"Фантастика 2025-132". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Вот и финал, в стране празднуют Девятое мая, праздник светлый и грустный сразу. Перед финальными боями провели торжественное возложение венков к памятнику Героям Великой Отечественной войны. Пресса подтянулась в полный рост. Вчера тоже было порядком, но в этот день прямо как на нормальном серьезном соревновании. Все бьют копытом, дело близится к моменту истины.
  
Глава 19
   
Финал
 
На финалы подъехал глава Федерации Фехтования СССР, небось решил чуток добавить статусности мероприятию. И секретарь ЦК ВЛКСМ, раз детище комсомольское, можно дунуть в парус для пущей скорости. Здорово, приятно, что потихоньку гусенок мой разбегается, вот-вот на крыло встанет. Вдруг в лебедя вымахает? Но в то же время есть глубоко внутри ощущение пира во время чумы. Пока мы рожаем новый спорт, страна катится в пропасть, может не так быстро, может не ту же, не в такую глубокую…
Финалы на то и финалы, чтоб драматизм, самые-самые бойцы, ошалевшие от близости победы, не берегущие силы. В четвертьфинал прошли спортсмены почти от всех клубов, включая поляков, которые в плане фехтования ничего особенного не представляли, но очень хотели победить. Они пытались взять нахрапом, пафосом, красотой доспехов, костюмов, манерами опять же. Но на этом турнире оценивался только бой, а на технических допусках доспеха смотрели больше на безопасность, чем историчность. Так что уже в полуфинале иностранцев не было. Ничего, зато они попробовали нашего жесткого рубилова, на следующий год пообещали вернуться и всех порвать. Мы пообещали их ждать с нетерпением. В итоге первое место в тяжелом весе досталось свердловчанам, в среднем — моим тулякам, а оба вторых моим минчанам. Самое обидное, что в полуфинале жребий свел двух туляков между собой, но что вышло, то вышло. Опять же, займи мои подопечные весь пьедестал, пошли бы слухи, что проводили личный турнир Милославского, а кроме его команд никому не дают выиграть. Слухи штука страшная.
На церемонии награждения среди всякого прочего «ля-ля» прозвучало неожиданное и главное: историческое фехтование признано официально как вид спорта и заниматься им теперь будет Федерация фехтования СССР. В ближайшее время будут опубликованы правила проведения поединков, соревнований и присвоения спортивных разрядов и званий. Получается, что я дожил до того момента, к которому топал все эти годы. Нет повода не выпить. Когда во время выступления руководителя федерации с итогами турнира и новостью о признании истфеха мы стояли в толпе участников, прямо в этот момент окружающие меня бойцы начали хлопать по плечам, спине, короче, всякими способами показывали свою радость за меня. Вот эти тычки и удары как раз и стали той каплей, которая прорвала плотину. В носу нестерпимо зачесалось, в глазах защипало, я заплакал как ребенок. Неудобно-то как! Хорошо, что стоял не в первых рядах, этого практически никто не видел. Да уж, мои туляки очень хорошо представляли, сколько я вложил сил в этот проект. А Анька смотрела на это недоуменно и пыталась понять, что за сцена перед нею разыгрывается. Ну да, она не в курсе.
По уже сложившейся традиции, победителей награждали не медалями и кубками, а специально изготовленными мечами с гравировкой — дорого, пафосно, жутко почетно. И не продается в магазине спортивных товаров. Причем мечи настоящие, ими можно фехтовать, но делать этого никто не будет категорически. По итогам награждения в безоружной толпе вокруг меня образовалась маленькая группа вооруженных мечами вполне счастливых парней. Кроме одного полуфиналиста, которому его третье место категорически не нравилось, ну и ладно, будет повод расти в спортивном плане и стремиться к большему.
В Минск возвращались тем же порядком, только груза стало больше. На вокзале даже привлекли внимание милиции своими нарочно неубранными наградными мечами. Сычеву пришлось показывать удостоверение и объяснять происхождение и спортивный статус оружия. Не приучена наша милиция к мечам, пока непривычна. В поезда Аня начала допытываться о глубинном смысле моих слез на награждении, для тренера я слишком бурно отреагировал, тем более что факт занятых мест стал понятен сразу по итогам боев. Пришлось объяснять, в чем дело. Вроде прониклась. Даже с приставаниями не лезла, а мне самому было совсем не до естественных развлечений, которые дарит нам матушка-природа. Короче говоря, бездарно слил шанс качественно проехаться от Москвы до Минска.
Вернулись на базу в воскресенье, скинули амуницию, разбежались по своим норкам праздновать победу с близкими. Сычев назначил явку всех участников турнира на девять утра в понедельник. Кстати, Анна тоже обязана была явиться, её сказка еще не окончена. Мой тренерский статус уже не рулил, я как тот проводник перестал таковым быть по достижении точки назначения. Кольцо брошено в Ородруир. Так что бразды правления вернулись к Денису. Честно говоря, я только сейчас понял, что фактически узурпировал власть в команде на время подготовки к турниру, наплевав на его звание и должность начальника команды. И наш обидчивый капитан не обижался, его тоже захватило масштабом цели и верой в её достижимость. Лозунг «Всё для победы!» сработал на все сто. Сверхзадача вывести кого-то из членов команды в призеры была выполнена.
Так считал и майор Иванов, прибывший на спортбазу в десять часов. Он не скрывал своего удовлетворения итогами, очень обрадовался новому статусу исторического фехтования. Его ставка сыграла, у Округа теперь есть еще одна настоящая команда по настоящему виду спорта, задающая тон в Союзе, а не только гандбол. Кстати, посмотрел я на гандболистов — резкие ребята, и руки-ноги прокачаны, если кто надумает менять ориентацию, в фехтовании у них есть перспективы. Насчет обещанных плюшек — как я понял, все получат всё обещанное, а не только призеры. Грамотный подход, чувствуется опыт. В единоборствах важно иметь плотную однородную по уровню команду, а не одинокую звезду в окружении посредственностей или обиженных вторыми ролями. Не все это понимают, а потом удивляются провалам. Анне поступило предложение работать в команде на постоянной основе, она сразу согласилась без пауз. Всё верно, а чего тут думать-то? Денис в докладе подчеркнул её несомненно важную роль как массажиста команды в успехе.
Мне тоже сказали, какой я молодец, как много сделал для команды, что это моя победа как тренера и всякое прочее. Меня как самого героического сержанта Белорусского Военного Округа произвели аж в старшины, копию приказа дадут в штабе Округа, печать в военнике поставят там же. Из гостиницы убыть завтра, за документами в штаб тоже завтра. Аня глазками хлоп-хлоп, на её глазах её любимого тренера пнули под зад коленом за выдающиеся достижения в тренерской работе. Спортсмены еще не просчитали ситуацию, у них пока плюшки «понад усё». А на следующий день они уже всё осознали, забирать меня из гостиницы приехали на двух машинах, как невесту из родительского дома. Прямо растрогали, честное слово. Весь мой нажитый скарб в вещмешок не помещался категорически, а кто бы сомневался? В часть с ним тоже не резон ехать. Так что запаковали в мешок и отправили по почте в адрес родителей. Мелькала в голове мысль, что гражданка, в смысле цивильная одежда могла бы полежать у Анны дома, но это могло означать декларацию некого статуса наших отношений. А какие у нас отношения? Радость секса в чистом виде и взаимный интерес. Да и рановато мне жениться, а канифолить девушку, маня призрачной целью меня великолепного — неправильно это.
  
Так что я снова срочник, но по гражданке. Поясню — приказ о переходе на летнюю форму одежды был издан уже больше месяца назад. Ношение шапки в качестве головного убора и комплекта полушерстяного обмундирования — до первого патруля. Казенное вещевое имущество в большой сумке, а сумка на заднем сиденье Денисова Москвича. Сегодня по старой памяти он мой водитель. Капитан-водитель у старшины-срочника, это нонсенс. А экскорт из пяти лейтенантов вообще за гранью. Молодой человек в гражданской одежде в штабе Округа всё-таки менее редкое явление нежели солдат-срочник. Как бы в общении с майором соблюсти равновесие — я по факту солдат, пусть и в гражданке? Просто надо помнить, в его парадигме он мне ничего не должен. А я ему? А я должен соблюдать субординацию. Если быть откровенным, благодаря его фортелю я три месяца занимался любимым делом, жил в комфортных условиях, кувыркался с Анной. Короче, говоря «сладко ел, мягко спал» — формула воинского счастья.