"Фантастика 2025-132". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Стоим час, мерзнем. То есть я-то нет, на ноги надел валенки, а куртка вообще выше всяких похвал. Соображаю, что если вот так буду стоять в своей моднячей куртке и держать в руках такую же, она продастся! Среди серости и унылого ширпотреба такая черно-красная вещица в паре с еще одной на продавце даст уверенность в качестве и фирмовости товара. Но надо какое-то лого нашить, просится. Народ ходит мимо, иногда наклоняется к нашему товару, но пока мимо. Успокаиваю Крокодила, это не наши покупатели. Наш покупатель придет, увидит и купит, может поторгуется сначала. А если не наш, то не купит, хоть за полцены отдавай. Так меня папа наставлял в схожей ситуации.
  
— Это чего у вас такое? — первый контакт с потенциальным покупателем. Учитель молчит, заинструктированный мной.
— Ежели вы не знаете, что это, значит оно вам и не надо!
— А может мне надо, да я не вижу, оно ли это.
— А тогда целофанчик отогните да смотрите, можете даже трогать, чай за посмотр денег не берем пока.
— Ух ты, настящие? И сколько такая красота стоит?
Не покупатель, у нас не принято, чтоб покупатель товар хвалил, пока не сторговался. Ладно, тренируемся в ведении коммерческих переговоров.
— Настоящие, всё настоящее. И всё за двести рубликов.
— Да иди ты! Что так дорого?
— Походи, дядя, по рынку, приценись. Может, где дешевле найдешь. Или в Детский мир загляни.
— Какой шустрый парниша, и отбрил, и не поспоришь.
— Дык, ежели вам не надо, то и какой смысл торговаться?
— Ну да, ну да…
— Жора, единственного покупателя ведь отшил.
— Нее, покупатель так легко бы не отступился.
Еще полчаса прошло, уже и светло почти, снег перестал, прошла нужда постоянно обмахивать пленку. Внимание привлек молодой парнишка чуть постарше меня. Он несколько минут пялился на наш товар, не решаясь подойти ближе. И было так знакомо его лицо.
— Что Игорек, боишься подойти?
— Не, с чего бы.
— Ну и подходи, щупай, смотри вблизи.
— У меня денег нет, дорого небось.
— Смотреть сегодня у нас бесплатно. В музее за деньги, а у нас за так.
— Ой, а ты меня откуда знаешь? Я тебя не помню.
— Так мы и не знакомы, откуда тебе меня помнить.
Игорь Пинк, будущий заместитель директора Тульского музей оружия сидел на корточках и рассматривал чуть не каждую детальку оружия по отдельности. У него в голове не сложилось, что незнакомый парень знает его имя, что это слегка странно. И именно в это время подвалила компания из трех мужчин, включая давешнего несостоявшегося покупателя. На свету было видно, что одеты прямо добротно так, богато, можно сказать.
— Вот эти двое, не ушли еще.
— И что думаешь, нормально будет смотреться?
— Во всяком случае лучше, чем рога лосиные. У всех эти рога висят, не удивишь никого. Подарок нужно делать от души и чтоб ни у кого не было такого. Вот ни у кого нет, а у тебя есть!
— Привет, дядя! Походил по рынку, поторговался?
— Паря, что ж ты бойкий такой! Где такое добро взяли? А ты что крутишься, тоже купить хочешь или с ними?
— Нет, я не с ними, просто интересуюсь древней историей, а тут такая хорошая реконструкция доспеха и оружия встретилась. Прямо приято посмотреть?
— Какая реконструкция, почему реконструкция? Сломано было, что ли?
— Реконструкцией историки называют точную копию древнего изделия, которая соответствует всем требованиям к параметрам и материалам предмета.
— А эта прямо соответствует?
— Да они нарочно подогнали парня, чтоб нам втирать.
— Пойду я, извините.
— Стой ты, точно не с ними?
— Точно, даже имен не знаю.
— Ну ладно, верим. Не похож ты на шустрика, как вон тот шкет.
— А почему старший у вас молчит всё время? Он кто или немой?
— Он мастер, изготовивший доспехи и меч. А молчит, потому что не его это епархия, торговать. Мастер хороший, а торгаш не шибко.
— Гааа! Я ж говорил, этот шустрик! Ты мастер по торговле, а он по молоту!
— Так сколько?
— Так двести.
— А дешевле?
— А дешевле в Детском мире.
— Не умеешь ты торговать, мальчик. Так на базаре не продают.
— Ну значит, не судьба продать, домой отвезем.
— Вот ведь упертый. Ладно, считай, вот твои двести рублей.
— А вы вообще откуда? Я в смысле, если у вас еще что будет напродажу.
— Что-то конкретное или так?
— Что вы еще умеете?
— Практически что угодно, но с ограничениями. Без насечек, гравировок и только исторические аналоги. Нам марку держать надо, сказочные поделки типа «сделай мне красиво» не делаем.
— Ха, уел, уел! «Сделай мне красиво», я запомню фразочку, подколю кое-кого.
— Если реально захотите заказать древнее оружие, пишите телефон, спросите Жоржа Милославского.
— Это который из комедии Милославский?
— Это я.
  
Глава 3
 
Время собирать
 
Двести рублей на двоих прекрасно поделились, а Крокодил-Гена оказался очень впечатлен моим стилем ведения переговоров. Так понимаю, что у него в голове не осталось места для мыслей о самостоятельной коммерции. Вот и правильно, пусть каждый занимается своим делом. Создавать черную кассу и как-то прятать деньги я не стал, просто положил в старый кошелек, а кошелек на полку. Решил, что будет удобнее не бегать к родителям за каждой копейкой, а самому оперировать разнонарпавленными денежными потоками.
Когда во время уборки мама наткнулась на неожиданно полный кошелек, случился очередное выяснение позиций сторон.
— Это что? Откуда у тебя столько денег?
— Это мои деньги. Я их заработал.
— Зачем тебе столько? Мы что, ограничиваем тебя? Пусть лежат у нас, если надо, попросишь, мы дадим тебе.
— Зачем вам мои деньги? У вас что, нет денег? Если надо, попросите, я поделюсь. Вполне логично, что мои деньги находятся у меня.
— Между прочим, мы тебя кормим-поим-одеваем и не считаем с папой, где его деньги, а где мои.
— Вы не хотите меня кормить-поить? Или просто хочется меня контролировать во всем? Где логика? Чтоб воспользоваться своими деньгами я должен у вас их просить.
— Отец зарабатывает и складывает все деньги в общую копилку, и ничего. Ему не зазорно попросить деньги на какие-то свои нужны.
— Да и пусть складывает, я не против. Мама, скажи честно, ты хочешь тотального контроля за мной или чтоб сын вырос с нормальной здоровой психикой?
Деньги остались в моей комнате. Но, честно говоря, тратить их пока некуда. Все или почти все мои хотелки пока обеспечивает родная семья и школа. Все инструменты и материалы, которые я там просто беру, в другом случае приходилось бы покупать. В эти времена, в которых я застрял, школьнику не продадут ничего дороже двадцатки, скорее поинтересуются: «Ну-ка скажи, мальчик, а ты где деньги взял? Родители где твои? Как твоя фамилия?!» Мороженое, игрушки, продукты, да и нет ничего путного в магазинах. А бизнес с дальнейшим производством курток не сложился по самой банальной причине — два чехла для автомобильных кресел из овчины кончились, а других не завезли. И непонятно, каким ветром их вообще к нам занесло. Хорошая овчина, ровно стриженая и крашеная, самое то оказалось. Может стоит тогда осенние куртки шить? Не то, цена совсем другая.
Под занавес каникул занесло меня в гости к Чайкину, он от меня через дом живет около перекрестка, сложно не зайти. В одну сторону пойти от того перекрестка, к Демидову Женьке попадешь, в другую — к Листратову, в третью — к Филипову, а в четвертую — ко мне. И до любого приятеля 3 минуты пехом, тактически удобная точка. Пока мы с Вадиком обсуждали тренировочный процесс, нашу сходку накрыл Чайкин-старший. Батя у Вадика большой любитель поговорить всерьез за жизнь, поучить молодежь, но без зауми. Вот и тут задал мне вопрос не в бровь, а в глаз, прямо вызов бросил:
  
— Жора, вот ты сегодня на что-то полезное потратил свое и Вадика время или на ерунду?
— А вы с какой целью интересуетесь? За мое время переживаете?