"Фантастика 2025-132". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Всесоюзный праздник Великой Октябрьской Социалистической Революции я отмечал скромно, зато в новой квартире с настоящей отделкой в европейском стиле начала следующего века. Отделочных материалов не было, приходилось выкручиваться и колхозить, но оно того стоило. Онегин с женой, пришедшие на новоселье, ахнули, в глазах его жены я увидел зависть, а в глазах самого Петра грусть-печаль. Видимо, с него теперь не слезут в плохом смысле этого слова.
  
Вы когда-нибудь пробовали дрючить курсанта на занятиях по неформальному общению? Когда ученик тянется перед преподом и говорит «так точно», а от него требуют развязной улыбочки и расслабленной позы? Приходится вместо гневного окрика говорить: «Жопа ты с ручкой, Витька, а не электрик! Где ты видел электрика в глаженых брюках, полчаса стоящего по стойке „вольно“? Ты бы хоть яйца почесал для правдоподобия что ли». И таких нюансов сотни, приходится учить офицеров буквально всему, но труднее всего убирается разворот плеч и суровое выражение лиц. Поле непаханое, целина не сеяная. А всё равно, сделаю я из вас раздолбаев! В ногу ходить разучитесь. Слово даю!
  
Глава 27
 
Эпилог
 
В девяносто втором году под Каунасом было очень спокойно. Пришествие демократии, многопартийность и прошедший референдум о вхождении Литвы в состав России поначалу взбудоражили ранее безмятежную республику. Ну как безмятежную, всё познается в сравнении. Так вот, если сравнивать с Арменией и Азербайджаном, то впрямь Литва обошлась без мятежей. Началась раскачка с решения пленума компартии Литвы о выходе из состава КПСС и создания самостоятельной коммунистической партии. Как ни удивительно Москва не приняла никаких ответных мер. Какое-то заявление о демократизации общества, о праве народов самостоятельно решать свою судьбу путем свободного волеизъявления. А потом внезапно референдум! И пятьдесят два процента голосов на вхождение в состав России в качестве Каунасской области. И войска во всех более-менее крупных городах, и блок-посты на перекрестках. И такое спокойствие…
Рига и Таллин посмотрели на такое дело, прикинули количество русскоязычных граждан у себя и промолчали. А на Кавказе и в Закавказье у демократии режутся зубки второй год. Ну и местное население режется друг с другом. Хотя какие они друзья? Русские и те, кто внезапно осознал себя таковыми были вывезены под защитой армейских подразделений. Причем вывезли большинство народа в бывший северный Казахстан, в Гурьевскую и Актюбинскую области, тоже проголосовавшие за присоединение к России. Казахстан не Литва, там блок-посты на перекрестках ставить бесполезно. Новую границу между союзными республиками глухо перекрыли танками и начали патрулировать вертолетами.
Говорят, на очереди референдум о возврате в состав России Крыма и прилипших к нему областей Украины. Во всяком случае, советские войска потихоньку оттягиваются из Карпат в центральные районы, а все замполиты заменены на выпускников пограничных училищ. Политическая подготовка солдат стала настолько актуальной, что её теперь доверяют только специалистам с удостоверениями госбезопасности.
Внезапно выяснилось, что высшим органом государственной власти в СССР является Верховный Совет, а не Политбюро, о чем заявил Председатель Президиума Верховного Совета товарищ Романов, бывший генеральный секретарь ЦК КПСС. А у КПСС просто руководящая и направляющая роль, если верить конституции. Союзные республики Средней Азии посмотрели на Казахстан и потребовали вывести войска со своих суверенных территорий. Войска начали выводить вместе с русскоязычным населением, попутно демонтируя оборудование некоторых заводов, особенно оборонных.
Капитан Милославский как раз руководил эвакуацией Бишкекского Приборостроительного завода из Киргизской ССР. Конечно, его головной болью были не сложные технические вопросы демонтажа, а более простые вопросы безопасности, сохранности документации, жизни людей, проработка маршрута отхода через Казахстан и контакты с полевыми командирами. Короче говоря, рутина. В соответствии с приказом, друзьям не должно остаться ничего, что могло попасть в руки врагов и нанести вред Родине. При этом все понимали, что Родина стала чуть меньше. Потихоньку до всех доходило, что их Родина — Россия. Жорж никого не агитировал, не пытался раскрыть глаза тем, кто смеялся вслед уходящим и говорил, что свободная и демократическая Киргизия не делит своих граждан на киргизов и прочих. Выбор русских людей, остающихся на национальных окраинах, надо уважать. Только одну фразу он сказал технологу, решившему, что в России хорошо, а дома лучше.
— Мы уважаем ваш выбор. Колонна уйдет без вашей семьи. А когда вы начнете кричать о помощи, наши танки не вернутся.
— Капитан, что за ерунду ты несешь! Если бы ты знал Восток как знаю его я…
— Когда боги хотят наказать, они лишают разума. Разговор окончен.
Он развернулся на каблуке и посмотрел на хвост скорпиона, дергающийся под его сапогом. Какие тут твердые бабочки, однако…
  
Юрий Ра
 
Жорж Милославский 5
 
Альтернатива
   
Глава 1
 
Даю вводную
 
Когда меня спрашивают о моем возрасте, я совершенно честно заявляю, что это закрытая информация. В удостоверении личности указано моё имя, Георгий Милославский и звание, старший лейтенант КГБ СССР. То есть отчество тоже указано, но я настолько молодо выгляжу для своих лет, что можно и так, без отчества. Если спросить моих родителей, то они скажут — девятнадцать полных годиков мальчику, то есть мой биологический возраст слегка не соответствует званию и должности. Потому как есть еще и возраст моей личности. Прожил полста плюс еще год, а потом рррраз! — и перенос хрен-знает каким макаром в себя одиннадцатилетнего. И вот уже девятый год живу по второму разу. Так что возраст моей многострадальной личности почти шестьдесят. Пора о пенсии думать, ну и о душе. Вы скажете, что я бред плету по пьяной лавочке. Хуже — это бред на трезвую голову. Одно спасает от палаты с мягкой обивкой — я чутка попробовал и просек, как же классно быть молодым! Поэтому вцепился в новую жизнь и держусь за неё всеми конечностями. Да, включая даже ту, в которой костей нет. И языком тоже. И зубами.
Мой старый знакомый мир слегка изменился, когда я случайно наступил на бабочку Рэя Бредберри, а потом попрыгал на ней для верности. Не так, чтоб сильно, но я продолжаю ходить по улицам и старательно давить всех бабочек подряд, вдруг есть еще какая-то того же вида. Самое приятное, что товарищи знают о моих энтомологических пристрастиях и не мешают ником образом. Им тоже не хочется, чтоб мир, наш с ними мир свалился ровно туда, куда он катится. Так что правим траекторию, как можем, выбираем яму помельче, тормозные штурвалы крутим, раз автотормоза в поезде не действуют. Отвлекся, а курсанты уже собрались, пора начинать первое занятие по моделям поведения.
— Меня зовут Жорж Милославский. Этого достаточно, звание и отчество вам не нужны. Точно также как не нужны на моих занятиях эти подробности и вам. Тем более, никаких погон на вас сейчас не наблюдается. Первый вопрос: кто читал «Моральный кодекс строителя коммунизма», поднимите руки. Отлично, а кто читал «Устав ВЛКСМ»? Совсем хорошо, тогда эти важнейшие документы на моих занятиях мы изучать не будем, вы их и так знаете как «Отче наш». Равно как и труды товарища Ленина мы конспектировать не станем, его слова у вас в сердцах высечены. Проверять не буду.
Перед молодыми сотрудниками комитета госбезопасности выступал неприлично молодой человек. Он сидел на краешке стола в небрежной позе и выглядел абсолютно несерьезно. Начиная с одежды — джинсы, полусапожки, черная водолазка и потертая жилетка тоже джинсовая. Раздолбайская удлиненная прическа и усы — типичный рокер. Но раз сидит на столе преподавателя, значит имеет право. Значит так надо.
  
Слушателями курсов усовершенствования офицерского составах в Балашихе, сокращенно КОУС, на которые меня отправили, были молодые и перспективные бойцы силовых подразделений КГБ из разных регионов России. Программа обучения была рассчитана на семь месяцев и включала в себя комплекс дисциплин, нацеленных на подготовку командиров оперативно-боевой группы или разведывательно-диверсионного подразделения: специальная физическая, огневая, воздушно-десантная и горная подготовка, специальная тактика, минно-подрывное дело, топография, навыки разведывательной деятельности, изучение опыта партизанской борьбы. Моя группа шла отдельно, начальство решило поэкспериментировать с личным составом. Курсы длились полгода, при этом упор делался не на операции по захвату или ликвидации кого-то, а на сбор информации, внедрение в коллективы, одиночные задания, причем также не силовые. Фишка избирательного территориального принципа подбора курсантов объяснялась логично. Подробностей всем нельзя знать, но мне можно, мой непосредственный начальник Петя Онегин рассказал, что существует некий план «Черепаха». Оказывается, в нашей организации начали потихоньку отделять агнцев из союзных республик от наших российских козлищ. То есть козлищ в работу, агнцев от нас подальше, в сторонку.