"Фантастика 2025-132". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Стоим, общаемся в коридоре, как порой бывает, зацепились языками с батей. Вот-вот выйдем, но еще слово, еще ответ, и там уже полчаса. Уж больно животрепещущая тема — прогноз изменения внутриполитической обстановки в СССР в свете бурления в союзных республиках и активизации общественной жизни всего Союза.
— Марк, последний вам совет как главе семейства и добытчику мамонтов — скоро с мамонтами станет совсем туго, я настоятельно рекомендую приобрести морозильную камеру для хранения мамонтятины. А то, как бывает — мамонта добыл, а сожрать не успел.
  
— Что, считаешь нас ждет ухудшение экономической ситуации?
— Вот прямо уверен. Сельское хозяйство не тянет, а импорт уже прикрывают. Осталось страны СЭВ у нас из рук выбить, и мы голодать начнем.
— То есть ты Жорж, не веришь в социалистическую солидарность?
— Я больше верю в польскую «Солидарность», вот эти нам точно спасть спокойно не дадут. Их не разгромили окончательно, там такая поддержка стран НАТО, Запад их не бросит, пока есть Россия.
— Услышал тебя, озабочусь покупкой. Спички, крупу, соль покупать?
— Крупы в России производят, так же, как и спички. Так что перебоев быть не должно. Разве что локальные.
— Жорж, на чем строятся ваши прогнозы?
— Вы сейсмолог, вы изучаете сигналы в литосфере. А мы…
— … а вы изучаете общественные настроения.
— Угу. И не только в нашей стране. Всё, мы поехали, а то дочка ваша меня сожрет. Или спину взглядом продырявит. Ей наши взрослые разговоры неинтересны.
— До свидания, я надеюсь вы вернете нам Жанну в целости и сохранности.
— Ну разве что слегка обкусанную. В смысле, комарами.
— Марк, ты заметил? — как только закрылась входная дверь, Елена тут же вышла в коридор — ты снова общался с ним как с ровесником.
— Ну да, Жорж взрослый человек. Это нормально. Тебя сбивает с толку его внешность.
— А тебя не сбивает?
— Я на это особо не обращаю внимания. Смотри сама, он старший лейтенант КГБ, то есть успел получить высшее образование, потом послужить в своей конторе несколько лет, зарабатывая звание. Опять же по оговоркам могу судить, что он проходил срочную службу, это еще два года. Восемнадцать плюс два, плюс пять, плюс три, получается двадцать восемь. Даже если его взяли сразу старшим лейтенантом из комсомола, все равно не меньше. Но по построению фраз, самой речи, я бы сказал, что ему больше. Под тридцать верных.
— Но он же выглядит на двадцать! Он что, Дориан Грэй? Душу дьяволу продал?
— А почем сейчас души? Вдруг, он кроме молодости еще что-то выторговал?
— Мозги! Себе хочешь такие же?
— Да мне пока своих хватает, Леночка. Может ты ревнуешь его к Жанне?
— Сдурел? Тебе точно надо мозгов докупить. Слушай, может ему Жанка наша как часть сделки отошла за душу?
— Наша Жанка? Скорее, в нагрузку подсунули. Чтоб не сильно радовался удачной сделке. Я читал, дьявол всегда какую-то гадость в сделку вставляет. Так и говорят, мол дьявол кроется в деталях.
— Это наша Жанка по-твоему гадость? Сейчас ты у меня получишь!
Мы ехали на запад в Серебряный Бор, территорию дач, пляжей на берегу Москвы-реки и лесопосадок, любимое место отдыха москвичей. Летом тут народу не протолкнуться, но не ночью. Ночью почти никого, кроме таких вот романтиков с автомобилями или дачников с гостями, считающих купание в темноте непременной частью программы отдыха. А раз в темноте, то обязательно голышом — традиция, понимаете ли, не нам её рушить.
Лично я купаться не собираюсь — во-первых, уже взрослый, гормоны не так сильно шалят, во-вторых, немного боязно оставлять автомашину без присмотра в таком месте, я тот еще трус, предпочитаю не создавать предпосылок к нештатным ситуациям и вообще, искушать некрепких духом людей нехорошо. Чем купаться, я лучше шашлыки пожарю по своему рецепту. Моего в том рецепте — да совсем ничего. Классический маринад на кефире, классический для следующего века. Древесный уголь не купил, нет пока его в продаже. Поэтому заранее запас дровишек напиленных, розжиг сделал сам. Я уже настолько человек другого времени, что щепочки шалашиком, бумажки и поджог с одной спички не для меня. Толовая шашка и нож — вот и весь розжиг. Папа мой в детстве разжигал печку настроганным толом, и мне рецепт завещал. Шучу, тротила у меня нет, хотя хозяйственное мыло — тоже вполне подходящий ресурс. Натер на терке почти целый кусок, пересыпал в пластиковую бутылку от моющего средства и залил бензином. Получилась густая паста с горючестью чуть ниже, чем у напалма. Кто-то скажет, что все смеси на бензине сильно воняют, но для этого случая не критично, я считаю. Смесь выгорит раньше, чем дрова превратятся в древесные угли для шашлыка.
— Жорж, ты что на самом деле не планируешь купаться? Или ты стесняешься?
— Кто в армии служил, тому стесняться нечего. Просто мне не очень нравится вода.
— И чем тебе водичка не угодила?
— Прозрачностью, чистотой. Я после карельских озер в наших водоемах, то бишь в Средней полосе обычно не купаюсь. Там такая вода! Заходишь по грудь, и ногти на ногах видны. Её за деньги продавать можно!
— Насмешил: воду продавать. Это только в жарких южных странах, и то в сказках. Как там было, Али сын водоноса.
— Погоди лет тридцать, в каждом магазине будут питьевую воду продавать.
— Ага, а на перекрестках вместо телефонов-автоматов будут будки с чистым воздухом. Видела я эту передачу по телевизору, пугают загрязнением в следующем веке. Фантастика это всё.
— Жанна дорогая, я тебя удивлю видимо, но следующий век через двенадцать с половиной лет наступит. Здравствуй, будущее.
— И что, через тринадцать лет сразу коммунизм, летающие такси, нуль-транспортировка и дальний космос?
— Если честно, то ни разу не угадала. Но вот через двадцать пять лет всё будет совсем по-другому. Не как ты говоришь, но и не так, как сейчас.
— Что по-другому? Начал, так рассказывай ври, как ты умеешь.
— Не получится, долго рассказывать, а за это время шашлык остынет. Неси банку с квасом, сейчас будем дегустировать.
Под такой вкусный шашлычок никакие разговоры разговаривать нельзя — рот занят перемалыванием исходящего соком мяса. В детстве, шашлыки я видел только в городском парке на Масленицу и считал, что шашлык — это горелое сало с томатной пастой на палочке. Короче говоря, дорого и гадость. Стоило дожить до взрослых лет, а потом еще один раз, чтоб иметь возможность выбирать время, место и рецепт шашлыков.
— М-м-м-м! Жора, это божественно! Скажи, есть что-то такое, что ты не умеешь делать? Ну, кроме общения с моими родителями, в нем ты не ас.
— Спорный момент, раз они продолжают меня терпеть в своем доме и разрешают мне трогать тебя своими похотливыми ручонками за всякие интимные места, значит, я правильно с ними общаюсь.
— На этом месте подробно, пожалуйста. Ты что, просил у них разрешения на всякие развратные действия?
— Нет конечно, буду я еще у кого-то разрешения спрашивать! Да я и у тебя его не просил, если ты помнишь. Своё право человек доказывает своими действиями.
И я еще раз его доказал, невзирая на жирные пальцы. А чего, Жанна в купальнике, купаться пойдет однозначно, так что ничего страшного, если она будет не только сытая, но до кучи и жирная в некоторых местах. Это я раньше думал, что не люблю жирных девушек. А вот сейчас чуточку пересмотрел своё отношение к жирку на боках своей подружки. Тем более, что он с моих рук.
— Наглая бессовестная рожа! Ты меня всю измазал! Теперь придется лезть в воду.
— Так ты и так собиралась.
— Я безо всего пойду купаться, предупреждаю тебя.
— Обещаю, что подсматривать не буду.
  
— В смысле?
— В смысле, что никаких взглядов украдкой. Буду пялиться самым естественным образом.
— А, ты в этом смысле. А то я уже думала, что тебя инопланетяне подменили. Пялься, я разрешаю. Могу даже для тебя исполнить «порождение буржуазной культуры — стриптиз».
— Нет, на это я пойти не могу! Давай, лучше я сначала включу музыку и фары, а то плохо видно.