прими этот удар мечом, и пусть он будет последним ударом, на который ты не ответил! — Извлеченным из ножен мечом Якоб Третий ударил меня по плечу, к моему счастью, плашмя. Даже ухо не порезал.
— Принесите нашему новому брату шпоры, он доказал, что достоин их! Равно как и моего подарка к такому знаменательному дню.
Кто-то на белом покрывале несёт мне позолоченные шпоры, следующий тип тащит пергаментный свиток с королевской печатью на сургуче. Свидетельство о приеме в члены? Может еще и взносы платить заставят и на собрания ходить? А нет, оказалась дарственная на дом — уважуха! День подарков не закончился: с ответным презентом вышел вперед Витор и с поклоном вручил Якобу Третьему маленький бочонок нового вина, которого еще не пил ни один человек. Кроме виноделов и дегустаторов, нас с Витором и Антуана. Но эти подробности опустим, это как с секретным президентским кабинетом на покинутой мною Земле, куда доступ имеют всего два человека, президент и министр обороны, а кроме них уборщица, сисадмины, сантехники, электрики…
Естественно, принимал король бочонок не своими руками, для подарков у него есть специальные люди. Ха, заинтересовался, вижу по лицу. Не утерпел, потребовал снять пробу прямо тут, на конюшне в присутствии создателя нового напитка. У продуманных графьёв, отца и дяди, «совершенно случайно» с собой было несколько «походных» бокалов — точнее серебряных стопок классическим порядком вставленных друг в дружку. Первым отхлебнул Витор, демонстрируя, что напиток не отравлен, а уже за ним сам Якоб. Мы трое этот момент не пропустили, смотрели за реакцией на двадцатиградусную ягодную настойку, присланную из графства. Начинал эксперименты отец сам, а далее его дело по его же инструкциям и указаниям продолжили виноделы из числа самых отчаюг, не боящиеся новаторства. Король степенно выпил, замер, промолчал, только протянул стопочку с характерным жестом, мол повторить! Вторую порцию Якоб Третий цедил уже по маленькому глоточку, вдумчиво и периодически закрывая глаза.
— Что это? Это разве вино?
— Не совсем, ваше величество. Мы назвали напиток словом настойка, он производится на основе винной души.
— Вот как, смогли выделить всё-таки? Забавно, забавно. И очень вкусно. Угодил, Прист, не зря про вас говорят, что про вино вы знаете всё. И сильно дорого выходит?
— Очень, ваше величество. Но продавать я буду ещё дороже!
— Как, и мне тоже?! — в притворном гневе Якоб схватился за меч. Вроде немного выпил, всего грамм двести, а уже лицедействовать начал. Коварная штука получилась.
— Как можно, ваше величество! Вам каждый месяц по такому же бочонку буду присылать в знак высочайшего почтения, испытываемого нами, вашими подданными…
— Умолкни! Не испытывай моё терпение, граф! Кстати, дабы увековечить в памяти твой, скажу прямо, подвиг, я издал рескрипт о прибавлении к вашему титулу одного забавного словечка. Копию рескрипта вам сейчас вручат. А я пойду, пожалуй. Чую, забористая у вас получилась эта… ага, настойка. С непривычки чувствую себя двенадцатилетним принцем, первый раз хлебнувшим, в смысле нахлеставшимся вина.
Отзываясь на настроение короля, всю лавочку моментом свернули, и вскоре ничто в конюшне не напоминало о проводимом там мероприятии. Мы так поспешно оттуда свалили, что не стали надевать на меня шпоры, и даже свиток не прочли, всё дома! О, и второй тоже, два же свитка получили. Да я и не стремился ходить позвякивать, чай не юноша зеленый, или военный до висюлек охочий. И при этом какая-то часть души отзывалась на факт владения позолоченными железками, видать кусочек Дорда отсвечивает. Вообще, я гораздо спокойнее воспринимал свою шизу, когда дополнительным куском меня был я сам, только юный. Если играет детство в попе у взрослого мужчины — это нормально. Другое дело, совершенно чуждый мне аристократ со своими собственными заморочками, это другой уровень шизофрении. Но как-то справляюсь, в скорбный дом не определили пока.
А в доме дер Брубеков нас ждал пир горой: не часто такой повод выпадает, родственник получил золоченые шпоры из рук самого короля, пусть и не из рук, но всё равно. Опять же у Антуана повод радоваться — за лето аж два раза побывал на приеме у монарха, подтвердил свой статус вхожего к королю человека. Такие вещи во все времена многое значат. Да одна фраза типа «И тут я королю говорю…» — это уже как желтые штаны из фильма «Кин-дза-дза» или даже фотка в обнимку с президентом на столе. Но сначала дело, сначала мы внимательно покурили оба свитка. И начали с того, где указывалось, что волею монарха Мерсалии… Дорд дер Прист получает в вечное и безусловное пользование, то есть в собственность с обязательным последующим взиманием положенных налогов…и может быть продана или передана по желанию нового собственника…, расположен в Старграде города Луарта на улице… между домами …
А потом читали тот самый нежданчик, который шел после рябины на коньяке, пусть и не рябины, пусть и не на коньяке. О-о-о! Да-а-а-а!